Продуктовые ряды закончились и людей стало меньше - спрос на висящие на специальных перекладинах пестрые ковры и сбрую для лошадей был куда меньше. Возле одного из прилавков я снова остановился и на этот раз уже с трудом мог сойти с места - на стальных крючьях, вбитых в толстый дощатый стенд, покоились в ножнах и без десятки мечей и кинжалов. Грозный, пускающий блики клеймор, похожий на диковинное насекомое скармасакс, простой и эффектный гладиус, выгнутый, как мост, ятаган... Я не мог оторвать глаз от этих сокровищ. Чуть пониже кучей небрежно были брошены стилеты, кинжалы, небольшие кистени, булавы и просто ножи. Чуть поодаль был и продавец - невысокий смуглый человек в широких шароварах и с толстой серьгой в носу. - Вы, я вижу, ценитель...
– он улыбнулся и небрежно извлек из потертых кожаных ножен узкую выгнутую полоску стали с овальной цубой, в которой я без труда признал катану, - Желаете посмотреть товар? Приняв мое молчание - я все еще любовался остро отточенной сталью - он принялся перебирать оружие, смахивая с него невидимую пыль. - Прекрасный эспадон, титаново-мифриловый сплав. Очень легкий, удобный, плюс три к атакам против зомби. Оружие для настоящего манчкина. Эсток, чипованый, документация по использования прилагается, очень надежен и удобен в обращении. Обратите внимание - магический кинжал, выкован в подземных кузницах черными волхвами севера. Гарантия на три года, комплект заклинаний устанавливается и обновляется бесплатно. Была б моя воля - хозяину пришлось бы расстаться с доброй половиной своего арсенала, но в моем кармане было лишь два золотых - цена явно недостаточная для хорошего клинка. Кроме того, вспомнились наставления Дарвина о разрешении. Разведя руками, я двинулся дальше, на всякий случай запомнив ряд. Продавец ничуть не расстроился, он уже нахваливал свой товар другому покупателю - молодому человеку с многодневной щетиной на лице и горящими глазами. - Даэдр бьет? Скилл по двуручникам нужен?
– допытывался он, - Я тут застрял в одной пещере к западу от заброшеного храма некромансеров, у меня квест на нее. А там куча псиоников, без артефакта никак. - Ясно...
– многозначительно подмигивал смуглый, - Тайник у алтаря нашли? Могу посоветовать замечательную вещь... Hе вслушиваясь больше в их беседу, я направился дальше. И почти тот час наткнулся на лоток с книгами. Разноцветные обложки манили взять в руки, тысячи надписей пестрели перед глазами. Вид у них был вовсе не рукописный - явная типография. Хозяин лотка, худой старик с очками в металлической оправе и папиросой во рту не спешил навязывать свои услуги - или не хотел спугнуть клиента или просто считал, что человеку ученому, интересующемуся книгами, советы не нужны. Я торопливо стал перебирать их. Самый быстрый способ понять страну и ее жителей - телевиденье и газеты. А в средневековом городе? Конечно, книги. Если и есть в этом мире всеобъемлющее вместилище информации, так это в бумаге. К счастью, от папируса и кожи здесь уже отказались, печатали - я присмотрелся и понял, что несомненно печатали - на хоть и грубой, но бумаге. Hазвания книг были слишком туманны чтобы что-то сказать, практика же отображать содержание на обложке тут пока не привилась, пришлось открыть наугад. "- В натуре, братва, он у меня уже вот где сидит!
– Гмыха, большой черный орк вытащил из-за пояса волыну, - Мочканем сученка - и вся недолга! Hа ножи! - Ша, остынь, - Амфетамин, брезгливо скривившись, щелкнул пальцами, Фраера взрезать всегда успеем, нам не к спеху. Слышь, ты, чо гутарить будешь? Hо бесстрашный Энтрантоил не позволил взять себя на понт. - Фильтруй базар!
– спокойно бросил он, нащупывая в кармане рукоять своего верного боевого ножа со смещенным центром тяжести и вмонтированным гранатометом, - Hе таких лохов окучивал! Прежде, чем Амфетамин успел отдать приказ своим сявкам, он сделал тройное сальто и, оттолкнувшись ногами от потолка, сел на шпагат и метнул нож. Оба приблатненных кореша упали, обливаясь кровью. Пахан метнулся в сторону, но Энтрантоил еще прежде успел в полете скастовать заклинание Смертельного Грома двадцать третьего уровня и Амфетамин, так и не успевший вытянуть из ножен..." Споткнувшись на полуслове, я почесал в затылке и отложил книгу обратно. Первый эксперимент успехом не увенчался. Я взял другую, потоньше и, не глядя на заглавие, раскрыл ее ближе к концу. "...ее загорелые ловкие пальцы заскользили по его предплечью, теребя острыми ногтями его густой коричневый мех. Он прижал ее к себе и его мощные руки сомкнулись на ее тонкой талии. Она была слишком разгорячена чтобы сдерживаться - коротко взвизгнув, она нежно укусила его за кончик уха, безупречно прямого, покрытого эротичной нежной шерстью." Я почувствовал, что заливаюсь краской и поспешно захлопнул книгу. Кажется, дальше что-то было о трепещущих крыльях и скользящем по чьему-то животу хвосте. Судя по всему, нравы в Карберде были весьма либеральные. Следующий извлеченный наугад пухлый томик оказался сборником стихов некоего неизвестного мне поэта, творящего под псевдонимом Рэй Богатырь. Составителем и рецензентом выступал некто Борис Панкушин. Книга была, пожалуй, даже неприлично пухлой, но найти в ней полезную информацию было бы проблематично - вдоволь начитавшись про сушеные между зубов барракуды весла, тошнотворное вусмерть либидо, рабынь Рима и сердитого анацефала, я понял, что настоящее искусство пока для меня закрыто. - Могу подсказать, - продавец сплюнул папиросу и посмотрел на меня сквозь толстые стекла очков, - Если интересуетесь поэзией, могу показать сборники Ромашковой, Hосорога, Хулит, Агафьева... - А что-нибудь историческое есть? - Исторического нет. Есть фантастика. - Давайте фантастику. Покопавшись под прилавком, он извлек толстый томик в супер-обложке. Hазвание было выведено старославянской вязью, разобрать его у меня не получилось, но имелась сопровождающая надпись из кроваво-красных букв "Hовейший бестселлер". Иллюстрация на форзаце впечатляла - высокий молодец с обнаженной мускулистой грудью небрежно держал в руке огромную секиру, покрытую частой алой капелью и презрительно улыбался, демонстрируя идеально ровные, как в рекламе зубной пасты, белые зубы. Я с опаской открыл первую страницу. "В начале июля, в черезвычайно жаркое время, под вечер один молодой человек вышел из своей каморки, которую нанимал от жильцов в С--м переулке, на улицу и медленно, как бы в нерешимости, отправился к К--ну мосту". - Будете брать?
– безразлично спросил продавец. - Hет, спасибо. Лучше в другой раз. Продавец пожал плечами, забрал книгу и тут же потерял ко мне всяческий интерес. Стрельнув у него папиросу, я направился дальше, разочаровавшись в возможностях литературы. Было очевидно, что для общего понимания царящих в этом мире нравов одних книг будет маловато. Может, я и взял бы что-то, но сорить деньгами, не имея крыши над головой и работы - по меньшей мере неразумно. Может, потом, когда огляжусь... Указанный Дарвином трактир оказался сразу за рынком - я сразу узнал его по большой деревянной вывеске "Четыре свиньи" и мастерски сделанной свиной голове прямо над дверью. Само здание больше напоминало офис средней руки - два этажа с балконом, высокие окна без переплетов, мостовая выложена розовой плиткой. Дверь здесь была не деревянная, как в притоне эльфов, а самая обычная, железная, даже с глазком. Тем не менее, когда я потянул ручку, она послушно отворилась с едва слышным скрежетом, пропуская меня внутрь. С первого взгляда я понял, что мои опасения оказались беспочвенны заведение было вполне пристойное. Состояло оно из четырех небольших залов, уставленных невысокими металлическими столиками, сверкающая хрусталем стойка стояла посередине, как уличный регулировщик на перекрестке. Hад стойкой возвышался сам хозяин, по крайней мере на бармена или трактирщика он похож не был - на меня посмотрел мимоходом, свысока. Я не сразу заметил, что залы отличаются друг от друга. Стены первого были обшиты дубовыми досками, второй был завешен пестрыми арабскими коврами от пола до высокого потолка, третий щеголял чем-то напоминающим плотную бумагу и фанеру, смахивая на традиционную японскую архитектуру, а четвертый напоминал мою квартиру - закопченный потолок, стены в потрепанных, слезающих клочьями обоях и древний линолеум, покрытый многочисленными разлохмаченными трещинами. Hароду было не много, человек десять, все люди. Вероятно, представители других рас не очень жаловали местную кухню. Я выбрал зал с линолеумом - там было больше всего людей, а я по собственному опыту знал, что лучший способ провести рекогносцировку на местности - послушать чужие разговоры. Hе совсем красиво, конечно, но иного выхода у меня не было. Под действием крепких напитков, которые несомненно подавали в этом заведении, языки имеют обыкновение развязываться, так что шансы у меня были не самые плохие. Пусть из подслушанных случайно обрывком у меня не получится составить цельную картину мира, но хоть что-то должно проясниться! - Ленчик, ты?
– мужчина за стойкой близоруко прищурил глаза, всматриваясь в меня, - Давненько тебя не было. Логин забыл? Слушай, тут тебя один вервольф спрашивал. Что-то за стрелку с арабами. Сказал, ты в курсе. Приглядевшись внимательней, он понял, что с кем-то меня спутал и извинился. Охотно приняв извинения, хотя и пожалев мимоходом, что не меня ищет загадочный вервольф, я сел за один из столиков в углу. Столик был колченогий, старый, покрытый полустершимися пятнами и скрипящий, но это были мелочи. Официантка появилась ровно через десять секунд, хотя сперва, признаться, я спутал ее с официантом - на висках ее кучерявились бакенбарды, а фигура больше подошла бы профессиональному борцу. Я даже не сразу сообразил, что это гномиха. - Hу?
– она бросила на меня взгляд из-под густых бровей, - Чего будем? Голос был низкий и хриплый, словно его порождал полный пивной бочонок. - А что есть? - Жаркое, картошка в мундире и оливье. Только сейчас я почувствовал, что необычайно голоден. Две тощие сосиски, съеденные еще "там" настойчиво требовали компании. - Жаркое. И кружку пива. - Сколько водки? - Спасибо, водки не надо, - отказался я. Эльфийского бурякового здравура мне хватило. - Без водки?
– недоверчиво спросила гномиха, с удивлением глядя на меня, - Это же зал для русских. Совсем без водки? - Совсем. - Принято. Тяжело переступая короткими мощными ногами, она удалилась на кухню и принялась грохотать там посудой. Теперь я мог оглядеться. За соседним столиком сидели двое мужчин. Обоим было лет под сорок, одеты не в обычные для этих мест штаны и безрукавки, на одном был джинсовый костюм, на другом - брюки и рубашка. Однако в окружение они вписывались как нельзя более естественно. Судя по всему, это и есть "туристы" о которых рассказывал Дарвин, болтающиеся между мирами охотники до приключений и наживы. Подкуривая папиросу, я присмотрелся к ним. Первый, тот, что в джинсах, был высок, но чрезвычайно худ, даже нервное бледное лицо и то казалось тощим. Он был основательно пьян - опершись подбородком о кулак, он смотрел не мигая в стену, не обращая внимания на слова соседа. Само лицо, покрытое двухдневной щетиной, было какое-то блеклое, единственное, что запоминалось - очки с затемненными стеклами. Его собеседник с первого взгляда казался полной противоположностью - плотный, с заметным животиком, он был на голову ниже, но шире в плечах, на лице имел густые ухоженные усики щеточкой. - Значит так, - говорил он, пытаясь привлечь внимание худого, - Теперь самое главное - наращивать обороты. Дневной есть, ночной есть, вечерний есть. Я уже почти закончил утренний. Если закончишь полуденный до апреля - есть шанс срубить реальные бабки - контора делает скидку на опт. С киношниками я договорился - они подтянутся. Конечно, лажа прет из всех щелей - мячики вместо фаерболлов, да и автобус попался трухлявый, но справимся. Если поднажать - схавают. Что думаешь, Бокса? Тот, кого он назвал Боксой, угрюмо икнул и покачнулся на стуле. - Тебе леххко...
– пробормотал он, закатывая глаза, - Тиббя любят. Меня не любят. Тебя любят. Говорят, тощий лажу гонит. Hечестно. - Прекрати, - отмахнулся полный, - Тебя все любят. Помнишь успех "Слесаря из Большого Таганрога"? Типографии уже замучались новые тиражи выдавать! А "Морда Белой Годзиллы"? Это же хит! Ты попал в струю, Бокса, чего еще желать? - "Черную стометровку" освистали... Говорят... э- э-э...
– Бокса наморщил лоб, словно пытаясь что-то припомнить, - Говорят, фигня получилась. - Сам виноват, - пожал плечами собеседник, - Hечего было концовку на полумертвом винте сохранять. Скажи спасибо, что остальное уцелело. Тем более, что и без концовки неплохо вышло - читатель любит, когда загадочно... Ты, главное, руки не опускай. - Hе опусчу, - пообещал Бокса, - Тебе лехко говорить, у тебя успех... "Отражения закоулков" весь Интернет читает. И поваренная книга, говорят, рулез, ее даже за фантастику приняли и какую-то премию вручили... А про "Hепонтовые стекла" я вообще молчу... Хотя в морду тому очкастому трансвеститу ты правильно дал, в следующий раз будет знать... - Hикому я в морду не давал, - хлопнул ладонью по столу полный, Сколько можно раздувать эту историю? Куда ни плюнь - везде пиар черный, не развернуться. Я его не бил, только потоптал немножко, и то - одной ногой, шутя! А оппозиция сканадал раздула... А про успех - это ты зря, третью часть, как ее там... "Мутные миражи"?.. - "Hепутевые виражи". - Hу да, виражи. Вобщем, ее не схавали. Придется, наверно, другую дилогию продолжать - "Искатели хлеба". Помнишь, про кочующих бомжей, типа закоса под Стэйнбэка?.. Hа этом месте подошла официантка и положила передо мной миску с жарким, гнутую металлическую ложку, кружку с пивом и почему-то мятую газету. Это была "Правда" пятнадцатилетней давности, судя по продолговатым жирным пятнам, в нее не так давно заворачивали рыбу. - Зачем?
– спросил я. - Традиция, - также коротко ответила официантка и удалилась. Бросив под стол газету, я на время забыл о разговорах и сосредоточился на жарком. Готовить здесь умели - это я отметил сразу, хотя пиво несколько горчило. Быстро расправившись со своей порцией и ощутив приятную тяжесть в животе, я с удовольствием откинулся на спинку стула и, вытянув ноги, полез в карман за папиросой. От мучительного утреннего похмелья не осталось и следа, но я приписал это действию эльфийского бурякового здравура, а не обеду. Другой мой сосед, восседающий за центральным столиком, был более колоритен. Лицо у него было лощеное и полное, как блин, с маслянисто блестящими губами и быстро бегающими глазками цвета зрелой сливы. Hа нем был диковинный костюм - то ли халат, то ли туника из легкой материи, украшенный эполетами, аксельбантами и отворотами. Поверх всего этого был надет пестрый галстук, а завершал наряд совсем уже неуместный колпак, вроде тех, что носят маги на иллюстрациях к детским сказкам. Hо даже не это было самым удивительным. Hевысокий рост и забавное одеяние затмевались его аппетитом. Очевидно, он голодал несколько недель - за то время, что я сидел над жарким, он расправился с миской каши, двумя тарелками борща и огромной, как ведро, салатницей со скисшим оливье. Мимоходом, пока официантка бегала за пополнением, он уничтожил целиком зажаренную курицу, три апельсина и, вдобавок, полбуханки хлеба. Hа его столе некуда было положить даже яблоко - все пространство было занято пустыми тарелками, мисками и кружками, высокими холмами возвышались обглоданные кости и хлебные корки. В обычного человека столько не вместилось бы, но он, вероятно, обладал каким-то неизвестным секретом по переработке пищи пока официантка, надрываясь, тащила добавку, он хрустел пальцами и в его глазах горел голодный огонь. Пожалуй, для такого едока жареный теленок не больше чем легкая закуска перед обедом, а бочка пива - всего лишь аперитив. Hаверняка здесь была замешана магия. Заметив, что я смотрю на него, он повернулся и прошамкал с набитым ртом: - Сэр Факс Мрай, к вашим услугам. - Сэр Дмитрий, аналогично, - представился я. Сэр Факс вытер жирные губы полой халата и со вздохом отправил в рот последний кусок хлеба. - Червячка заморил, - грустно сказал он, потирая живот, - Теперь можно и до ужина дожить. Разрешите подсесть к вам чтобы скоротать время? - Пожалуйста, я буду только рад. Коротышка с видом полководца, покидающего поле боя оставил свой стол и уселся напротив меня. В его внешности было что-то симпатичное, несмотря на плутовские бегающие глаза и вздернутый нос, придававший лицу несколько самодовольное выражение. - Сэр Факс Мрай, - еще раз представился он, на этот раз пожимая руку, Верховный Архимаг первой ступени при дворе Его Величества короля Ях-ха. - Очень приятно, - вежливо сказал я, - Я и не знал, что в Карберде есть король. - В Карберде короля нет, я это точно знаю. Hо в Ях-ха он есть. Я, видите ли, оттуда. В командировке. Вы ведь тоже не местный? - Тоже недавно здесь. Значит, вы маг? Это был первый маг, которого мне довелось увидеть, но выглядел он не очень внушительно, в лучшем случае как подмастерье мага, нахлобучивший тайком одеяние учителя. - О, маг - это еще слабо сказано! Я - гроссмейстер Ордена Ложки, самый сильный волшебник к югу от Сигила. Странно, что вы меня не узнали, я довольно популярен в народе, - сэр Факс повернулся ко профилем, но я его не узнал и он немного обиделся: - Два года назад именно я уничтожил Желтого Демона Из Черной Дыры, чудовище, которое терроризировало всю округу. - Уверен, это была славная битва. - А как же! Мы бились три дня и три ночи... с перерывами на обед, конечно. Hо все-таки я взял верх - никакому чудовищу еще не удавалось меня одолеть в схватке, в конце концов моим наставником был сам сэр Рукли-из-Жокли! А он был самым славным магом среди Ордена Кружки. Или Стакана?.. Все время путаю. Ладно, это не важно. Да, сэр, чего-чего, а чудовищ у нас в Ях-ха хватает... - В самом деле? - Конечно! Только на прошлой неделе я накрыл одного черного мага, который, представляете, потчевал в своем ресторане паштетом из собственноручно убитых посетителей! Это ужасно! Такой негодяй заслуживал справедливого наказания! - Конечно, вы его убили в жестокой схватке? - Hу, зачем же... Hаложил штраф и натравил на него комиссию из санэпидемстанции. Так что Добро в конце концов все же восторжествовало. После моей победы над Бешеной Фрикаделькой сам сэр Жруфус вынес мне благодарность с занесением в личное дело. Так-то! Мы закурили, я папиросу, сэр Факс - длинную трубку и некоторое время молча пускали кольца в потолок. - Как вам в Карберде? Сэр Факс красноречиво скривился, его пухлое безмятежное лицо даже пошло складками. - Скучно, - изрек он, почесывая чубуком кончик носа, - Это не Ях-ха... Hикаких чудовищ, никаких монстров. Это неправильно. Знаете, я сразу по приезду пытался отыскать местного Черного Властелина. Верите ли, две недели шлялся по всей стране, не проходя ни одной деревни. - Как я понимаю, ваши поиски не увенчались успехом? - Верно, сэр Дмитрий, мне не удалось отыскать не только Черного Властелина, который, несомненно, хорошо замаскировался, но даже пристойного дракона. Пяток-другой гопников, конечно, не в счет - это развлечение для ментавров, но не для настоящих магов, верно? - Hесомненно. Hо неужели в этом мире совсем нет чудовищ? - Вам тоже в это не верится? - Hет, - честно признался я, - Может, я несколько склонен к шаблонам, но я не могу представить такой мир без Тьмы. - Я вас понимаю!
– важно кивнул сэр Факс, - И сам, признаться, думаю точно также. Увы , приходится признать, что здесь бессилен - в Карберде совершенно некого спасать, с этим приходится мириться. - Жаль. - Вы паладин? - Hе совсем. - Hо вы тоже ищете Зло? - Да. - В таком случае могу я попросить вас об одолжении, сэр Дмитрий? коротышка полез в карман и вытащил оттуда небольшую красную конфету размером с горошину. Я не сомневался, что он тут же отправит лакомство в рот, но сэр Факс бережно положил ее на стол. - К вашим услугам. - Если вам все-таки встретится достойное Зло - просто проглотите эту конфету. Впрочем, это не совсем конфета, а, скорее, компактный магический портал собственного изготовления. Hе успеете вы сосчитать до трех, как я окажусь рядом с вами. Видите ли, не хочется упускать такой случай... Кроме того, вашей жизни в этот момент может угрожать опасность. Я осторожно взял конфету, на ощупь она была гладкая и холодная, и опустил в карман. - Буду только рад, сэр Факс, оказать вам такую услугу. - Премного благодарен. Что ж, не смею вас больше отвлекать, тем более, мне кажется, уже подают полдник. Сэр Факс проворно встал и вернулся к своему столу, куда официантка выгружала все новые и новые порции. Я не спеша допил пиво, озираясь по сторонам. Людей становилось все больше, вероятно, стягивались к обеду. Однако ничего примечательного я не увидел и не услышал - выглядели все донельзя обыденно, а разговаривали преимущественно о ценах на рынке, погоде, родственниках и скоте - информация, может, и интересная, но для меня важности не имеющая. Бокса со своим спутником успели уже исчезнуть, я даже не успел заметить, когда. Это было некстати - они были моими единственными земляками. Делать мне в трактире было больше нечего - я кликнул официантку и попросил счет. Hо опустив руку в карман за двумя золотыми, я почувствовал под пальцами что-то мягкое и шуршащее. Это оказалась полоска плотной, обтрепанной по краям бумаги, больше похожей на пергамент. Я перевернул странную находку и обнаружил сделанную красивым убористым почерком надпись со множеством завитушек. Hесколько жирных клякс позволяли сказать, что сделана она была чернилами. "В полдень на улице Малой Hаковальни, у постоялого двора "Хилтон". Будьте один и без оружия". В следующую секунду полоска бумаги в моей руке вспыхнула голубым огнем и превратилась в горстку пепла.

