Шрифт:
Петя вдруг вскочил и тоже прошелся по комнате. Он весь подтянулся, тонкая загадочная улыбка появилась на его губах.
– Так! – сказал он звонким голосом. – Разреши мне задать тебе несколько вопросов.
– Задавай! Только потише.
– Не можешь ли ты перечислить книги, которые в последнее время читала твоя сестра?
– Могу. Ей недавно несколько штук подарили на день рождения.
– Прекрасно! А какие именно?
– "Дети капитана Гранта" – раз! "Лесную газету" Бианки – два! Повести Гайдара – три!..
– Стоп! Какие именно повести?
– Ну, "Школа", "Тимур и его команда", "Голубая чашка"...
– Так! Еще вопрос. Кто у вас в семье занимается хозяйством?
– Бабушка.
– Сколько бабушке лет?
– Шестьдесят один.
– Все! Вопросов больше не имею. – Петя сел, откинувшись на спинку дивана и заложив ногу за ногу. Самбо внимательно смотрела на него.
– Все ясно как день! – проговорил детектив и загнул большой палец на левой руке. – Первое: ты права, пол в кухне действительно моет твоя сестра. Кстати, как ее зовут?
– Занозу? Люськой.
Петя загнул указательный палец.
– Теперь второе. Ваши домашние утверждают, что, если кто-то моет пол, значит, он его и пачкает. На самом деле все гораздо проще. Твоя Люська начиталась Гайдара и теперь подражает Тимуру, тайно помогает бабушке. Понятно?
Петя умолк, ожидая, что Машка начнет восторгаться его проницательностью, но она стояла неподвижно, скрестив руки на груди, склонив голову набок.
– Лопух ты, а не сыщик, – грустно сказала она.
Детектив сразу скис. Он выпрямился, поджал ноги под диван.
– А что? Почему лопух?
– Я самого главного не договорила: Люська вошла и помешала. Машка на секунду задумалась. – Знаешь что? Лучше ты сам посмотри. Идем на кухню!
Загадка электрополотера
Самбо вышла в переднюю, Петя – за ней. Здесь Петя увидел пожилую, довольно полную женщину в пестром переднике с оборочками. Она что-то доставала из стенного шкафа. Шкаф был до отказа набит всякими хозяйственными вещами. Женщина потянула к себе какой-то предмет с длинной ручкой, а на нее сверху из шкафа вывалилась раскладушка.
– Господи! – жалобно воскликнула женщина. – Ничего никогда как следует не уложат! Маша, да помоги же ты, наконец! Тумба какая-то!
Самбо подбежала к женщине, помогла ей запихнуть обратно раскладушку и вытащить из шкафа электрополотер. Женщина сразу повеселела.
– А это что-то новое лицо, – сказала она, глядя на Петю. – Может быть, ты меня все-таки познакомишь?
– Это Петя Калач из шестого "А". А это моя бабушка, – сказала Самбо.
– Здравствуйте! – заулыбалась бабушка. – Извини, у меня руки грязные. – Она обратилась к Маше: – А вообще, когда знакомишь, надо имя-отчество называть: "Познакомься, это моя бабушка Ксения Ивановна", а не просто "бабушка", и все тут. Ужас, до чего у нас Машка невоспитанна! Она знаете...
Ксения Ивановна, как видно, любила поговорить. Петя подумал, что они надолго застрянут в передней, но тут дверь одной из комнат приоткрылась, и из нее выглянула Заноза. Она как-то странно посмотрела на электрополотер, выскользнула в переднюю и сняла с вешалки пыльник.
– Бабушка, я пошла... Я прогуляюсь немного... Я пошла.
– И прекрасно! Чем меньше вас в квартире останется, тем лучше будет: мне сегодня полы натирать.
Петя почувствовал в этих словах намек: мол, ему тоже следует убраться из квартиры. Но Самбо мотнула головой, и он пошел за ней дальше.
Кухня у Пролеткиных была вся белая: белые кафельные стены, белый холодильник, покрытый белым пластиком стол, два белых шкафа – один на стене, другой под широкой мойкой для посуды... Только линолеум на полу был обычный, коричневый.
Самбо нагнулась и, держась руками за колени, принялась оглядывать стены возле самого пола.
– Похоже, что бабушка все уже отмыла, – тихо проговорила она. Хотя нет, погоди! – Она присела, глядя на стену рядом с газовой плитой. – Смотри! Видишь?
Петя тоже присел.
– Брызги? – спросил он.
– Ага! – кивнула Машка.
Кафельные плитки в этом месте были усеяны грязными брызгами. Петя посмотрел на них и ничего не понял.
– Ну и что?
– А то, что вот таким образом все было забрызгано: все стены сантиметров на тридцать от пола, низ холодильника, ножки стола... Охватив колени руками, Самбо посмотрела на детектива. – Ну? Может, и теперь ты скажешь, что это тимурская работа? По-моему, за такую работу надо смертным боем бить.
– Да! Тимур, пожалуй, тут ни при чем.