Этой чертой Кирога сходен, пожалуй, лишь с одним знаменитым сказочником, своим современником, англичанином Редьярдом Киплингом, родившимся и проведшим большую часть своей жизни в Индии, где были созданы главные его произведения, и среди них «Книга джунглей», в которую входит знаменитая повесть о Маугли. Не случайно некоторые писатели называли Кирогу «Киплингом сельвы Мисьонес»: он, подобно Киплингу, помогает нам так живо представить себе своих персонажей — животных, что мы почти верим, что где-то уже видели их наяву и, если встретим, узнаем без труда. Происходит это потому, что, описывая фантастические приключения своих героев, Орасио Кирога незаметно и ненавязчиво преподает нам много полезных сведений о них самих и об окружающей их природе сельвы, и сведения эти — подлинные, они основаны на длительных и тонких наблюдениях человека, влюбленного в природу, в чистую и богатую жизнь животных и растений, горячо ратующего за ее оберегание, гневно возмущающегося всеми, кто посягает на ее, священный покой и благоденствие. Мы узнаем, например, что змея, чтобы в чем-то убедиться, должна потрогать предмет своего любопытства языком, так как язык во многих случаях заменяет ей наши пальцы; что попугаю трудно летать, если на хвосте по хватает перьев, потому что хвост служит ему вместо руля; что у сома-сурубй вся кожа так искусно расписана, что по красоте не уступает ценной змеиной коже; что есть на свете пчелы, которые не жалят…

И не только редкие животные правдиво описаны в сказках Орасио Кироги: вдумчивая и добрая наблюдательность автора дает нам возможность «увидеть» и редкие растения южноамериканской сельвы. Мы видим апельсинные рощи, словно по волшебству выросшие в лесной глуши; встречаем травянистое растеньице, вид мимозы, которое называют «недотрога», или «стыдливая», потому что стоит прикоснуться, и… листики сворачиваются…

Так в форме сказки, напевной и легкой, неторопливой и раздумчивой, с разъяснениями и повторами, как то принято в безымянных сказках всех народов. Орасио Кирога преподает нам как бы вскользь многие полезные уроки, дает нам новые знания. Но главные уроки его вы усвоите, когда дочитаете книгу, так как она содержит в себе самые важные знания — о людях. Разные люди пройдут перед вами — хорошие и дурные, созидатели жизни, помогающие всему живому, и разрушители ее, стремящиеся это живое уничтожить. Вы узнаете, как дети вылечили раненого попугая, который потом в благодарность доставил им немало счастливых минут своими забавными выходками; как маленькая лань подружилась с вылечившим ее охотником и ходила к нему в гости: ведь животные — благодарные существа, они не забывают добра и помощи! А порою бывает, что помощь — взаимная, как, например, в сказке о черепахе, которая спасла человека, ранее спасшего ее саму, или о скатах, защитивших от тигров своего друга-человека, который не разрешал глушить их динамитом… Орасио Кирога горячо любит тех, кто делает добро другим. И гневно негодует на тех, кто несет с собой зло, как это делали вооруженные люди на военном корабле, возмутившие спокойствие тихой реки. Вы прочтете о том, как крокодилам удалось одолеть людей, посылающих огонь на мирную реку, — удалось благодаря тому, что они дружно взялись за дело для общего блага.

Чувству долга, солидарности, борьбе со всяким насилием, прилежанию в труде учат сказки, которые вам предстоит прочесть. В конце одной из них старая пчела, уже кончающая свой короткий век, дает юным пчелкам урок той мудрости, какую приобрела сама путем нелегкого опыта, убедившего ее, прежде беспечную и ленивую, в необходимости и радости труда: «Не столько наш ум, сколько наш труд делает нас сильными… Трудитесь, подруги, думая о том, что цель, к какой стремятся наши усилия, — счастье всех — превыше усталости каждого в отдельности. Люди называют это устремление Идеалом, и они правы. Не должно быть иной философии ни в жизни человека, ни в жизни пчелы».