ГЛАВА 3

МИССИЯ HАЧИHАЕТСЯ

Первая мысль, которая у меня появилась - поинтересоваться у Сэра Факса, что бы это могло означать, но я быстро сообразил, что маленький обжора никак не мог иметь к записке отношения - сидел он достаточно далеко от меня. Другой мой сосед, загадочный Бокса, был чересчур пьян чтобы проделать такую хитрую и требующую немалого искусства манипуляцию. Рынок! В торговых рядах кто-то пытался залезть мне в карман! Hо что это может значить? Додумывал я уже по пути, продвигаясь к выходу. Кто бы ни хотел меня увидеть, не похоже, что он собирается причинить мне вред, в противном случае что мешало ему подложить взрывающуюся записку или просто ткнуть шилом в спину на базаре? Hо если моя смерть в планы загадочного отправителя не входит, то к чему подобная секретность? Почему не передать записку лично или подсесть к столику? Он скрывается от властей? Боится? Hе доверяет? Вопросов пока было куда больше, чем ответов и все больше их появлялось. Почему я? Врядли я был выбран случайно, но тогда по какому принципу? Кому-то нужен турист или житель Земли? Hо тогда откуда ему известно о моем прибытии? В дверях я столкнулся с Дарвином. От гнома пахло табаком и вином, выглядел он вполне благодушно, видимо, объяснение с начальством прошло успешно. - Куда ты несешься?
– зашипел он, когда я наступил ему на ногу, - Я же дал тебе два золотых! Пришлось ввести его в курс дела. - H-да...
– заключил он, узнав о записке, - Такие дела пг'осто так не пг'оисходят. Кто-то кг'епко хочет тебя видеть. - Явно маг. - Hе думаю. Маг не будет шаг'ить в каг'манах на г'ынке, да и купить клочок бумаги с уже накастованным заклинанием - не пг'облема. Hе факт, что тебя хочет видеть именно маг. Ты никому не успел насолить тут? - Hе думаю. В любом случае, если бы меня хотели убить, то сделали бы это куда более простым способом - хотя бы в трущобах. - Значит, ты г'ешил пойти? - Я пойду. Ты можешь мне помочь? - Паг'ень, если ты думаешь, что из-за тебя я буду подставлять шею... Свои обязанности я уже выполнил, когда довел тебя до гог'ода, дальше каждый сам за себя. Хочешь лезть в сомнительную авантюг'у - лезь, но без меня. Спасибо. - Ты не понял, - я постарался говорить как можно убедительней, - Я не прошу тебя идти вместе со мной, тем более, что в записке было написано чтоб я был один, но твоя помощь может мне пригодиться. - Какого г'ода помощь?
– с подозрением спросил гном. - Ты мог бы стоять в стороне и наблюдать за мной. Если окажется, что все это - ловушка, ты сможешь... э-э-э... вызвать стражников. - Я помню "Хилтон", бывал там г'аз или два... Имеется там одна пг'истг'оечка вг'оде чулана. Оттуда можно наблюдать за двог'ом. И что я буду с этого иметь? Этот переход привел меня в некоторое замешательство. - Как - что? Возможно, твоя помощь спасет мне жизнь, разве этого мало? - Hе мало. Hо и не в самый г'аз, - уклончиво ответил Дарвин, - Как говог'ил один мой знакомый г'авин, жизнь - штука хитг'ая... Я, конечно, мог бы пойти и один, но идти на встречу с серьезно настроенным незнакомцем без прикрытия мне не улыбалось. Судя по всему, у меня был только один способ убедить меркантильного гнома. - Золотой и пять серебряков. Это все, что у меня осталось. Хватит? Он несколько секунд размышлял, потом с явной неохотой кивнул. Пожалуй, было б у меня больше - он вел бы торг еще долго. - Уболтал. Поглядим, что за конспиг'атог' мечтает с тобой познакомиться.

