В разговоре не обошли и тему предательства. Одно из самых громких дел - дело генерала Дмитрия Полякова. В 1962 году, находясь в командировке в США, он предложил свои услуги ФБР, выдал двух наших нелегалов. У Ивашутина, по его словам, с первой встречи было интуитивное недоверие к этому человеку. Начальник управления кадров ГРУ Изотов, бывший работник ЦК, взял Полякова к себе в отдел подбора гражданских лиц. Ивашутин приказал перевести Полякова в войсковую разведку, где нет агентуры и, следовательно, выдавать некого. А во время одной из командировок начальника ГРУ Полякова откомандировали в Индию военным атташе. Приказ подписал заместитель Ивашутина Мещеряков. В Индии Полякова и раскрыли. Четверть века работал на американцев. Всего за время работы Ивашутина было 9 случаев предательства, семерых раскрыли дома, а двое остались "там".

Он рассказывал, насколько это позволено, как вытаскивали из тюрем в странах пребывания наших провалившихся разведчиков, в скольких государствах в лучшие годы были резидентуры ГРУ, как поддерживали революционные движения и через разведку передавали им большие суммы денег, как готовили документы, по которым в Москву приезжали лидеры этих движений, чтобы пройти обучение… Как вывезли американское 105-мм орудие…

По мнению Петра Ивановича, нынешним разведчикам за границей работать несравненно труднее. А в России "не осталось порядочного завода или фабрики, где не было бы американского представительства".

–  Сегодня, - говорил тогда Ивашутин, - я поставил бы разведке новую задачу: выявлять среди лиц, посылаемых в Россию, разведчиков, чтобы помочь контрразведке вытаскивать их отсюда.

И еще Петр Иванович подтвердил мне слух, вполголоса передававшийся обитателями "Аквариума", и который до того я считал чьей-то досужей выдумкой: оказалось, что настоящая фамилия его Ивашутич. Просто однажды в одном из документов ошибочно написали на русский манер, с тех пор так и пошло. Такая вот тайна одного из самых засекреченных людей нашей страны.

К концу нашей почти четырехчасовой беседы Мария Алексеевна принесла к чаю торт. Некогда всемогущий человек, которого знали и побаивались во всех разведках мира, потянулся за сладким и попал пальцами в торт, сконфузился. И мне до рези в глазах стало жаль старика.

–  Если считаешь разведку профессией для получения заработной платы, не нужно к ней и близко подходить, - говорил новичкам Петр Иванович.
– Разведку надо любить.

Примером для подражания и великим разведчиком Петр Иванович считал англичанина Лоуренса.

Я с интересом расшифровывал диктофонную запись, готовясь к сенсации, однако оригинал интервью долго согласовывался в ГРУ, после чего мне было сообщено решение, облеченное в уже привычный термин "Преждевременно". Такое случалось не раз. Я понимаю специфику организации, искренне уважаю людей, в ней работающих, со многими из которых у меня дружеские отношения, и потому, подосадовав, убрал кассеты в "долгий ящик". Узнав о кончине Петра Ивановича, вернулся к записи, обходя "деликатные" моменты.

Сегодня великими называют артистов, спортсменов и даже бизнесменов. Но вот ушел из жизни великий разведчик, столько сделавший для страны, ушел незаметно, так и не получив от масс-медиа этого заслуженного им титула. Восстановим же справедливость.

Последнее совещание в Сочи с участием Дмитрия Медведева показало степень озабоченности Центра ситуацией в регионе. Похоже, что в Москве не всегда понимают и знают, "что делать?". А соблазн решать сложные проблемы простыми методами усугубляет и без того не простую ситуацию в регионе. Может быть, федеральная стратегия контртеррористических операций (КТО) изначально несостоятельна именно в концептуальном отношении? Из каких "источников" черпали наши силовики и правоохранители методы и "технологии" решения проблем на Северном Кавказе?

НЕЗНАНИЕ ИЛИ УМЫСЕЛ?

В 2000-е годы было ощущение некоего политического раздвоения в политике Центра по отношению ко всему кавказскому региону. С одной стороны, шаги по интеграции, а с другой - практики, которые нельзя было интерпретировать иначе как провоцирующие отчуждение (к России) и все новые "волны" "лесных братьев". Речь идет о реальной политике и практике функционирования административных, правоохранительных структур и центральных масс-медиа.

Закономерен вопрос: не является ли всё это признаками скрытой (неочевидной) стратегии определенных и влиятельных (прозападных) кругов в Центре и их креатур в государевых службах по вытеснению Северного Кавказа из общероссийского пространств? Как признавались нам региональные ТВ-журналисты, обслуживающие федеральные каналы, московские заказчики ставили перед ними четкие задания, вроде "побольше кровавой "клубнички" и насилия и никакого позитива" еще в 1990-е-начале 2000-х гг. На федеральном информационном "фронте", т.е. неявно, реализовывалась установка по созданию негативного образа всего, что связано с Северным Кавказом; сознательно фальсифицировались факты и статистика. Лишь в последние годы заметны изменения в лучшую сторону, но лишь в отношении Чеченской республики. Из общего ряда негативного "пиара" выпадают также вся Осетия (Северная и Южная) и Абхазия. Параллельно демонизировался и Ислам, настойчиво внушалась мысль об органической связи между войной, насилием и религией.