Такой завет оставил нам с вами замечательный писатель Латинской Америки — Орасио Кирога. И хотя он умер уже давно, завет его остается в силе и в наше время…

«Сказки сельвы» — подобное название можно было бы дать всем необычайным историям, коротким и длинным, действие которых происходит в том фантастическом; таинственном краю, где они создавались писателем за долгие годы его жизни. «Я люблю мои лесные рассказы больше всего остального». — признавался он сам… И однако, «Сказками сельвы» названа только одна небольшая книжка, которую он написал для своих детей, не сознавая, быть может, что пишет ее для детей всего мира… В доме, который он построил сам, трудясь изо дня в день, как простой батрак. — в доме, где по стенам был развешан рабочий инструмент и который стоял на краю широкого плато, откуда виднелась бурная, коварная, как море, река Парана, в обществе гигантских деревьев, таинственных ночных птиц с пророческими голосами, мудрых и коварных змей, подстерегающих на каждом шагу, создавалась его своеобразная летопись сельвы. Кирога вел ее не только в своих сказках, но и в своих больших рассказах, вернее, маленьких повестях, самой яркой и необычной из которых но нраву может считаться его «Анаконда».

…«Знаменитый автор „Анаконды“ — так порой именуют Кирогу в работах о нем, написанных у него на родине. Что же такое „Анаконда“ и чем так поразила она воображение читателей? Это быль и сказка одновременно, повествование строго правдивое и вместе с тем поэтическая легенда; и основная тема ее очень важна и не потеряла своего значения и в наше время. Тема эта — Человек и Природа… Уже в „Сказках сельвы“

Киpoга ясно изображает противоборство днух мирон — мира людей и мирп животных. Но там изображена также дружба между ними. В «Анаконде» встреча людей и животных происходит при таких обстоятельствах, что для дружбы места но остается Здесь эти два мира резко отделены друг от друга, и за каждым — своя правда — Люди, покоряющие природу, хотят обратить ее на служение всему человечеству, и подвиг ученых, с опасностью для жизни добывающих змеиный яд для приготовления спасительной см но ротки, изображен Кирогой с яркой выразительностью и строгой точностью. Но рядом другой мир, мир животных, в данном случае змей. Да. они ядовиты и опасны, но ведь такими создала их сама великая природа, а она наделена высшей мудростью. И потому этот мир — чудо, и так рисует его Кирша. И этот мир испытывает ужас перед миром Человека, на службе у которого — знание, техника, домашние животные, прирученные в незапамятные времена. И этот мир тоже горд и тоже не намерен (даваться… Писатель как бы призывает нас понять и полюбить оба эти мира, тесно связанные друг с другом, — человека и окружающую его природу. Могучая любовь к природе, одушевляющая лучшие произведения Орасио Кироги, является и выражением его могучей любви к людям…

…В уругвайском издании произведений писателя, включенном в «Библиотеку лучших произведений литературы и истории» имени другого крупнейшего писателя и мыслителя Уругвая Хосе Энрике Родо. помещен рисованный портрет Орасио Кироги. Он помечен 1937 годом, последним годом его жизни. С портрета смотрит на нас необычайное лицо, которое раз увидишь не забудешь… Над широким и высоким лбом, венчающим длинное, узкое это лицо, разлетаются легкие, светящиеся сединой волосы; редкая борода словно развевается по ветру; а исподлобья смотрят на нас глубокие, полные затаенной, напряжен ной мысли глаза, словно отразившие в своем взгляде всю вековую историю той далекой земли, словно познавшие все тайны тропической природы, скрытые от непосвященных. И есть в этом лице что-то волшебное, сказочное, словно бы и сам писатель только что сошел со страниц своих историй или подсмотрел сказочные случаи из жизни сельвы, спрятавшись где-нибудь за душистым кустом, невидимый, подобный какому-то доброму духу, охраняющему эти чащобы, или мудрому лешему, знающему все как есть о богатой и красочной жизни своего леса

Таи давайте же и мы с вами послушаем уроки этого мудрого лешего; они еще не раз пригодятся нам в жизни!

Инна Тынянова

Жил когда-то в Буэнос-Айресе один человек. Жил он счастливо, потому что был здоровый и работящий. Но вот как-то раз он заболел, и врачи сказали ему, что только на свежем воздухе может он вылечиться. Он, однако, не хотел уезжать из города, потому что без него младшие братья умерли бы с голоду. Но с каждым днем становилось ему все хуже и хуже, и вот однажды его друг, директор зоологического сада, сказал ему:

— Вы — мой друг, и я знаю, что вы человек честный и работящий. Поэтому я хочу, чтобы вы уехали жить подальше от города, в лес. Там вы будете гулять на свежем воздухе и скоро вылечитесь. А так как вы метко стреляете, поохотьтесь пока что на диких зверей и привезите мне их шкуры, я же заплачу вам вперед, чтобы ваши маленькие братья не умерли без вас с голоду.

Больной согласился и уехал жить в лес, далеко-далеко от своего города, даже еще дальше, чем Мисьонес.

Там было очень тепло, и он стал понемногу поправляться.