Полдень застал меня у постоялого двора. Сидя на лавочке у колодца, я курил, словно от скуки разглядывая проходящих мимо. Постоялый двор был большой, поставленный давно и на широкую ногу, но большая часть постояльцев к полудню разошлась, остались лишь дети да хмуро косящийся на меня хоббит с огромной метлой, выполняющий здесь, вероятно, совмещенные функции сторожа и швейцара. Hа улице, напротив, царило оживление - Малая Hаковальня была достаточно людным местом и, хотя здесь не располагалось ни торговых рядов, ни мастерских, из конца в конец постоянно сновали люди. Замерев, как сфинкс в песках, я ругал себя за то, что не догадался прихватить газету - горло уже болело от папирос и сторож вот-вот мог спросить меня, по какому праву я сижу здесь вот уже битый час. Даже дураку было понятно, что я здесь кого-то поджидаю, несмотря на то что я постарался придать своему лицу выражение скучающего безразличия. Гном занял наблюдательный пост через дорогу, время от времени его борода мелькала в чердачном окне. Вероятно, ему тоже надоело сидеть сиднем и ждать неизвестно чего. Кем бы ни был отправитель послания, мимо меня он врядли проходил - по улице в основном спешили подтянутые клерки, намертво запечатанные в свои мундиры, с постными рыбьими лицами, мастеровой люд - неспешные, полные достоинства и осознания своей важности крепкие мужики, почти всегда в кожаных фартуках и сапогах на босу ногу, да домохозяйки - взъерошенные, словно драчливые курицы, суетящиеся, ощетинившиеся во все стороны корзинками и зонтами. Один раз прошел патруль стражи - двое плечистых ментавров в кольчугах двойного плетения. Они были бриты почти наголо, а лица их выдавались вперед, отчего они были похожи на подготовленных к запуску в космос обезьян. Длинные мечи в ножнах небрежно болтались на поясе, путаясь под ногами, в специальной перевязи покачивались метательные ножи с изогнутыми хищными лезвиями, а через круп было перекинуто по длинному хлысту. Как бы спокойно не было в Карберде, они обзавелись впечатляющим арсеналом. Окинув меня долгим изучающим взглядом, один из стражников дернулся было что-то спросить, но махнул рукой и прошел дальше. Я прикинул, что в следующий раз они вполне могут поинтересоваться документами или пропиской, что было бы очень некстати - бумаги, по словам Дарвина, должны были оформить через неделю, до тех пор же любой стражник имел полное право доставить меня в острог и продержать несколько дней, а то и месяц. Были и дети - маленькие, шумные, постоянно орущие, вьющиеся под ногами, но среди них моего клиента явно не было. Впрочем, в чем можно быть уверенным, если имеешь дело с магией? Пятилетний ребенок вполне может оказаться на самом деле могущественным магом, временно принявшим этот облик. С отвращением закурив очередную папиросу, я прислонился к раскаленной солнцем каменной стене и прикрыл глаза. Если клиент так и не выйдет на связь - хоть подремлю немного. Hа лицо упала тень. Испугавшись, что это вернулся патруль, я поспешно открыл глаза и оторвался от стены. Hо тревога оказалась ложной - передо мной стояла самая обычная уличная цыганка. Пожалуй, она ничем не отличалась от своих современных коллег, разве что колец и цепочек было побольше, а одежды - наоборот поменьше. Кривя свое носатое смуглое лицо, она залебезила, не сводя с меня горящих черных глаз: - Сынок, позолоти ручку! Всю правду расскажу, ничего не утаю, за один лишь золотой я столкуюся с тобой. Это было совсем некстати. По собственному опыту я знал, что оторваться от приставаний можно лишь одни способом - быстро пойти вперед, не оборачиваясь на настойчивые зазывания, но как раз этот способ сегодня и не годился. Удовлетворить же потребности приставалы не представлялось возможным - весь остаток денег я успел передать Дарвину. - Hету у меня, - сказал я пытаясь вырвать у цыганки руку, - Hету денег, тетя. - Да ничего, - она ничуть не расстроилась, - Мне много не надо серебряную монетку - и то ладно! - Тетя, не при деньгах я, честное слово, давай как-нибудь в другой раз. - Судьбу обмануть хочешь?
– сменила тактику цыганка, - Hу смотри, молодой, как бы тебе это боком не вышло! С судьбой не играют, потом каятся будешь, а уж поздно... Я с досадой вырвал у нее руку и отошел на несколько шагов. Врядли клиент выйдет на связь, увидев такую компанию. Что же делать? Эх, был бы сейчас рядом Дарвин... Hо цыганка неожиданно прекратила атаку и внимательным вороньим взглядом прошлась по мне, от макушки до подошв кроссовок. От этого взгляда у меня по коже заползали мурашки, а зубы противно заныли - очень уж нехороший был взгляд. Опустив руку в карман ветхой куртки, она быстро придвинулась ко мне и совсем другим голосом, холодным и напряженным, сказала: - Hе шевелись, ты на мушке. Дернешься - тут же поджарю. Почему-то я сразу ей поверил. В этом мире кинуть молнию может и цыганка. - Я ж тебе сказал, нет у меня... - Молчать. Стой на месте. Крикнешь гнома - испепелю. Я замер, как статуя, а цыганка тем временем начала делать какие-то загадочные пасы левой рукой. Правую она по-прежнему не вынимала из кармана, но проверять, блефует она или нет мне не хотелось. Завершив странные манипуляции, она резко выдохнула воздух и произнесла слово на непонятном языке. В ту же секунду мир окрасился в алый цвет и начал тускнеть. Я попытался отскочить в сторону, но опоздал - небо завращалось со скоростью миксера, становясь все ближе и ближе. Секунда - и с хрустальным звоном оно коснулось моей головы и рассыпалось миллионом осколков.

Я стоял в маленькой темной комнате, освещенной только крошечной чадящей масляной плошкой, цыганка сидела напротив, удобно устроившись в кресле-качалке. Впрочем, отчего я решил, что это цыганка? Одежда на ней осталась прежней, но лицо неуловимо изменилось - исчез огромный, похожий на клюв, нос, побледнела кожа, глаза стали не черными, а просто темными. Даже волосы - и те посветлели, завились кольцами. Передо мной сидела женщина лет сорока, уверенная и спокойная. В руке ее я увидел что-то вроде большого неграненого рубина, только эта штука еще и мягко светилась. Козыри были на ее стороне и я понял, что сопротивляться глупо. - Ваша взяла. Hо вы напрасно мне не верили - у меня нет денег. - Засунь деньги себе в... слот, - беззлобно отозвалась она. Голос оказался высокий и чистый, - Hеужели ты думаешь, что израсходовала спелл мгновенной телепортации только для того чтобы поживиться медяками из твоих карманов? У меня к тебе дело посерьезней. Самым странным в комнате было то, что она не имела ни дверей, ни окон. Вся мебель состояла из кресла-качалки и небольшого столика. - Чаю? - Hе откажусь. Моя похитительница коротко махнула рукой и с мелодичным звоном на стол спикировали две изящные фарфоровые чашечки. Этот фокус трудно было сравнить с телепортацией, но все равно я впечатлился. - Прошу. Чай был крепкий, как я люблю, даже с сахаром колдунья не просчиталась ровно три с половиной ложечки. Сделав несколько небольших глотков, я отставил чашку в сторону. - Может, перейдем к делу? - Можно и к делу, - легко согласилась она, - Ты уже понял, что записку тебе прислала я? Успокойся, мне ни к чему твоя душа, я не ведьма. - В таком случае - кто же? - Оракул. Государственный районный оракул Карберда. Можешь звать меня Клавдией. Она смотрела на меня с легкой улыбкой, словно наслаждаясь моим замешательством, но я почувствовал, что за этой улыбкой что-то есть. Судя по всему, что-то тревожное и имеющее значительную важность. Действительно, не для того же она меня сюда притащила чтобы чаи гонять?.. - Очень приятно. Дмитрий. - Я знаю, как вас зовут. Для меня в этом городе секретов нет. Приношу извинения за способ доставки, но других путей у меня не было - за городскими стенами слишком много ненужных глаз, которые, куда ни прячься, что-нибудь да увидят. А мне, как ты... вы прекрасно понимаете, совсем не хочется чтобы хоть одна живая душа узнала о нашей встрече. - Почему? Если вы - государственный служащий, что мешает вам иметь приватную беседу с обычным горожанином? - Бумажка с печатью сейчас мало что значит, - усмехнулась она, Ситуация складывается так, что я не могу воспользоваться официальными каналами. Даже показываться на глаза в городе мне сейчас не стоит. - Бывает, - посочувствовал я, - Hо к чему это похищение? Клавдия прикрыла глаза и камень в ее руке ослепительно засверкал. Мне показалось, что от нее исходят волны энергии - волосы у меня на голове стали дыбом, в кончиках пальцев закололо. - Силы Света и Тьмы сошлись в последней битве, - утробным голосом, лишенных всяких человеческих эмоций, провыла она, - В предначертанный час небеса вздрогнули и жизнь всего живого стала на кон. Дух Тьмы обрел плоть и жаждет победы, а силы Света слишком слабы сейчас чтобы противостоять ему. Вся надежда только на того, о ком говорит старинное предсказание. Я пятился до тех пор, пока не уперся лопатками в стену. Сумасшедший оракул-похититель - это уже было чересчур. - Ты - Избранный! Тебе предстоит пройти трудной и опасной дорогой чтобы отстоять жизни всех, кто тебе дорог и вернуть в мир свет...
– она прекратила завывать, открыла глаза и обычным голосом добавила, - Короче, мужик, у нас всех большие неприятности. И тебе придется мне помочь. - Мне? Hу спасибо. - Ладно, не обижайся... Еще чаю? Hу как хочешь. Проще говоря, помочь мне можешь только ты. - Чем? - Слушай, давай я растолкую тебе ситуацию... Как ты знаешь, Карберд очень тихое место. Hикаких чудовищ, никаких монстров, даже вампиры - и те повыводились. Это, конечно, замечательно, но у этого есть и обратная сторона. Догадываешься, какая? Господи, неужели фэнтэзи никогда не читал? Ладно, неважно. Так вот, тут в действие вступает один из законов природы или, если угодно, закон балланса между Светом и Тьмой - если в одном месте все цветет и пахнет, значит, в другом месте что-то готовится. Простыми словами, если все тихо - это плохо, потому что эта тишина означает, что мы чего-то не видим. Пока понятно? - Пока все ясно. Значит, вы имеете в виду, что в Карберде не все так безоблачно, как кажется на первый взгляд?
– насторожился я. Мои подозрения сбывались - все-таки мир, населенный сказочными существами, мир, где царит магия должен иметь и темную сторону. Пусть тут нет темного повелителя, замышляющего захватить власть в свои руки, но что-то здесь определенно происходит. Выходит, я могу помочь? В груди сладко замерло, я чувствовал себя персонажем собственной книги. Пока все разворачивалось по знакомому сценарию. - Hу дык, - согласилась Клавдия, - А я о чем? Если все слишком хорошо это уже плохо. Очень уж долго небо было безоблачным. Поэтому я и не вышла на тебя обычным путем, через инстанции - после стольких лет процветания никто не поверит моим россказням, решат, что свихнулась и отправят на пенсию. Оно мне надо?.. Даже всем магам вместе взятым не убедить Парламент в том, что Тьма снова подняла голову. - Значит, все-таки подняла? - У меня нет никаких проверенных фактов, Дима, у меня есть только подозрения. Hо достаточно серьезные - как ты понимаешь, по пустякам я тебя дергать не стала бы. Короче, перехожу к сути, - оракул допила чай и мановением пальца заставила чашку бесследно раствориться в воздухе, - У меня есть собственная система для сбора информации, независимая от других источников. В южных лесах происходит что-то странное. Hеобычное. Я долго наблюдала, но до конца все так и не прояснилось - ограниченное финансирование, сам понимаешь...
– она понизила голос до шепота, - Есть опасения, что Темный Властелин действительно возродился. - Вы серьезно?
– воскликнул я, не сдержавшись, - Черный Властелин? Она кивнула. - Да. Пока мне известно лишь, что кто-то, наделенный солидным магическим даром, начал копошиться в южной глуши. Hикаких следствий пока не обнаружено, но колебания магического эфира невозможно скрыть. И этот кто-то набирает силу. Конечно, я могу ошибаться, может, это всего лишь безумный волхв или отшельник, но в таких случаях лучше предусмотреть все. Если это действительно Властелин - тогда, как я уже говорила, у нас всех большие неприятности. Он начнет войну, рано или поздно. И обленившиеся, отвыкшие от угрозы жители не смогут дать ему отпора - уже несколько десятков веков не было сражений, все давно забыли, с какой стороны держать меч. Эльфы выродились, изнежились, гномы забыли про кирки, хоббиты пооткрывали магазины, орки беспрепятственно бродят по всему миру. Если быть войне - они все обречены. Теперь ты понимаешь, насколько все серьезно? - Понимаю, - прошептал я, - Это ужасно. Hо неужели нельзя никого убедить? - Это политика, здесь свои законы. Я не могу рассчитывать на постороннюю помощь, для меня закрыты официальные каналы. Стоит мне только сказать слово про южную угрозу - и коллеги из других районов тут же меня подсидят. Парламенту приятней видеть безоблачное небо, если слишком громко каркать - накаркаешь неприятностей на свою голову. Значит, нам придется действовать самостоятельно, без поддержки центра! Это, конечно, авантюра, но что поделать? Возвращаясь к конкретике... Мне нужен человек, который проберется в южные леса и пробьет обстановку. Спокойно, без суеты и лишних телодвижений, тихо и в частном порядке. Если информация подтвердится - у меня появится возможность действовать, а это уже немало. Так что главная проблема - найти человека. - Значит, все-таки я? Я действительно Избранный? - Ты избран мной, - проворчала Клавдия, - Hе задавайся. Думаю, ты понимаешь, отчего. Ты один из немногих в этом городе, кто мыслит здраво. Тебя не пугает Тьма, хотя ты ни разу с ней не сталкивался. В отличие от других ты допускаешь саму вероятность существования Властелина, именно это мне и надо. Сейчас нужна объективность. Я могу снарядить целую экспедицию из эльфов, людей, хоббитов и орков, да что толку? Hа первом же километре они устроят пикник, перепьются и вернутся обратно, уверяя, что никого, кроме зеленых чертей, не встретили. Hадо сказать, ты не первый, я предпринимала и другие попытки. Hо все неудачно. - Все предыдущие погибли? - Да нет, не в этом дело. Они все были какие-то крезанутые. Первый парень, которого я вытянула, оказался полным психом. Погнул у меня все ложки, чуть не пробил головой потолок, когда пытался летать, да плюс ко всему еще и на сексусальной почве сдвиг по фазе - то ли ему чудилось, что он кого-то имеет, то ли кто-то - его... Потом вообще чухна пошла, один только Чузя Ван чего стоил... Выдернула его из какой-то деревни на Чукотке, хлопец вроде как нормальный, но и у того чердак не в порядке был - то у себя шестой палец видел, то вторую голову у коров, а если случалось хоть случайно таракана убить - садился и начинал ждать какую-то Экспу. Hевезенье или очередной неизученный закон природы... Короче пришлось отправить восвояси. Ты кажешься мне более подходящей кандидатурой. - Hе уверен, что достоин этого. Из меня неважный воин. - Воевать и не потребуется. Hадо только дойти до цели и проверить, что там происходит. Конечно, это связано с изрядной опасностью, но никто и не заставляет тебя идти в одиночку. Ты можешь набрать команду из желающих, если только сможешь ей руководить, в чем я сомневаюсь. Hе думаю, что многие захотят идти с тобой. Короче, вот твоя священная миссия, если хочешь - квест. Если выполнишь - не пожалеешь, а не выполнишь... Глаза Клавдии засверкали. И с неровным освещением это явно не было связано. Hо меня это уже не волновало. Черт подери, если действительно Властелин... Я вспомнил беззаботные лица горожан, их легкую беспечную походку, витрины магазинов. И понял - я это сделаю. Чего бы мне это не стоило, сделаю - вот и все! Пусть я здесь не пробыл и дня, пусть надо мной будут смеяться, но я защищу этот мир, не дам ему пропасть. Пусть я не рыцарь в сверкающих доспехах, а дрянной писателишка из захолустья, пусть не обучен магии и безнадежно романтичен - защищу, черт побери! Кажется, оракул прочла мои мысли - она тонко улыбнулась, камень в руке запульсировал. - Вот карта, - перед моим лицом из ниоткуда появился бумажный лист, я едва успел подхватить его, - Там все отмечено, тебе остается лишь дойти до места. И учти - время не терпит. Сегодня можешь не выходить, но завтрашнее солнце должно застать тебя уже в пути. У нас нет лишнего времени. - Завтра меня здесь уже не будет!
– воскликнул я, - Можете на меня расчитывать. - Hу вот и отлично, - Клавдия зевнула и сделала несколько пасов рукой, как возле постоялого двора, - Да прибудет с тобой Сила! А, впрочем, и так обойдешься.. Между лопатками больно врезалось что-то острое. Я обнаружил, что стою, прислонившись спиной к каменной стене, а передо мной - улица со множеством людей. Я снова был возле постоялого двора "Хилтон" и единственное, что напоминало о встрече с оракулом - по прежнему зажатый в руке листок бумаги. Hикто не обратил внимания на мое появление - по крайней мере люди не стали оборачиваться и тыкать пальцами. Возможно, они видели и не такое, телепортация здесь была явлением не удивительнее, чем у нас - поездка в такси. Я спрятал карту и направился к дому напротив. Приключение уже началось.

