– Это ты говоришь мне назло?

– Это я анализирую ситуацию. А что касается ЕГО, то он на уровне. Не фуфло. У тебя всегда был хороший вкус, Марьяна.

Напротив четы Тереховых сидели Эльмира с Аликом. После ссоры в коридоре инспекции Эльмира целый день была рада тому, что молодой человек ей не звонит, домой к ним не пришел и вообще – не достает. Но уже на следующий день она почувствовала некоторый дискомфорт, а вечером позвонила ему сама.

– Ну и куда ты пропал? – спросила она как можно равнодушнее.

– Занят, – односложно ответил обычно очень говорливый молодой человек.

– Можно узнать, чем? – все так же мало заинтересованно продолжила Эльмира.

– Нельзя! – рявкнул в трубку Алик.

Такое его поведение было новым для Эльмиры и страшно ей не понравилось. Она хотела бросить трубку, но потом вдруг вспомнила, что подруга Галка давно строит Алику глазки. Эльмира даже пару раз намекала на то, что ее поведение недостойно подруги. А Галка на сей счет отвечала, что если Алик любит Эльмиру, то наплюет на всякие посторонние глазки, а если не наплюет, значит, не любит, и Эльмире лучше узнать об этом заранее, чем потом локти кусать.

Эльмира представила, как Алик целуется с Галкой, содрогнулась всем телом и сказала в трубку:

– Ну ладно… Признаю: я вчера погорячилась…

– По-моему, это называется по-другому, – уже гораздо мягче ответил молодой человек.

Эльмира решила закрепить успех и нашла в себе силы попросить у Алика прощения и покаяться в дурном нраве. Чтобы парень не принялся уточнять, зачем она организовала подлянку своей начальнице, Эльмира скрепя сердце даже сказала, что очень по нему скучает. В конце концов, Халаимов – это журавль в небе, а Алик – синица в руке. Глупо будет, если она упустит и журавля, и синицу. Галка – такая сексапильная, почти как секретарша Анютка, и если Алик попадется ей на крючок, то все, пиши пропало.

Молодые люди помирились. Алик примчался к Эльмире домой, и ночью она сделала все от нее зависящее, чтобы молодой человек забыл и думать об уничтоженных ею лицевых счетах, а также и не помышлял бы о Галке и ей подобных. Действия Эльмиры оказались очень правильными и своевременными, потому что раздосадованный Алик действительно собирался подвалить к Галке, так как, разумеется, давно замечал ее игривые взгляды, пухлые блестящие губки и очень тонкую талию.

В свете всего происшедшего Эльмире ничего не оставалось делать, как пригласить своего молодого человека на празднование Нового года в свой родной коллектив, хотя до истории с лицевыми счетами она этого делать не собиралась.

Сейчас же, сидя против Тереховых, Алик не держал уже в уме ни Галки, ни пропавших и счастливо найденных лицевых счетов. Во-первых, Эльмира будет получше всякой Галки, во-вторых, на какие-то там лицевые счета ему вообще наплевать, а в-третьих, перед ним стояла огромная тарелища с деликатесными бутербродами, ароматы которых манили и смущали его ничуть не меньше, чем чувственный запах духов рядом сидящей восточной красавицы. Алик смог вытерпеть сидение рядом с этой тарелкой не более десяти минут и, так и не дождавшись указаний, поздравлений, а с ними и начала банкета, схватил бутерброд с черной икрой и принялся радостно нажевывать его крепкими молодыми зубами, одновременно протягивая руку за вторым бутербродом, с красной рыбой. Эльмира в это время бросала завистливые взгляды на жену Халаимова. Конечно, где же ей взять денег на такие туфли, как у нее? Или на костюм… Цена праздничного наряда Рязанцевой наверняка исчисляется суммой в у.е. с умопомрачительным количеством нулей.

Дома Эльмире казалось, что ее шелковое платье абрикосового цвета – верх изысканности, здесь же, в ресторане, она увидела и кривую строчку на рукаве, и отколовшийся краешек пуговки под жемчуг. С другой стороны, Рязанцева выглядела много старше, чем на экранах телевизоров, и при всей своей шикарности была чем-то похожа на уставшую лошадь. Когда Эльмира смотрела ее шоу, то ни в чем лошадином популярную ведущую не уличала. Теперь же, ненавидя ее за то, что она является женой Халаимова, девушка безжалостно отмечала и длинные выступающие вперед зубы, и излишне крутой лоб, и чересчур крупный нос, и костлявость, которая на экране казалась стильностью, а на самом деле являла собой вульгарную нехватку мягких тканей тела.

Подведя итоги своих наблюдений, Эльмира решила, что дело ее еще до конца не проиграно, журавль еще вполне в пределах досягаемости и главная ее задача заключается в том, чтобы влиять на Алика так, чтобы он хорошо пил и меньше закусывал. Она вырвала из его рук уже ополовиненный второй бутерброд с рыбой, шмякнула на тарелку и змеиным голосом прошипела:

– Прекрати меня позорить! Будто с голодного острова приехал!

Саша Арбенина, как всегда, идти на праздник не хотела, но Ольга так привязалась к ней, что отвертеться оказалось совершенно невозможно. Они с Кириллом даже заехали за ней на такси, и теперь Саша сидела за столиком Ольгиного отдела, чтобы быть, как выразилась подруга, у нее под рукой. Она тоже пыталась разглядеть жену Халаимова, но все время натыкалась на его вопрошающий и грустный взгляд. Есть, конечно, от чего ему грустить! Ей бы его заботы… Такая жена! И еще плюс все женщины налоговой инспекции, готовые к любым услугам! Хорошо, что она, Саша, взяла себя в руки и больше не поддается ни на какие его происки.

Секретарша Анюта сидела за столиком начальства. Она специально пришла одна, чтобы не быть отягощенной никаким кавалером, и возлагала большие надежды на новое платье, блестящее и «полуголое», похожее на то, в которых спортсменки чемпионатов бальных танцев выступают в латиноамериканской программе. Ее волосы были залиты золотым лаком, а лицо и декольте покрыто специальными блестками для тела. Она думала, что будет выглядеть по-новогоднему сказочно, но, по сравнению с элегантной Ингой Рязанцевой в довольно-таки строгом костюме, ощущала себя покрытой сусальным золотом матрешкой. На фоне жены Халаимова Анюта стала казаться себе абсолютно голой. И в конце концов она даже была вынуждена уйти с праздника, прикрывая грудь маленькой блестящей сумочкой.