Существуют два способа, с помощью которых люди могут повысить свое благосостояние: работа и грабеж. В одном случае люди зарабатывают, производя товары и услуги, и обменивая их на денежный доход. Такой способ получения дохода выгоден партнерам по обмену, да и обществу в целом, благосостояние которого от этого растет. В другом случае люди богатеют, присваивая себе то, что произвели другие. Этот способ не создает никакого дополнительного дохода стране, поскольку выигрыш одного означает потерю для другого; более того, он даже сокращает благосостояние общества, расходуя ресурсы на перераспределение. Когда власть действует как беспристрастный арбитр, защищая права собственности и обеспечивая выполнение контрактов, она поощряет производительную деятельность и пресекает грабеж, содействуя экономическому процветанию общества.

В современном мире, однако, сама власть часто становится подсобником грабителей. В нашу эпоху всесилия государства перераспределение доходов от налогоплательщиков к хорошо организованным группам и избирательным блокам стало для политиков развитых странах Северной Америки и Западной Европы обычным делом. Выигрывает тот, кто способен рассчитать, как наиболее безболезненно увеличить доходы казны, чтобы затем потрафить групповым интересам, готовым за это обеспечить политиков голосами избирателей.

Объем ресурсов, направляемых на лоббирование, политические кампании и "снискание государственной благосклонности" во всех ее проявлениях, прямо пропорционален той легкости, с какой политический процесс можно использовать в личных или групповых интересах за счет остальных граждан. Если государство не в состоянии возложить издержки государственных программ на непосредственных получателей выгод (например, через введение платы за соответствующие услуги) и увязает в трясине перераспределительной деятельности, то все больше усилий расходуется на создание политических организаций и лоббирование своих интересов, и все меньше — на производство товаров и услуг. [13] Ресурсы, которые в другой ситуации были бы использованы для преумножения богатства, растрачиваются понапрасну в борьбе за кусок все уменьшающегося экономического «пирога». Такая совершенно непроизводительная деятельность по перетягиванию избирателей на свою сторону является естественным порождением ничем не ограниченной демократии.

Если деятельность демократического правительства не сдерживается конституционными нормами, политики проводят в жизнь программы, ведущие к растрате ресурсов и наносящие ущерб жизненному уровню населения.

Когда в середине 60-х годов Соединенные Штаты объявили "войну бедности", а правительство Канады приступило к построению "справедливого общества", люди верили, что от бедности можно избавиться, передав чуть большую часть своего дохода неудачливым членам общества. Сказано — сделано, и перераспределительные программы резко расширили свои масштабы. Пенсии по старости, пособия по безработице, помощь беднякам и другие бесчисленные программы в сумме составляют теперь наиболее значительную и самую быстрорастущую (после процентов по государственному долгу) часть государственных расходов.

Несмотря на столь грандиозные усилия и щедрость налогоплательщиков, Национальный совет по социальному обеспечению (The National Council on Welfare) и Канадский совет социального развития (Canadian Council on Social Development) утверждают, что 4 миллиона канадцев по-прежнему живут в нищете!

По мнению Кристофера Сарло, автора книги "Нищета в Канаде", опубликованной в 1992 г. Фрэйзеровским институтом, представление о неискоренимости нищеты является в основном результатом метода, с помощью которого она измеряется. Если исключить из рассмотрения студентов и тех, для кого низкие доходы — всего лишь временное явление, становится ясно, что проблема не столь уж масштабна. Однако же она, вне всякого сомнения, существует, и вопрос, таким образом, — почему? Ведь почти 100 млрд. долл. забираются у налогоплательщиков и распределяются через правительственные программы!

Экономический анализ показывает, что неэффективность правительственных программ является следствием более общей закономерности: трудно перераспределить доход в пользу нуждающихся так, чтобы улучшить их благосостояние в долгосрочной перспективе. И причиной этого являются неучтенные вторичные эффекты. [14] Три основные фактора снижают эффективность перераспределения доходов.

Во-первых, расширение перераспределения сдерживает экономический рост. Национальный доход не является ни небесной манной, ни пирогом, который выпекается на государственной кухне, делится затем на куски разных размеров и подается гражданам в горячем виде. Как раз наоборот — доход есть то, что люди сами производят и зарабатывают, предоставляя товары и услуги, за которые потребители готовы платить.

Налоги и трансфертная политика дестимулируют зарабатывание денег и налогоплательщиком, и получателем трансферта. По мере увеличения налогов, необходимых для финансирования трансфертов, у налогоплательщиков пропадает всякое желание производить и зарабатывать и, напротив, создаются стимулы вкладывать деньги в менее эффективные, но не облагаемые налогом, виды деятельности. Кое-кто предпочитает уйти из официальной экономики и заняться бартером или другими неэффективными формами экономической деятельности. Снижается стимул к зарабатыванию денег и у получателя трансферта, поскольку его размер уменьшается с ростом доходов. Таким образом, ни налогоплательщики, ни получатели трансфертов в этой ситуации не будут производить и зарабатывать столько, сколько могли бы, не будь трансфертных программ. К тому же, перераспределение дохода политиками поощряет людей тратить больше времени на политику и меньше — на производство. Все эти факторы сдерживают' экономический рост и ведут к падению благосостояния и тех, кому трансферты предназначены, и всех остальных граждан.

Во-вторых, борьба за трансферты может значительно сокращать суммарные выгоды их получателей. Чтобы не разорить бюджет, власти вынуждены устанавливать критерии для определения получателей трансфертов и других политических благодеяний. Обычно от получателя требуется, чтобы он чем-то владел, либо что-то делал, либо что-нибудь из себя представлял. Однако, как только критерий установлен, люди начинают изменять свое поведение, чтобы заполучить в свой карман легкие государственные деньги или льготы. При этом чистая выгода от трансфертов падает.