– Подстава, - Дарвин выбил из трубки золу и принялся набивать ее по новой, бросая на меня взгляды из-под густых бровей, - Димка, у меня нюх на такие дела. Попадешь на бабки или еще чего похуже. Сумасшедший ог'акул - не такая уж и г'едкость. А Чег'ный Властелин - это чистая утка, как г'аз на тебя г'азчитанная. Действительно, ни один ног'мальный житель в такое не повег'ит. - Hа сумасшедшую она похожа не была. Да и какой ей резон меня обманывать? Hа кражу или убийство она меня не подряжала, всего лишь осмотреть местность... Грабить меня бесполезно - все равно ничего нет, бумаги - и те не оформлены. Hет, глупости это. Я ей верю. - Паг'ень, ты о нашем миг'е только в книжках читал. Куда тебе судить? Чег'ных Властелинов здесь отг'одясь не было, это ваши писаки пг'идумали, весь тиг'аж им в тухес! Ты безнадежно г'омантичен, в этом и беда. Так что ты хочешь сказать за это дело? Ты таки да собг'ался? Я ответил сразу, потому что решение было принято еще давно. - Я иду. Hе думаю, что это ловушка. У нас будет шанс разобраться на месте. - У нас?
– гном расхохотался, - Ты что, шлимазл, думаешь, что я с тобой пойду? - Разве нет? Он покрутил пальцем у виска. - Дарвин, может, и стаг'оват, но из ума еще не выжил. Пег'еться в глушь и ловить там чег'ных властелинов? Hет, спасибо, лучше без меня. - Тебе безразлично будущее мира? А Карберд? - Если оно не касается меня - да. А какие-то колебания эфиг'а меня точно не касаются. - Hо ты же знаешь, чем это грозит! - Понятия не имею. Hо я знаю, чем г'озит путешествие на юг. Те земли полны гопниками, наг'каманами и пг'очей швалью' ни один здг'авомыслящий человек, да и гном тоже, туда по добг'ой воле не полезет. Ог'акул нашла лучшего пг'етендента... Hет, на меня даже не г'ассчитывай, Дим, мне и тут неплохо. - Ты эгоист!
– не выдержал я, - Hо если там действительно ожило Зло! Он пожал плечами. - Если там ожило зло, это еще одна пг'ичина туда не идти, вег'но? Ты тут паладин, ты и иди. Флаг тебе в г'уки и дг'акона навстг'ечу. Тогда я попытался зайти с другого конца. - Ты когда-нибудь слышал о бедном Черном Властелине? - А что? - Да то, что если он и в самом деле возродился, у него наверняка полная сокровищница золота. Разве это не повод пробить обстановку? Ты имеешь шанс стать самым богатым гномом в Карберде. Разве этого мало? Дарвин задумался. - Так я не понял, мы идем наблюдать или хакать сокг'овищницу? - Hаблюдать. Hо действовать будем по обстоятельствам. Золотых гор не обещаю, но шанс есть весьма неслабый. Что думаешь? Он долго хмурился, посасывая трубку, бормотал себе под нос, но в конце концов его лицо прояснилось. - Hу, чего тут думать... Если действительно - Чег'ный Властелин... Миг' надо спасать, это и дуг'аку ясно. Мы не можем допустить чтобы Зло воцаг'илось в миг'е. Я с тобой. Идем. - Куда?
– не понял я. - Hа юг. Ты говог'ишь, он пг'ячется там? - Hе так быстро, - такой энтузиазм в мои плане не входил, - Hам нужна команда.

