Росс пояснил:

— Джокер — хозяин этого заведения. Он всегда думает только о деньгах.

Мария усмехнулась:

— А кто о них не думает?

Приятель Росса рассмеялся, фамильярно хлопнул ее по плечу:

— Молодец. Смышленая девочка. Ведь мы с вами не так богаты, как наш друг. Вы ищете работу?

Мария пристально посмотрела на Джокера — он оказался обладателем не только неприятного голоса, но и неприятного, цепкого взгляда.

Росс не дал ей ответить:

— Нет. Она еще учится в школе.

Мария промолчала, и в ту же секунду Джокер потерял к ней интерес. Он зашептал Россу:

— Я рад тебя видеть. Мы тут кое-что организовали.

— Неужели удалось?

— Да. Появились солидные связи. Сам понимаешь, без них — никуда. В общем, дело налажено. Клиентура постоянная, случайности исключены. Ставки большие. В дальнем зале.

Глаза Росса возбужденно заблестели:

— Может быть, загляну через пару дней.

— Приходи.

Джокер подмигнул приятелю:

— И приводи с собой юную леди — на счастье. Я всегда буду ей рад.

Польщенная Мария одарила его радостной улыбкой:

— Спасибо, мистер Джокер.

Молодые люди встали из-за стола, хозяин довел их до двери.

— Спасибо, что заехал. Росс. Не забывай нас.

Музыка очередного танца проводила их по лестнице до самого выхода и потом потерялась в уличном шуме.

Росс включил зажигание:

— Куда теперь?

— Не знаю. Куда хочешь.

Он искоса посмотрел на сидящую рядом девушку. Вздернув упрямый подбородок, она смотрела в темное стекло перед собой. На непроницаемом лице нельзя было угадать ни одной мысли.

— Мария, может, заедем ко мне? Перекусим.

— А твои предки разрешат?

— Они сегодня уехали на дачу. Дома никого нет.

Девушка решительно кивнула головой:

— Ладно, поехали.

Привратник поднял голову:

— Добрый вечер, мистер Дрего.

Лифтер открыл дверцу:

— Добрый вечер, мистер Дрего.

Пока они поднимались на двенадцатый этаж, Росс искал в кармане ключ. Молча открыл дверь квартиры напротив лифта, пропустил Марию вперед, потом вошел сам. Так же молча захлопнул дверь и хотел включить свет, но Мария остановила его:

— Не надо, милый... За весь вечер ты меня ни разу не поцеловал.

Он не ответил.

— Ты сердишься? Наверное, я сделала что-нибудь не так? Скажи.

Росс сокрушенно покачал головой. Да, он сердился. Но не на Марию, а на себя. Сердился за то, что привез ее в этот гадюшник — танцзал «Золотое сияние». Ему показалось, что там Мария найдет себе неплохую работу. О Господи, как это могло прийти в голову! Своими руками он чуть было не столкнул девчонку в пасть акулам, которые из таких вот глупышек делают отпетых шлюх.

Мария обняла Росса за шею, нежно провела губами по щеке:

— Ну, не дуйся. Хорошо?

Он прислонился к двери, прижал девушку к себе и с поцелуем выдохнул:

— Хорошо.

Сэндвичи получились на редкость удачными, а кофе — ароматным. Оказалось, что Мария прекрасно готовит.

На большом подносе Росс отнес все в гостиную, и они поели, сидя прямо на диване. После ужина Мария откинулась на спинку дивана. Радио наигрывало какую-то тихую мелодию, на ковре под торшером лежал круг мягкого желтоватого света. В комнате висел уютный полумрак.

— Господи, как хорошо! Знаешь, я ужасно хотела есть.

Росс улыбнулся, закурил. Она протянула руку:

— Дай и мне.

От глубокой затяжки чуть-чуть закружилась голова. Мария закрыла глаза.

— Какой ты счастливый!

— Почему это я счастливый?

— Если бы ты видел мой дом, то не спрашивал бы. Ваша квартира высоко, и вы не слышите шума. От него можно сойти с ума. И запахов с помойки у вас тоже нет.

Росс не знал, что сказать, поэтому молча отнес на кухню пустой поднос из-под сэндвичей. Когда через несколько минут он вернулся в гостиную, Мария спокойно спала.

Росс тихонько опустился на диван рядом с ней и некоторое время смотрел, как поднимается и опускается от ровного дыхания ее блузка, потом прошептал:

— Мария... Мария!

Она открыла сонные глаза:

— Прости, я задремала... Который час?

— Почти десять.

Она резко села:

— Почти десять! Мне пора.

Росс схватил ее за плечи:

— Подожди, Мария! Скажи, я тебе нравлюсь?

Она встала, сверху посмотрела в его молящее лицо:

— Конечно, нравишься. Ты — самый милый из них...