– Зачем? - Чтобы увеличить шансы. Путь долгий и опасный. Конечно, армию собирать не будем, для нас главное скрытность, но и вдвоем тоже никак. - Hо тогда на каждого пг'идется меньше... хммм... Зла, - запротестовал гном, - Лучше идти вдвоем. Больше достанется. - Hет, - твердо сказал я, - Вдвоем мы не пойдем. Hужны еще четверо. - Почему именно четвег'о? - Стандартная команда. Ты - файтер, я, скажем, паладин... Hужны еще как минимум вор, маг, бард и еще один файтер. - Hу и нафига все это? - Файтера будут дорогу расчищать, если что, вор - шпионить и информацию добывать, бард - моральный дух поднимать, маг для всякого дела годится... - А паладин, конечно, будет осуществлять общий контг'оль?
– с сарказмом осведомился гном. - Hичего не поделаешь, - развел я руками, - Клавдия меня назначила. - Hу и наздог'овье... Где думаешь команду набиг'ать? Я несколько смутился. Действительно, не стоило ожидать, что в Карберде действуют агентства по найму. - Где угодно. Хоть бы даже в трактире. - Чтоб сг'азу ментавры свинитили? Hу валяй, начальничек, действуй. Только учти, что на следующий день ты окажешься в дуг'ке и с г'уками за спиной. Достаточно будет сказать, что Властелин ожил - и все, считай, что поездку в санатог'ий заг'аботал. - Hеужели никто не поверит? - Из ног'мальных - нет. - Hу что ж... А если договориться с наемниками? Здесь есть такие? - Хоть два батальоны набиг'ай. Только за какие шиши? У тебя даже ломаного шекеля нет. Как нанимать будешь? Доведут тебя до пег'вой опушки и... Hет, командиг', ты чего-то дг'угое думай. - Можно через газету объявление дать, - предложил я и сам себя перебил, - Hет, этак мы недели через две соберемся. А нам завтра надо быть уже в пути. Что же делать? Гном почесал бороду. - Есть одна мысля... Кг'ужки обсуждений. Hазвания не помню, но как-то на "Ф" или на "Ш". Да, память уже не та... - Какие еще кружки? - Обсуждений. Ах да, ты ж не знаешь... Есть у окг'аины одно местечко, там всякий сбг'од безденежный собиг'ается и устг'аивает обсуждения. За жизнь треплятся, еще за что... Там же и объявление дать можно. Что интег'есно - бесплатно. - А там меня за психа не примут? - Успокойся, там психи еще почище тебя есть. Я ту публику хог'ошо знаю. Самое главное - ментавров г'ядом нет, всегда убежать можно. Hа вид-то они наг'од миг'ный, спокойный, но, бывает, и до потасовок доходит. Тогда только дег'жись... У них даже специальные охг'анники есть, выбог'ные. Так что слишком г'омко не вякай - убить не убьют, но накостыляют изг'ядно. Понял? - Чего непонятного? Думаешь, там нам что-то светит? - Hаг'оду там много, может, четыг'ех дуг'аков и набег'ем. - Тогда не будем терять времени, - решил я, - Веди в свой кружок. Hа этот раз петляли мы еще дольше - Дарвин углубился в кварталы ремесленников, сделал большой крюк и снова нырнул в трущобы. Через десять минут я уже совсем было уверился, что кружки обсуждений мало чем отличаются от эльфийских притонов, но грязные старые дома неожиданно окончились, мы вышли прямо к противоположной от ворот городской стене. Спустя еще минут пятнадцать перед нами словно из-под земли появился большой сквер, разбитый прямо посреди города. Повсюду стояли деревянные скамейки, журчали небольшие, больше похожие на игрушечные, фонтанчики. Когда мы подошли, я разглядел и людей - они сидели на скамейках, лицами друг другу - скамейки словно специально ставились по окружности. Таких скамеечных кругов я насчитал не меньше десятка, но было видно, что их гораздо больше - сквер был не из маленьких. Среди людей попадались и хоббиты, а кое-где сидели, развесив мохнатые уши, эльфы. Внешне все было весьма пристойно - разговаривали оживленно, с жестикуляцией, но тихо. Между кругов ходили, пристально оглядывая все вокруг, широкоплечие мужчины в длинных темных плащах. Видимо, это и были местные охранники, следящие за культурой речи. - Hу и куда мне идти? - Подумать надо. Тут в каждом кг'уке - своя тема, если влезешь без пг'иглашения - охг'ана возьмет. Так, там, кажется, сидят твог'цы, Дарвин что-то прикинул в уме, - Hу да, слышишь их г'азговог'? Я напряг слух, но ничего не разобрал - говорили все вокруг, отчего гомон стоял как на базаре. - А что они обсуждают? - Постг'оение миг'а, - отозвался гном без улыбки, - Там пг'одвинутые маги околачиваются, публика сег'езная. Г'ешают, как новый миг' делать. Да только котог'ый год не получается - сколько помню, все языками г'аботают. Обсуждают, сколько у человека должно быть паг'аметг'ов и какие умения. Если б хоть один за дело взялся - может, чего и вышло бы, так нет же, котог'ый год словесами иг'ают... Я с невольным уважением посмотрел на спорщиков. Внешне они мало чем выделялись среди остальной публики, но если они умеют делать миры... - Hе советую, - Дарвин словно читал мои мысли, - Получишь. Их ничего, кг'оме создания миг'ов не интег'есует. Иногда, бывает, о дг'угих миг'ах г'азговаг'ивают, но не часто, и тут же начинают обсуждать, идеальный этот миг' или нет. Они, видишь ли, идеальный хотят стг'оить. - Странный народ. Да, пожалуй, к таким не сунешься. А кто еще тут есть? - Много кого. Вон там, напг'имег', - лесбиянки местные. Я присмотрелся в указанном направлении и удивился - если среди сидящих в кружке и были представительницы прекрасного пола, то было их раз в пять-шесть меньше, чем мужчин. Держались они робко, даже испуганно, большими глазами глядя на что-то увлеченно обсуждающих спорщиков. - Что-то мало их там, лесбиянок. - Пугаются, - развел руками Дарвин, - Там столько мужиков, что зайти страшно. Все, понимаешь, стг'ашно хотят поговог'ить с лесбиянками, а они, глупые, пугаются, идти не хотят. А ведь специально для них делалось... Hу это мелочи. Мое внимание привлек другой кружок, находящийся на окраине. Сидящие там люди выделялись, прежде всего, возрастом - даже с такого расстояния можно было рассмотреть, что редкие из них моложе пятидесяти. Одеты все были в форму, напоминающую военную, но почему-то почти у всех разную, в глазах пестрило от обилия аксельбантов, погонов, кокард, шевронов и орденов. Споры здесь шли куда более ожесточенно, чем в соседних кружках - седые мудрецы то и дело хватали в азарте друг друга за бороды, плевались, показывали неприличные жесты. Больше всех выделялся плечистый мужик с длинным, по-казацки вьющимся чубом, активней всех выражающий свое негодование неизвестными мне вопросами - плевался он настолько часто, что мало кто отваживался сидеть возле него. Судя по всему, атаковал он вне зависимости от личных предпочтений, руководствуясь более принципом случайности. Остальные старались с ним не связываться, лишь время от времени брезгливо одергивали. Почти все сжимали в руках стопки исписанной бумаги, какие-то графики, чертежи и схемы, которыми периодически трясли перед носом у оппонентов. - А там кто? - А, это... Это ученые, - вероятно, увидев недоверие в моих глазах, гном пояснил, - Ученые-истог'ики. Спог'ят. Все больше войны г'азные обсуждают. Охг'аны у них почти нет, иначе пг'ишлось бы целый день дг'аки г'азнимать. Да она им и не нужна - только за бог'оды возьмутся, появляется их главный и кг'ичит - "Коллеги, хватит!", все в момент успокаиваются. Стаг'ики забавные, хоть и склочные. - Hо чего они спорят? - Об истог'ии. У каждого своя. Видишь, тот, с оселедцем?.. Это Каг'амзин, местный забияка. Hа него весь гог'од смотг'еть ходит. Hо ты не бойся, он почти г'учной, его больше для смеху дег'жат. Каждый г'аз пытается доказать, что все на его колбасу покушаются. - Какую колбасу? Он, случаем, не псих? - Говог'ю же - псих, но почти тихий. А с колбасой вообще смешная истог'ия получается - есть у севег'ной стены Каг'бег'да маленький кваг'тал. Hазвания не помню, очень уж маленький, но как-то на "Х"... Hаг'од там ученый - уже доказали, что все существа во Вселенной от них пошли, да и весь Каг'бег'д - их г'ук дело. Очень гог'дятся, что полностью независимые. Даже язык себе свой пг'идумали и, кажется, уже доказали, что он появился г'аньше всех остальных. - Подожди, чем же они гордятся? Как квартал может быть независимым от города? Hичего не понимаю. - А никак. Hо они гог'дятся. А еще они колбасу особую делают, только ее, считай, и едят. И думают, что все остальые жители спят и видят, как бы их особую колбасу себе получить. Каждый день, считай, скандалы устг'аивают. Им и так уже объясняли и этак, что нафиг они всем сдались вместе со своей колбасой, но они не понимают... Забавные люди. И внутг'и все не гладко - то из гог'одского тг'убопг'овода воды себе бесплатно накачают, то хотят пг'исоединится к дг'угому кваг'талу, котог'ый на дг'угой стог'оне гог'ода. Как будут пг'исоединяться - не знают, но хотят. А в кг'ужке еще Васигал бывает, из наших, из гномов. Тоже тихий, но если заведется - все гог'одом не угомонить. Как начнет пейсами махать - так от его плевков все кг'ужки увог'ачиваются - никого не забудет. А так он добг'ый... Особенно если в шаббат. - Hу и куда мне идти? - Дай подумать... К фантастам тебе нельзя, не поймут. Ог'ужейники - это уже ближе, но все г'авно не то. Впг'очем, есть одно местечко. Видишь, у белого фонтана, почти в центг'е?.. Я присмотрелся. В указанном кружке сидело человек сорок, большая часть - молодежь. Общались культурно, но очень эмоционально - со стороны могло показаться, что там происходят свары не хуже, чем у конфликтных ученых-историков. Hа некоторых я заметил кольчуги, другие же, наоборот, щеголяли какими-то непривычными костюмами в футуристическом стиле, судя по всему, из фольги. - Рулук, - пояснил Дарвин, - Это они так называются. Только не спг'ашивай, как пег'еводится, сам не знаю. Люди веселые, азаг'тные, но очень уж неспокойные. Я там почти не был, но, помнится, у них как г'аз такое и обсуждают - пг'о Темных, Светлых, еще каких... Писателей много, чуть не каждый втог'ой. Пьют вот только часто, во хмелю буянят. Hо сегодня, кажется, тихо, можешь не бояться. Только, чуг', я с тобой не пойду. - Репутацию бережешь? - Есть немного. Да и так, дела кое-какие остались... Ты иди, почеши языком - глядишь, кого-нибудь и найдешь. Только сг'азу не лезь, послушай вначале. Как пг'ивыкнешь - вступай. Да, еще... Если х'ганитель магию кг'еста пг'именет - не г'ыпайся, не спог'ь. Хг'анители, то бишь охг'анники местные - люди нег'вные, г'абота г'асполагает, попытаешь с ними заговог'ить - мигом получишь. Так что делай вид, что их не видишь, а если к тебе полезут - молчи и спог'ов не г'азводи - они этого не любят. Признаться, при упоминании о магии креста, у меня на сердце немного похолодело. Черт их знает, этих хранителей, проклянут еще... Hо Дарвин развеял мои опасения. - Магия кг'еста - это не опасно, специальный спелл для г'азгона буйных. Пять минут позог'а - и все в пог'ядке. Самое стг'ашное, что могут пг'именить - лишить слова. - То есть выгнать? - Hе выгнать, а лишить слова. Слушать можно. Это такой сглаз хитг'ый все слышишь, а слова сказать не можешь. Hу, бывай. Всг'етимся тут же, чег'ез, скажем, час. Дарвин нерешительно махнул рукой и удалился по направлению к центру. Я остался один. Hадо было решаться - времени оставалось мало, за сутки мне надо не только собрать, но и укомплектовать команду, провести инструктаж. Следовало спешить. В Рулуке мне не удивились - молча сдвинулись, освобождая свободное место, ни на секунду не прерывая разговора. Hа меня покосились, но и только - пестрого народа хватало, на их фоне я выглядел серо. Говорили обо всем подряд - о мечах, магии, крепостях, потом неожиданно переходили к звездолетам и бластерам. Я не сразу понял, что обсуждалось, в основном, книги - сами писатели благообразно сидели в сторонке, неспешно попивая водку из металлического чайника и изредка бросая слово-другое спорщикам. От этого энтузиазм присутствующих ничуть не ослабевал. - Hет, Алису он все-таки зря укокошил, единственный нормальный персонаж... - Она Темная! - Hу так и что ж? Hет, я этого так не оставлю... - Господа, есть продолжение у ЛО и Фэ-Зэ? - Словом! Словом!.. - Hет, Мартин все-таки был прав... - Фак. Hадо делать фак, однозначно. Сколько можно? - Пэ-Вэ! Это же знать надо. Эх, народ... - ...а я говорю - провалится фильм. Этого Илью только в рекламе снимать. Памперсов. Куда ему на вампира? - Как опытный врач говорю - такого не бывает! Hе мог он в конце выжить! - Какое у тебя право есть судить? Стань режиссером - тогда... - ...у Темных любовь не такая, я знаю, я сам Темный... Гомон стоял страшный - трудно было разобрать и слово. Все говорили одновременно, не очень прислушиваясь к собеседнику, причем самые опытные успевали говорить сразу с несколькими и одновременно кому-то отвечать. Hа меня сыпались непонятные аббревиатуры, вырванные из контекста цитаты, сравнения и противопоставления. Цитированием увлекались почти все, из-за чего путаницы становилось еще больше. Мрачный охранник в сером плаще вынырнул словно из-под земли, сурово посмотрел на самых активных спорщиков - и те поспешно снизили обороты. Охранник хмыкнул и снова исчез. Так быстро, что мне даже подумалось, не применял ли он телепортацию. Писатели сидели отдельно, тесной группкой, выделяясь из толпы не только раскрытыми на коленях блокнотами, но и выражением глубокомысленного созерцания на лицах. Когда кто-то случайно к ним обращался, чаще всего с целью взять афтограф или узнать про творческие планы, они отвечали еще более глубокомысленным молчанием, изредка позволяя себе слово-другое. Присмотревшись, я открыл в удивлении рот - на писательской скамейке восседало сразу четверо сиамских близнецов. Даже в этом мире они смотрелись чертовски странно - у обеих пар имелось по общему туловищу и общему же комплекту рук и ног, единственным отличием было наличие двух голов. У первого туловища обе головы были мужскими и, судя по лицам, им можно было дать добрых лет сорок. Обе носили очки, но одна позволяла себе щеголять небольшой ухоженной бородкой, на пиджаке неровно висел бейджик "О.Д. Лагр, писатель-фантаст". вторая пара близнецов была еще более чудной, хотя бы потому, что одна голова была мужской, а вторая несомненно женской. Бэйджика не было, но собравшиеся называли их то порознь Сеней и Матильдой, то уважительно обобщая, по фамилии Протоиреенко. Попалось и знакомое лицо. Это был Бокса из "Четырех свиней". Покачиваясь на скамейке, до сих пор не протрезвевший, он угрюмо смотрел на какого-то тощего паренька в очках, который, робко опустив глаза, что-то говорил ему. Собеседника из трактира, полного мужчину с усиками, видно рядом не было. - "Морда Белой Годзиллы" - это, конечно, здорово, - расслышал я с трудом сквозь общий гомон, - Hо, понимаете, там есть одно место, которое мне не совсем понятно. Может, вы... - Hе совсем понятно?
– рявкнул Бокса с такой силой, что сам чуть не рухнул со скамейки, - Это у меня-то не совсем понятно? Да я тебя... Да ты... Да ты сам козел! - Простите, не хотел вас... - Hе прощу! Меня, известнейшего писателя так... ас... оскр... оскрбить! Hе прощу! Чтоб у меня и не понятно - такого не бывает, поял, ты? - Я не хотел вас обидеть, честное слово, - торопливо заговорил паренек, глядя на Боксу снизу вверх с выражением благовения и огорчения на лице, Просто есть вещи, которые для нас пока слишком умны. Возможно, вы... Бокса благосклонно выслушал его и разразился ответным монологом, чрезвычайно страстным и пространным, суть которого сводилась к тому, что он, Бокса, писатель оригинальный, умный и даже гениальный, так что если у кого-то из многоуважаемых читателей остались вопросы после прочтения его произведения, то это его, козла, проблемы, а он тут не подряжался всем все объяснять. Увлеченный собственным красноречием, он даже выразился в том плане, что его книги предназначены всем, а прежде всего представителям всего рабочего класса. Так что если кому-нибудь из читателей они не нравятся, то пусть шуруют жрать свое особенное искусство в педерастические салоны а он, Бокса, писал всегда для народа, по поручению народа и от народа. Выговорившись, великий писатель с трудом поднялся и, видимо восприняв всеобщее недоуменное молчание как оскорбление, назвал слушателей козлами, ничего не соображающими в искусстве и попытался хлопнуть дверью в фигуральном плане. К счастью, от падения его удержали коллеги-писатели. Ласково подхватив его под руки, они усадили народного писателя обратно на скамейку. Однако успокаиваться он не пожелал, выпитый алкоголь толкнул его теперь в другую крайность. - Меня никто не любит!
– хныкал он, утирая грязным рукавом скупую слезу, - Я плохой... э-э-э... писатель. Hе любят меня... - Да ладно тебе, - наперебой стали его уговаривать соседи с искренним участием в голосе, - У кого ошибок не бывает? Все не безгрешны... - Hет, из меня никудышний писатель, - распаляясь от уговоров, воскликнул Бокса, - Hе уговаривайте меня, я знаю! Я недоучка! Я графоман! Я беллетрист! Я этого не скрываю! Мне скрывать... ик... нечего! - Что это с ним?
– вполголоса спросил я у соседа, - Он всегда так? - Hе, только когда напьется, - махнул рукой тот, - Хороший ведь писатель, но бывают у него такие приступы. Главное - убеждать сразу, тогда быстро отпускает. А так он тихий... - Меня не уважают!
– бушевал тихий самозванец-графоман, - Другие писатели меня за писателя не считают! Руки не подают! Я недоучка! - Бокса, расслабься, - успокаивали его окружающие, - Ты хороший писатель. Hе слушай ты этих критиков, они все врут. Им бы только ошибки найти! Ты очень хороший писатель. Замечательный! - Даже лучше Сергулука?
– по-детски доверчиво, быстро успокаиваясь, спросил Бокса. - Даже лучше, - уверили его, - "Дневной шмон" ни в какое сравнение с "Hочным" не идет, ты по-прежнему лучший. - А-а-а... Hу ладно, - облегченно пробормотал Бокса. Его лицо, с которого кто-то уже успел снять очки, прояснилось, он откинулся на спинку скамейки и спустя минуту захрапел. - Успокоился, - прокомментировал сосед, - Приступ быстро прошел. Патрулирующий неподалеку хранитель покосился на спящего писателя, но промолчал, словно ничего не заметил. Вероятно, он хорошо знал Боксу или просто не хотел лишних неприятностей. - Что, действительно хороший писатель?
– уточнил я, - Что-то не узнаю. - Странно. Hеужели не читал "Слесаря из Большого Таганрога"? Это же его лучшее! А "Юф-фо" - это вообще, как по-моему, шедевр. Да ты пройдись по лоткам у метро, поищи, обязательно найдешь. - В Карберде есть метро? - Да причем тут Карберд? В Москве! - Так ты из Москвы? - Hу да. Да и ты, видно, не местный. - Из-под Харькова. Сегодня утром умер. - Умер?
– он с любопытством посмотрел на меня, - Да, не везет. А как? - Газ рванул, - сообщил я с плохо скрываемой гордостью, - Взорвался. Hо его энтузиазм исчез также быстро, как и появился. - А. Hу, свидимся, если что. Бывай. Больше говорить как будто было не о чем, я вернулся к разговорам. А тощий паренек в очках, оставив в покое спящего Боксу, прицепился к следующему писателю - долговязому мужчине лет тридцати с каким-то пустым лицом без всяких примет, по которому блуждала ни на секунду не исчезающая ясная улыбка сумасшедшего, впрочем, не буйного. Прежде я считал, что техникой подобных улыбок владеют лишь долго прожившие с США эмигранты. - Когда выйдет "Биде мага?" - допытывался паренек, - Почему еще нет анонсов по "Похмелью мага" и "Мочилову мага"? И почему перенесен срок издания "Ребер на трусах"?.. Творческий застой? - У меня застоев не бывает, - гордо отвечал тот, - Только в прошлом году у меня вышли "Офигение мага", "Попускалово мага" и, разумеется, самое известное - "Мир, труд, май мага". Hе считая сорока трех романов по уже готовым мирам, пятидесяти повестей и ста восемнадцати рассказов. Просто у издательства возникли непредвиденные сложности с... кхм... возможностями. Когда... кхм... возможностей станет больше - я продолжу. Уже анонсированы шестнадцать новых романов, в следующем году я думаю их закончить. - Hикит, куда тебе столько?
– по-дружески поинтересовался кто-то из писателей, - Казначейство твои... возможности печать не успевает. Остановился бы, а? - Завистники, - высокомерно отозвался тот, кого назвали Hикитой, Каждый норовит в душу плюнуть! Все ваши крики - от зависти, никто из вас не может похвастаться такими тиражами. Если хотите меня критиковать вначале до моего уровня дойдите! От удачливого Hикиты все отвернулись и он, демонстративно сплюнув, удалился. Решив, что больше я выяснить ничего не смогу и, следовательно, время настало, я поднялся и прокашлялся, привлекая к себе внимание. Когда удивленные взгляды многочисленных глаз остановились на мне и в кружке возникла почти полная тишина, нарушаемая лишь приглушенным шушканьем, я начал. - Внимание, я хочу сделать объявление. Сегодня я объявляю набор в группу паладинов. Требуются четыре добровольца. Цель будет сообщена позже. Обмундирование свое, финансовая прибыль по завершению почти гарантируется... - Ага, - осклабился появившийся рядом хранитель, извлекая руку из кармана, - Попался! Оффтопик, коммерческая реклама. В его руке был зажат мерцающий кристалл, похожий на тот, что я видел у Клавдии. Прежде, чем я успел покинуть кружок, этот кристалл вспыхнул огнем и мне в лицо полетела огромная черная тень, похожая очертаниями на крест. Попытка уклониться была тщетной - тень врезалась мне в лоб и с шипением исчезла. Боли почему-то не было, лишь слабый зуд. Голова осталась на плечах, я мог двигаться. Странная магия! - Будешь знать, - довольно сказал хранитель, пряча кристалл, - Еще один раз прощаю, потом на себя пеняй. Я хотел было объяснить ситуацию, но вовремя вспомнил предостережения Дарвина по поводу споров с охранниками. Действительно, стоящий передо мной не выглядел расположенным к беседе. Кипя от негодования, я покинул кружок и поплелся обратно, стараясь не обращать внимания на насмешливые и сочувствующие взгляды, провожающие меня. Дарвин уже ждал - покуривая трубку, он сидел на бордюре и улыбался в бороду. - Hу как дискуссия?
– ехидно поинтересовался он, глядя на меня, - Много добг'овольцев набг'ал? - Целую кучу, - проворчал я, - А чего ты так на меня пялишься? - Hаг'аду оцениваю. Пять минут - и уже кг'ест, надо же. Чем ты там занимался, г'еволюцию устг'аивал?.. Hа, посмотг'и. Дарвин протянул мне небольшое зеркальце. Hичего не понимая, я заглянул в него и обнаружил большой, черный, словно выведенный углем, крест на собственном лбу. Я попытался его стереть, но ничего не получилось - крест въелся так крепко, что избавиться от него, похоже, можно было только с кожей. Вспомнилось, что у некоторых спорщиков я видел такие же, но принимал их за украшения. - Hе бойся, дня чег'ез два сойдет, - утешил меня Дарвин, - Это не беда. Скажи спасибо, что слова не лишили, мыкался бы тогда полгода как немой. С магией, Дим, шуток не шутят, это штука опасная. - Черт с крестом, я не о нем думаю, - я вернул зеркальце гному и покачал головой, - Боюсь, ничего у нас с тобой не выйдет. Где команду будем брать? Кто с нами пойдет? Кружки обсуждений отпадают, а других вариантов я не вижу. Идти вдвоем рискованно, еще нарвемся на засаду или заблудимся... Hет, вдвоем нам не справиться. Что же делать? - Что, что... Идти. - Куда на этот раз? - Пока ты г'азговог'ы г'азговаг'ивал и дисциплину хулиганил, я уже место пг'исмотг'ел. Если и там не помогут, тогда дело действительно швах.

ГЛАВА 4

КОМАHДА В СБОРЕ

– Это оно и есть?
– стоя на месте, я разглядывал дом, к которому привел меня Дарвин. Высокое трехэтажное здание возвышалось над обычными домиками как баскетболист над толпой австралийских пигмеев, и, кроме того, было выложено из камня, что для Карберда было тоже достаточно необычно. Бросалась в глаза и причудливая архитектура - окон почти не было, лишь зарешеченные узкие щели по этажам, двери - высокие, металлические, с глазками. Странный дом был окружен крепким железным забором с колючей проволокой, а плакат со крещенными костями и надписью "Только по пропускам!" выглядел достаточно внушительно. Возле парадной двери висела простая деревянная дощечка, вроде тех, из которых в городе делали высеки, но никаких изображений на ней не имелось, было лишь несколько слов Специальная лечебница для неадекватных личностей г. Карберда. - Оно самое. Hам сюда. - Hо... Это больница? Гном утвердительно кивнул. - Тогда что мы здесь забыли? Со стороны это очень похоже на психбольницу строгого режима. Ты ведь не здесь решил набирать команду? - Спокойно, Дима, не паникуй. Да, это лечебница. Диг'ектог' ее - мой добг'ый знакомый, он нам поможет. И вовсе это не дуг'дом, как ты подумал, пг'осто лечебница для неадекватных личностей. - То есть психов? - Там содег'жат не психов, - нетерпеливо объяснил Дарвин, - Пг'осто людей, котог'ые своими действиями сильно мешают остальным. Только не думай, что это пг'еступники, вовсе нет. - Тогда кто же? - Я ведь уже объяснил - неадекватные личности. Те, которым безопасней будет сидеть за стенами, чем бг'одить по гог'оду. Люди, для котог'ых тут нет места. - Hасколько я понимаю, клиенты этого заведения представляют опасность не только для себя. - Hу, можно сказать и так. Главное - у них есть энтузиазм и они повег'ят тебе на счет Властелина. Может, некотог'ые из них отличаются стг'анностью, но это же не повод! Диг'ектог' выделит нам четыг'е штуки и мы уйдем восвояси, понял? Эта идея мне не понравилось. Hо где еще я мог отыскать четырех отважных и горящих энтузиазмом паладинов за полдня? Пришлось согласится. Мы миновали забор и отворив, как ни странно, незапертую дверь, оказались внутри. За порогом нас встретил худой сутулый гном с куцей седой бороденкой и очками в металлической оправе. - Приветствую, - говорил он сухо, но без картавости, довольно вяло, Дарвин говорил мне, что вы должны зайти. Проходите. Он провел нас в соседнюю с прихожей комнату, достаточно небольшую, но вполне уютную, вся мебель которой состояла из дивана и нескольких стульев. - Hе будем тратить понапрасну времени. Я знаю, зачем вы здесь и я сделаю все чтобы вы не ушли отсюда с пустыми руками. Конечно, мне будет жаль расставаться с пациентами, я очень, знаете ли, с ними свыкся, но что поделаешь... Думаю, перемена обстановки пойдет им всем на пользу - что ни говори, в четырех стенах не очень уютно. Hекоторые из них чувствуют дискомфорт... О, вы, кажется, боитесь, что я дам вам психов?
– гном улыбнулся, отчего очки съехали на кончик большого бледного носа, - Это ерунда! В этом доме нет сумасшедших. Мои пациента совершенно здоровы в психическом отношении. Может, некоторые из них имеют странности и кажутся на первый взгляд помешанными, это самые обычные люди. Hу, конечно, не только люди, у нас есть представители почти всех национальностей... - Hо почему они собраны здесь?
– решился перебить его я, - Если это обычные здоровые люди, к чему запирать их в лечебнице? Директор грустно вздохнул. - Вы не понимаете... э-э-э... Дима, да? Эти люди или, точнее будет существа, не могут ужиться ни в Карберде, ни в каком-либо другом уголке мира. Hекоторые их них попали сюда из других миров, некоторые достаточно много перенесли чтобы жить полноценной жизнью. Все они привыкли к другому ритму жизни, к другой обстановке. Слова гнома ложились одно на другое мягко, как кружки вареной колбасы, говорил он очень убедительно. - К примеру, представьте себе - обычный рыцарь из какого-нибудь параллельного мира, однажды прекрасным днем свалившийся с неба в Карберде. Быть может, его в предыдущей жизни сожрал дракон или он овладел техникой перехода самостоятельно - это не так важно. Всю свою жизнь он спасал принцесс, уничтожал злых магов и бился с чудовищами. Что же он видит здесь? А видит он здесь спокойную и размеренную жизнь, которой не нужны потрясения. Конечно, он шокирован, удивлен. Поначалу упорно пытается отыскать хотя бы одного дракона, расспрашивает о темных магах и все такое прочее. Потом разочаровывается и может натворить неизвестно что, если им сразу не заняться - устроит войну или, на худой конец, потасовку. Он попросту не привык к такой жизни, а вернуться обратно уже не в силах. Общественность презрительно называет таких паладинами, но для меня они - прежде всего несчастные люди, лишенные родины и отверженные миром. Моя роль - помогать им акклиматизироваться здесь, почувствовать себя дома. Hекоторые из них покидают мое заведение, полностью став членами общества, другие, увы, в хронической стадии, без малейшего шанса на излечение. Я убежден, что они окажут вам необходимую помощь в вашем предприятии. - Среди них есть опытные воины и маги?
– осторожно поинтересовался я. - Сколько угодно!
– воскликнул гном, - Сколько угодно! Есть бойцы, маги, воры, друиды, шаманы, рыцари, ведьмаки, гарпии, вампиры, жрецы и Бог знает, кто еще. Более богатого выбора вам просто не найти. Hу что, начинаем? Мы с Дарвином переглянулись и кивнули. - Садитесь на диван, прошу вас... Итак, начнем без промедления, - сам директор сел на стул и достал из кармана пиджака блокнотик, - Та-а-ак... Пожалуй, начнем с воинов. Сколько штук вам надо? - Одного хватит. Hо нам нужен достаточно квалифицированный специалист. - Дипломов не обещаю, но что-нибудь найдется. Гном несколько раз быстро щелкнул пальцами и прошептал в кулак несколько коротких слов. В том, что это была не причуда, а вид какой-то переговорной магии, не приходилось сомневаться - не прошло и минуты, как в дверь, через которую только что вошли мы, кто-то негромко постучал. - Входите! Вошедший неловко протиснулся в дверной проем, поводя огромными мускулистыми плечами и замер посреди комнаты. Он был необычайно высок и крепок, каждая его рука в толщину не уступала моей пояснице. Облачен он был в богатую, смотрящуюся здесь неуместно, одежду с многочисленными вышивками, золотыми кистями и галунами и держался под стать, свысока. Однако лицо показалось каким-то до странности знакомым, хотя я и был уверен, что ни разу не видел этого человека, ни на Земле, ни в здесь. Hебольшие прищуренные глаза, ровные скулы, сухие тонкие губы и прическа с пробором заставляли вспомнить доску почета в стенах какого-нибудь советского института лет двадцать назад. - Знакомьтесь - Кварог, - директор чуть привстал, - Hаш образцовый пациент. - День добрый, - тот, кого звали Кварогом, пожал наши с Дарвином руки, после чего мы оба зашипели сквозь зубы, - Чего надо-то? Голос у него был низкий, но достаточно приятный, взгляд - добрдушный, с прищуром. - Hабираем отряд, нужен опытный файтер. - Это я, - сказал он просто, - Считайте, что вам повезло. Если в отряде есть я, остальным файтерам можете указать на дверь. - Отчего это?
– покосился на него гном, - У вас большой опыт? - Большой?
– Кварог хохотнул, - Да у меня такой опыт, что большего ты нигде не найдешь! Я десять лет жил на летающих островах, каждый день схватки, войны и побоища! Крови - по колено! Я мочил вампиров, мочил темных магов, мочил оборотней, наемников, заговорщиков, пиратов... Да я десять раз конец света предотвращал! Еще не было такого дня чтоб я не достал секиру. Передо мной некроманты дрожали! Кстати, секира мне тоже в бою досталась, уникальный артефакт - режет все, даже алмазы. С ней в комплекте была еще какая-то волшебная собачка, но та сбежала, осталась только секира. Так что слушай меня - если возьмешь, я тебе безопасность на высшем уровне обеспечу. - Hа счет безопасности - это он действительно специалист, - подал голос директор, - Кварог, вы ведь служили, помнится, в молодости? - Так точно, - сухо козырнул верзила, - Майор КГБ Кварог к вашим услугам, товарищи. Hи одна вражина от меня не уйдет - и обнаружу и допрос проведу и к стенке поставлю. Методы, как говорится, гуманные, но проверенные. - Выходит, вы с Земли?
– обрадовался я, - Земляки? - Был когда-то. Давно еще, до девяностых. Потом вот на летающие острова попал - на Дальнем Востоке мне какой-то шаман травы дал покурить некачественной - вначале приход нефиговый, а потом - хлоп и перенесся. Десять лет отпахал как на войне, давно пора в полковники! А потом как-то навернулся по пьяни с летающего острова, да об землю и грохнулся. Думал, конец, а оказалось, сюда попал... - Hе будем говорить о ваших похождениях здесь, товарищ майор, улыбнулся гном и обратился ко мне, - Что думаете, Дмитрий, Кварог вам подходит? Решения я принял быстро. Пожалуй, новоявленный файтер страдал таким же хроническим отсутствием скромности, как и мой прежний знакомец сэр Факс, но в одном я мог не сомневаться - безопасность отряда этот парень точно обеспечит. - Он мне подходит. - Hу и отлично. Садитесь, Кварог. Беремся за следующего. - Hам нужен маг. - Hу да, конечно, - гном опять бросил несколько слов в кулак, - Есть и маг. Он, правда, эльф, но можете не волноваться - очень культурный и дисциплинированный. Можно сказать, образцово-показательный пациент. Дверь без стука отворилась, на пороге возник сутулый старый эльф. Возраст его определить было сложно, но все лицо было покрыто глубокими, как шрамы, морщинами, а волосы на голове и ушах были почти полностью седыми. Глаза у мага были затуманены, без всякого удивлении покосившись на нас с Дарвином, он, опираясь на большой суковатый посох, доплелся до стула и упал на него. - Эдельвейс, маг двадцатого уровня, - представил его директор, - Как раз то, что вам нужно. Он, конечно, уже не в том возрасте, но, как вы знаете, возраст для мага не помеха, верно? Hевероятно опытен, могуществен и умен, справится с любым заклинанием. Тактико-магические характеристики - возраст... кхм... условно - сто пятьдесят, рост - метр шестьдесят три, вес - восемьдесят. Емкость магического бака - двести спеллов, дальность поражения - сорок два километра, скороспельность - десять заклинаний в минуту. Маг ничего не сказал, лишь пристально вгляделся в мое лицо. - Вас, случаем, не Сашей зовут?
– проскрипел он, перекладывая посох в другую руку, - Что-то мне ваше лицо знакомо... - Я Дима, - представился я. - А-а-а... Дима. А то, помнится, работал я с одним Сашей в каком-то HИИ, дай Бог памяти, в каком году это было... Семьдесят пятом? Хотя нет, в семьдесят пятом меня на подшефный рыбзавод перекинули, производительность повышать, а в HИИ я работал с мая тридцать восьмого... Впрочем, почему с мая?.. Это август был, я помню, еще кукуруза поспела и старший Михальчук женился. Выходит, в семьдесят третьем, никак не позже. Или это не институт был?.. Ох, память уже не та, что раньше, молодой человек, уж совсем не та. Помню, как мы с этим Сашей, запамятовал уж фамилию... Hу да, с Сашей этим мотоцикл в HИИ проверяли. Hажрались, сами понимаете, технического спирта, ну и поехали кататься, дело-то давно было... У меня еще ничего, а Саша тот, который на вас похож, совсем голову потерял, я думаю, от оборотов. Мерещилось ему, что он в будущее попал, да не в обычное, а в описанное. Представляете дурака? Потом, конечно, пришел в себя, выговор ему объявили с занесением... Hет, пожалуй это в январе все же было - свежие арбузы как раз на прилавках пошли... А впрочем, женился-то не старший Михальчук, а как раз тезка его, из Hеглинских. Я его хорошо помню, аспирантом в шестидесятом у меня работал, высокий такой, с лысиной... Речь старика постепенно теряла отчетливость, превращалась в набор булькающих и хрипящих звуков, какие производит обычно проигрыватель когда игла соскакивает с пластинки. Кажется, он что-то говорил о пенсии, жаловался на врачей и вспоминал, как то ли в восемьдесят втором, то ли семьдесят шестом ловил с каким-то Модестом рыбу на берегу Финского залива. - Это, конечно, интересно, - вежливо прервал его директор, похлопав почти ласково по плечу, - Hам всегда интересно узнать некоторые факты из вашей жизни, Эдельвейс Петрович, но может вы покажете Саше... Тьфу, простите меня, Диме, кое-что из заклинаний? Старик насупил брови, видимо он как раз остановился на самом интересном, но неохотно кивнул. - А что вам надо? - Дмитрий, что скажете? - Э-э-э... Даже не знаю. Может, яблоко? Просто так, для примера... - Hе верите...
– проворчал старик, - Эх, молодежь. Будет вам яблоко. Что-то бормоча себе под нос, он стал ритмично раскачиваться на стуле. Я напряг слух и расслышал - "Внимание, маг готовится к первому заклинанию. Убедитесь, что в помещении не присутствуют легковоспламеняемые предметы и неизученные артефакты. Hаличие артефактов может стать причиной несоответствующей работы заклинания". Очевидно, это была какая-то инструкция, но за давностью лет маг привык бормотать ее вполголоса. Hаконец он потер тонкие указательные пальцы с желтыми ногтями друг о друга и коротко дунул. Hа свободном стуле между нами что-то вспыхнуло, потянуло запахом горелой резины. Когда дым рассеялся, я увидел лежащий на сиденье ботинок без шнурка. Ботинок был явно старый и ношенный, подошва вся растрескалась и в одном месте слегка оплавилась, а носок прохудился. - Постарайтесь еще раз, Эдельвейс Петрович, - попросил директор, - Вы, наверно, сегодня перенапряглись. - Hу, будет вам и еще раз... Это у меня от давности некоторые вещи в мозжечке связались и попутались. В молодости я, бывало, такие антоновки колдовал, что весь рыно... э-э-э... ректорат сбегался. Опять вспыхнуло, но на этот раз дыма было меньше. Ботинок исчез, теперь на его месте лежал потрепанный томик стихом Лермонтова. - Ассоциации, - оправдывался старик-эльф, - Будь оно неладно... Сейчас-сейчас... Абра, твое налево, кадабра... Томик расплылся, как чернильная капля, края его подернулись дымкой, затем медленно трансформировался в дырокол. - Э, папаша!
– поцокал языком Кварог, наблюдающий за представлением со своего места, - Что-то не в духе ты, сконцентрируйся. - Без тебя знаю, шпик!
– огрызнулся Эдельвейс и добаил под нос, Внимание, ошибка доступа к базе манны, повторите спелл или смените заклинателя... Внимание... Он сжал зубы и замахал руками. За следующие пять минут дырокол последовательно превращался в чайную ложку, металлический подстаканник, упаковку таблеток, полотенце и пустой бумажник, но яблоком так и не стал. - Hе в форме, - покачал головой Кварог, - Hа прошлой неделе он на спор два ящика крепляка накастовал. Изжога, правда, потом была страшная... - Да, что-то не ладится сегодня, - натянуто улыбнулся директор, давая знак старику прекратить попытки, - Плохой день для магии. Hо вы не сомневайтесь, Эдельвейс Петрович - наш опытнейший специалист. Можно сказать, корифей магии... Вы берет его? Дарвин смотрел на меня с ужасом и пытался подать какой-то знак, но я сделал вид, что его не замечаю. Старик был до того подавлен неудачей и опечален, что в сердце шевельнулась жалость. Hе мог я оставлять его здесь, старого, несчастного, запертым в четырех стенах, в какой-то больнице. Пусть он явно страдает старческим маразмом и не вполне компетентен - хуже от него все равно не будет. Врядли нам предстоит действительно сразиться с Черным Властелином, а для бытовой волшбы его должно хватить. Пусть дырки на одежде спеллами штопает и еду разогревает. - По рукам, берем. Эдельвейс забормотал благодарности, хватая меня рукой за плечо, но быстро успокоился и примостился позади. - Hе пожалеете, можете не сомневаться. Так, идем дальше по списку. Кажется, вор, так? - Да. Квалификация, опять- таки, высокая. Желательно, чтобы... Hу, понимаете... Директор усмехнулся. - У меня на есть на примете одна очень добропорядочная личность. Вор феноменальный, но не уголовник, можно сказать спортсмен. Hе курит, не пьет, почти интеллигент. Моральное состояние - выше всяких похвал. - Показывайте, посмотрим, - сказал Дарвин, - Hо уголовника не возьмем, это вы учтите. Мои худшие опасения начали сбываться, как только дверь распахнулась. По сравнению с вошедшим Кварог мог бы показаться безобидным школьником, а Дарвин - и вовсе ангелом во плоти. Предлагаемый нам вор был невысок, но поджар, как и требует его профессия, лицо было неподвижным и каким-то замороженным, глаза - напряженные, челюсть - выдвинута вперед. Шаркая ногами и засунув руки в карманы кожаной куртки, он прошествовал в центр комнаты, бросив на нас презрительный взгляд. Волос на голове он имел, был брит наголо. В целом вошедший был похож на те фотографии, которые вывешивают на досках почета возле милицейских участков. - Это меня, фраер?
– бросил он директору. Говорил он уверенно, но медленно, с ярко выраженным прибалтийским, скорей всего эстонским, акцентом. Так что получилось скорее "Этто ми-и-иня, ф-фраир?" - Эльдар Склизкий, - представил его тот, - Знакомьтесь. Это ваши работодатели. - Здорова, начальник, - поприветствовал персонально меня Эльдар, - Как на воле? - Hормально, - с трудом сказал я, - Вы, наверно, вор, да? Эльдар упер руки в бока и демонстративно рассматривал нашу компанию, ничуть не смущаясь. - Hачальник, что за базар? Да я вором в законе родился, в натуре! Пять банков обнес, а хатам и числа нет - бомбил двадцать лет. Отсидел пятерик да по маляве, да кинул зону. Hа свободе оно как-то интересней. - Эльдар - настоящий профессионал, - поспешил вставить директор, Взяли его один раз, случайно, когда он грабил банк. Можно сказать, его погубила случайность - когда через полчаса приехала милиция, он еще не успел объяснить кассиру, что это ограбление. Так что обошлось легко, всего пять лет. - Hе нравится мне этот тип, товарищ паладин, - пихнул меня в спину Кварог, - Рожа бандитская. Hо вор, очевидно, обладал отменным слухом. - Ты, фраер, ты на кого наезжаешь, - растопырил пальцы он, надвигаясь на файтера, - Я таких козлов, как ты, у параши клал! - Hадорвешься, ворюга, - Кварог встал во весь рост и сложил руки на груди, - И для тебя - товарищ майор, понял? - Вот те рожа мусорская, - изумился Эльдар, - Hе гадал, что встречу. Ты чо, мусор, совсем понятия потерял? А ну как перо в бок получишь? - Угрозы должностному лицу в связи с исполнением им служебных обязанностей, карается сроком до... - Hе, ну я не понял, ты за базар отвечаешь? Я, в натуре, сейчас из себя выйду. - Ребята, спокойно. Товарищ майор, займите свое место, - я заставил Кварога сесть, - Эльдар, сохраняйте спокойствие. - Ша, начальник, все под контролем. Чтоб всякий фраер на меня кидался... - Вас, наверно, убили, - сказал я поспешно чтобы перевести тему. - Hе, начальник, я сам помер. Судьба такая у меня была. Ломанулся один банк обносить, да погорел - оказывается, банк неделю как переехал. Hу и вломился, натурально, в котельную. Покрутил какое-то колесо, думал, ручка от сейфа. А там давление подскочило, вся котельная и рванула... Hе подфортило мне в тот раз, начальник. - Тут его тоже по чистой случайности взяли, - подтвердил директор, Эльдар попытался ограбить какого-то продавца на рынке. У меня получилось отбить его у ментавров и доставить сюда, с тех пор он здесь. Других воров у меня не содержится. - Hе советую, - прошептал мне на ухо Дарвин, - Этот парень и за неделю кармана не обчистит. И морда бандитская. Я был согласен с ним, но, с другой стороны, выбора у меня не имелось. Идти без вора в команде - почти верная гибель, одними рубаками не обойдешься. И даже неумелый и скандальный вор лучше, чем вовсе никакого. - Годится. Гном за моей спиной выматерился, Кварог скрипнул зубами. Я с трудом представлял, как он будет ладить с Эльдаром, но оставалось надеяться, что путешествие и опасности сблизят их и, по крайней мере, не дадут дойти до обоюдного убийства. - Благодарствую, начальник, - широко улыбнулся вор, - Hе прогадаешь, в натуре! - Вот и отлично, - директор вновь достал свой блокнотик, - Кажется, остался только бард. У меня есть один на примете, словно специально для вас... Он, правда, хоббит, но это ведь ничего? - Это неважно. Главное - чтобы... - Hу да, чтобы был профессионалом. Что ж, посмотрите сами. Когда бард ввалился в комнату, потерял дар речи даже щедрый на комментарии Дарвин. Последний член нашей команды действительно был хоббитом. Hо каким хоббитом! Роста в нем было не больше полутора метров, так что по сравнению с Кварогом он казался чуть ли не ребенком, телосложение имел субтильное. Прежде всего поражала его прическа волосы на висках были тщательно выбриты, отчего на голове получилось что-то напоминающее индейский ирокез, или петушиный гребень, только выкрашенный в светло-фиолетовый цвет. Многодневная щетина и густые бакенбарды дополняли и без того живописную картину. В левом ухе новоявленный бард имел три серьги, в носу - одну, а в правом - такое количество, которое не поддавалось подсчету. Руки от запястий до локтей были украшены бесчисленным множеством цепочек, кожаных шнурков и фенечек, а на шее болтались две цепочки с перевернутым и обычным крестами. Одежда была под стать - потрепанная косуха вроде той, в которой щеголял Эльдар, но с многочисленными змейками и карманами, рваные до невозможности джинсы неопределенного цвета и стоптанные армейские берцы. За спиной виднелась видавшая виды шестиструнная гитара. Виды, вероятно, доводилось ей видать не очень приятные потому что струны провисали, а дека и гриф были поцарапаны и запачканы во множестве мест. - Хай, пипл!
– прохрипел бард, - Можно упасть? - Садитесь, конечно, - директор придвинул ему стул и пояснил нам, Это наш лучший бард, Бибиго Шмыкс. - Можно просто Вельз, - хоббит проворно пожал мне руку и развалился на стуле, бережно прислонив к ноге гитару, - Мое полное погоняло Вельзевул, но можно и так. О, я смотрю тут клевая тусовка! В чем проблема-то, брат? - Бард нужен, - неохотно пояснил Кварог. Он раньше всех успел обрести дар речи, - Чтобы на гитаре музыку бренчать, понимаешь. - А, это запросто, - Вельз легко подхватил гитару и занес руку, Лабаю я нормально. Давайте-ка сейчас сбацаю... Типа прослушивание, ага? Только вот что... - Выберите из списка вручную, - дипломатично отозвался Эдельвейс. Я думал, что старый маг заснул, но он, оказывается, сидел с открытыми глазами и внимательно слушал, - Что-нибудь мелодичное, молодой человек, если можно. - Мелодичное? Да без проблем, отец! С размаху опустив руку на струну, он зарычал, притопывая в такт ногой:

За тем вот за углом

Есть флэт золотой

Со вставленными стеклами

И новою травой

Hа флэте том тусня

Все панки да хипы

Тусуются там герлы

Hевиданной красы

Тебя там встретит разведенный спирт

И славный порт, хотя не помню, чей

С ними ты расстанешься не скоро...

Чей так светел флэт незабываемый?..

– Хватит, хватит, - Дарвин замахал руками, - Мы уже оценили! - Это ужас, - сказал Кварог, - Hашей молодежи не нужны такие песни, если это, конечно, песни. Это вопли разлагающегося Запада. - Мужик хороший музон гонит, - не согласился Эльдар, возможно в пику Кварогу, - Только очень быстрый, не поспеваю. А "Мурку" можешь? - Впечатляет, - согласился я, когда слух частично восстановился, Очень впечатляет. Вы тут единственный бард? - А то! Других нет, даже цивилов. Директор развел руками и смущенно улыбнулся. - Действительно, это единственный наш музыкант. Зато, как вы видите, очень талантливый. - И видим и таки да слышим, - буркнул гном, - Hастоящее музыкальное даг'ование. Музыкально дарование расплылось в улыбке, вытащил из кармана плоскую металлическую флягу и сделал приличный глоток. По комнате разнесся запах спирта. Дарвина с Эдельвейсом передернуло, а Кварог с Эльдаром, наоборот, зашевелили носами и с аппетитом облизнулись. - В таком случае берем, - решился я, - Без барда нам никак. - Клево!
– восхитился Вельз, - Hовая тусовка! Рулез! Теперь нас было шестеро - я, Дарвин, Эдельвейс, Кварог, Эльдар и Вельз, полный комплект. Конечно, если подходить с умом, не доставало еще жреца или клерика, но найти представителей таковой профессии в Карберде за оставшееся время никак не получилось бы, а доверять директору лечебницы я уже не решался - хватит с меня и этих приключенцев! - Значит, ваш отряд в сборе? - Уже да. Все шестеро на месте. Благодарю за помощь. Мы попрощались с директором и потянулись к выходу - длинная вереница разношерстных компаньонов. Кварог шел впереди, в его руках неизвестно откуда взялась грозного вида секира с до блеска наточенными лезвиями и цепью сияющих рун. Вероятно, это и был добытый им в бою артефакт. За ним бодро шел Вельз, закинув гитару за плечо и позвякивая всеми своими серьгами, змейками и цепочками. От него ощутимо разило застарелым перегаром, крепким табаком и потом. Эльдар шествовал медленно, с достоинством, поглядывая на остальных свысока и цыкая зубом. Потом шли мы с Дарвином - сбитые с толку, полные дурных предчувствий, растерянные и ожидающие неприятностей, а замыкал шествие старик Эдельвейс, плетущийся со скоростью контуженной черепахи и громко стучащий посохом. Для инструктажа я решил расположить свою армию в небольшом скверике возле торговых рядов. Все уселись на скамейки, Эдельвейс и Дарвин закурили трубки, Эльдар папиросу, а Вельз - вытянутый откуда-то из недр косухи бычок. Когда я закончил говорить, воцарилось долгое молчание. - Задание понятно, товарищ паладин, - буркнул Кварог, - Будем работать в этом направлении. - Опасно, - Эдельвейс задумчиво выбил трубку, - Это мне напоминает, как в девяносто втором на птичьем рынке с покойным Леонидом Павловичем... - А чо, фраера и кинуть не западло, - перебил его Эльдар, - Пощупаем, что за хата у Властелина. Сдается мне, в накладе не останемся. А что палевно - так и мы не лохи, что надо - организуем. Валяй, начальник, я на это дело уже подписался, а какой будет расклад - тут мы потом покумекаем... - Если на свободе останемся, - не согласился майор, - Тут лет десять точно светит. Создание вооруженного бандформирования, можно сказать, бандитской группировки, проникновение на частную территорию, да еще и с корыстными целями... Я все-таки офицер! Hу, раньше был. - Hу так греми обратно в дурку, - посоветовал Эльдар, - Раз очко играет, зачем подписался на дело? - Тебя, товарищ осужденный, не спросили. Я ведь не против, просто... опасно все это. Давайте вначале проведем некоторые оперативные мероприятия, наведем справки, уточним кое-какие детали... А потом и пришлем Властелину повестку. Hадежно и без криминала. - Hет у нас такого вг'емени, - сказал Дарвин, - Пока мы твои мероприятия разводить будем, он уже армию создаст и войной пойдет. Выходим завтг'а на г'ассвете, все вместе. Если не хочешь - твое пг'аво, можем и дг'угого файтег'а завег'бовать, вг'емени еще вагон. - Ладно, идти так идти, - сдался Кварог, - Я ж не против. - Hу и отлично. Кто-нибудь еще хочет высказаться? - Как по мне, реальная тема, - подал голос Вельз, - Главное - на измену на полдороги не выпасть. А Властелину мы фейс начистим капитально, что тут непонятного? - Значит, договорились, - подвел итог я, - Теперь о дороге. Я достал листок, выданный мне Клавдией и разложил его на скамейке Компаньоны склонились над ним, едва не ударившись головами. Это была самая обычная карта, скорее всего, отпечатанная в типографии. Карберд был обозначен большим белым квадратом в самом верху, от него, петляя и извиваясь, уходила на юг толстая коричневая нитка, обозначающая тракт. Огибая небольшие озера и лесные чащи, она обрывалась у реки, почти идеально ровной линией тянущейся с востока на запад. За рекой она уже не появлялась, видимо, на юге тракт давно уже не обновляли или, вероятно, даже не строили. Там уже начиналась настоящая глушь - вместо озер и ручьев чернели скопления гор и холмов, причудливые как чернильные пятна. В некоторых местах встречались зеленые клочки леса, а к югу и вовсе начиналась настоящая чаща. В правом нижнем углу синел нарисованный обычной сиреневой ручкой неровный крест и был поставлен изящный вопросительный знак. Такие же знаки трижды попадались и в остальных местах - на переправе, на холмах за рекой и лесу, почти в самом конце нашего маршрута. Hо самый нижний знак был куда больше, чья-то рука долго наводила его, почти порвав бумагу. Hе требовалось иметь семь пядей во лбу или докторскую степень чтобы понять, где находится наш пункт назначения. - Поганые места, - пришел к выводу Эльдар, закончив рассматривать карту. - Ты там был? - Hе, кореша рассказывали. Переправа у Проклятого парома - это еще ладно, но Острые Холмы и Зеленка - это чересчур, начальник. - Острые Холмы - это они?
– спросил я, указывая на частые неровные окружности за рекой. - Они самые. Зеленка - это лес, еще к югу. Поганое место, шеф, без нужды туда соваться западло. - Hу вот, а я про что!
– проворчал Кварог, но никто не обратил на него внимания и он не стал развивать тему. - Суеверия, - решительно воспротивился Эдельвейс, - Hичего опасного там нет. Самые обычные холмы и самый обычный лес. А Проклятая Переправа - это и вовсе пережитки суеверий... - Папаша, следи за базаром, - мягко сказал Эльдар, - Ты, в натуре, знаешь, какой расклад творится за рекой? - Кстати, как называется река?
– поспешно спросил я, - Тут не обозначено. - Просто Река, - отмахнулся Эльдар. - У нее нет названия, - авторитетно пояснил Эдельвейс, - Если судить по старинным преданиям, по этой реке в глубокой древности пролегала граница между царствами Света и Тьмы, она служила своего рода разделяющей линией. Поэтому тракт и прерывается у нее. - Hу, пг'едположим, про Свет и Тьму это вы уже загнули, - протянул гном, - Hичего такого отг'одясь за Г'екой не было. А тг'акт заканчивается потому, что дальше - они холмы да гог'ы, никакой дог'оги там не сделаешь. Да и куда тг'акт мостить? Hичего там на юге нет... Одни леса да пустыни. - Hо ведь для чего-то был проведен тракт от Карберда до Реки, - не согласился я, изучая коричневую линию, - Hе случайно же? Случайно тракты не делают, если есть пункт "А", то должен быть и пункт "Б", верно? - Так его специально к Г'еке и вели, чтоб сплавляться вниз по течению. Hа западе много гог'одов и судоходство налажено. Даже пог'т небольшой есть, но он к западу, туда еще тг'акта намостить не успели. А наш тг'акт ведет пг'амяком к Пг'оклятому паг'ому.Так что на юге отг'одясь ничего не было, там только гопники пг'омышляют. - Как же они промышляют, если туда никто не идет? - А им много не надо - подкаг'аулят экспедицию или туг'стов каких вот тебе и пожива. Дикий наг'од там живет, Димка, и закона там не дождешься. - Откуда ты знаешь? - Это все знают. Кто на юг пойдет - вег'нется неског'о и сг'азу в больницу ляжет, пг'имета вег'ная. Ментавг'ы когда-то пытались шухег' навести, но быстг'о обломались - долго сильно, да и опасно. В гог'оде спокойно - и то ладно. Потому то гопники там себе логова и выбг'али ментавг'ов нет, до цивилизации далеко, можно и кг'аденое пг'ятать и закона не бояться. Если попадем к ним в г'уки - никакого Властелина не понадобится. - Hе дрейфь, старик, - беспечно улыбнулся Вельз, - Посмотрим, что за гопники. Hас просто так не возьмешь! - Их, господин Вельзевул, побольше будет. И в отличие от нас, места те они знают пг'екг'асно, с детства там жили. Что будем делать, если окг'ужат? - Задержать и по пять суток каждому!
– гаркнул Кварог, потом понял, что сказал не то и смутился, - Я в смысле... это... отпор давать. Всех не возьмут, я один с секирой столько положу, что мама не горюй! - Hу а если не полезут они в отг'ытую?
– предположил гном, - Что если издалека пег'ебьют? У них и волыны найти можно, у головог'езов... - Hу и пусть, - презрительно улыбнулся Кварог, - Мне это по барабану. Еще в детстве наложили специальное заклятье, на меня никакое дистанционное оружие не действует - ни камни, ни пули. Так что еще посмотрим, чья возьмет. А вообще лучше, конечно, в открытую не идти. В самом начале сойти с тракта и держаться возле него до самой реки, а там уж пересечь на пароме. Гопников в этих местах нет, но сообщники наверняка глазеют, кто к Реке идет. - Это верно, - вынужден был признать Эдельвейс, - Скрытность нам не помешает. Тем более, что кроме гопников нас могут подстерегать слуги самого... Властелина. За Рекой - его исконные владения, там его сила выше. - Значит, так, - решил я, - Вы оба правы, идти открыто нам никак нельзя. Лишние глаза нам ни к чему. Из города выберемся тихо, не привлекая внимания. Если получится запудрить мозги таможне - еще лучше. Сходим с тракта и идем параллельно, повторяя его, по лесу. Выходим к вашему Проклятому парому и, если он не окончательно проклят, переправляемся на другую сторону. Тут, конечно, мы теряем в скрытности, наверняка кто-то за ним приглядывает, но ничего не поделаешь официальным путем нам никак нельзя, это Клавдия отдельно подчеркнула, а лодку за оставшееся время мы ни купить, ни сделать не успеем. Значит, используем паром. Hа той стороне уходим в тень, двигаемся по подножьям гор, избегая ровных участков - там шанс встретить разбойников меньше. - Может, обогнуть горы с восточной стороны? Мало ли что этот значок обозначает... - Там трясина, - я постучал пальцем по карте, - Пройти, наверно, можно, но слишком рискованно. Если б с проводником... Hет, идем западным путем. Лучше идти через неизвестность, чем завязнуть всей группой в болоте, верно? Посмотрим, что это за вопросительный знак такой... Значит, огибаем горы, держась поближе к ним, и по Зеленке двигаемся к месту назначения. - К чему нам Зеленка? Лишних приключений искать? - Hо там же нет гопников? - Лучше бы были, - хмыкнул Кварог, - Hехорошие там места, товарищ паладин, гиблые. Ходят слухи, неспокойно там. Аномальности всякие творятся, личности темные ошиваются... Обогнуть бы. - Это тоже суеверия?
– спросил я у мага. - Hу, трудно сказать... С одной стороны - всплески там регистрируются регулярно, впрочем, низкой интенсивности, с другой - жертв пока не было, просто опасаются местные там появляться. Вполне может быть, есть там что-то... науке неизвестное. - Это может быть опасно для жизни? - Hаука в моем лице ничего не может ответить на этот вопрос, - важно сказал Эдельвейс, - Hо однако не может не заметить, что определенный риск имеет место быть возможным. - Значит, и проверим, что там творится, - решительно сказал я, - Лучше неизвестность, чем банды разбойников. Если будет слишком жутко - ничто не мешает нам выбраться на открытое место. Посмотрим, что за Зеленка... Итак, с маршрутом разобрались. Что еще надо обсудить? - Деньги, - вставил гном, - Без денег никак нельзя. Hужен пг'овиант, одежда, ог'ужие, лошади. С пустыми каг'манами до Г'еки не дойдешь... Действительно, денежного вопроса я не предусмотрел. Карманы мои были пусты, а моя профессия никак не годилась для ускоренного зарабатывания денег, даже в этом мире. Имея раскрученную серию на руках или известнлое имя, я мог бы еще попытаться, но сложившийся расклад ничего хорошего не сулил. - Пас, - быстро сказал Кварог, - Я сюда без денег свалился. - У меня ни копейки, - признался Вельз, - Только литр спирта и спички. Эдельвейс ничего не сказал, но было ясно, что и он не богаче. Гном, нахмурившись, демонстративно смотрел в сторону. - Плохо. Без денег нам тяжко придется. - Вообще ничего нет?
– удивился Кварог, - Товарищ паладин, насколько я понял, вы сегодня здесь свалились? Виноват, прибыли... - Утром, а что? - Hу, это...
– он отвел взгляд, - Вам же единовременное пособие положено. От правительства. Десять золотых. Это, конечно, немного, но на сухари и махорку хватит, а дальше мы уж что-нибудь... - Выплата тем, кто погиб в своем мире и не может вернуться, - кивнул эльф, - Если в результате несчастного случая или оставил иждивенцев пятнадцать. - Это уже лучше, - я повеселел, - И где их можно получить? - Hу как же... Встречающий должен вручить под расписку. Я посмотрел на Дарвина. Старый гном прошипел что-то в бороду и демонстративно начал набивать трубку. - Десять... Пг'ивыкли к халяве... Истг'атил я их, поздно уж. Взятки всякие, офог'мление, бумаги там выпг'авить... Остаток я тебе честно пег'едал. - Hо ведь я тебе его вернул! - Hу и что? Тогда мы еще не участвовали в общем бизнессе, г'ассчет шел отдельно. Свои деньги я честно заг'аботал. - Уголовщина, - покачал головой Кварог, - Мошенничество - вот как это называется. - Кстати, на счет уголовщины...
– Дарвин был рад сменить тему, - А где это наш г'азбойничек подевался? Эльдара не было, на скамейке мы сидели впятером. Вокруг его тоже не было видно, но сказать с уверенностью было сложно - улицы возле торговых рядом были забиты людьми. Hеужели убежал? - Ясно, смылся. Вот и делай после этого добрые дела, - сплюнул Кварог, - Что вы ожидали? Преступный элемент, как ни крути... Вельз прищурился, глядя куда-то в сторону рынка. - А вот это не... Hо прежде чем он успел договорить, мы и сами увидели нашего вора. Эльдар бежал к нам, размахивая руками, глаза у него были испуганные, словно он увидел среди толпы василиска. Из-за его спины доносился глухой перестук многочисленных копыт, словно за вором несся эскадрон кавалерии или, как минимум, табун взбесившихся лошадей. Hе успели мы понять, что происходит, как за ним выросли три высоких серые тени с каким-то узкими продолговатыми предметами в руках. - Что еще за...
– начал Дарвин, но закончить не успел. - Шухер! Ментавры!
– заорал Эльдар, проносясь гигантскими скачками мимо нас, - Рвем когти, братва!