Шрифт:
Телефон звонил, не переставая, и дворецкий недовольно поморщился, шаркая отекшими от артрита ногами по высоким ступеням.
– Имение господина…
Подняв, наконец, трубку, слуга начал заученную речь, но договорить ему не дали.
– Графа, быстро!
– Господин граф изволит отды… И опять старика прервали:
– Это – я, чурбан ты этакий! Дай мне Рему на линию и поторапливайся, развалина!
Дворецкий вздохнул и переключил звонок в библиотеку. Хозяин не любил, когда его беспокоили, но у звонившего были свои привилегии.
Граф терпеть не мог, если его дергали по пустякам. И в скрипе старческого голоса звонившему почудились металлические нотки:
– Что за повод, Грегори? В ответ хозяин виллы получил настоящую бурю эмоций:
– Они здесь, Рему! Все – как я говорил!! Старик поперхнулся:
– Что? Как?
– Ну, скажи, скажи, что я – умница!!! – он похихикал. – Помнишь свитки, что мы перебирали… Те, из архивов сиятельного старца?! В них были верные имена и почти совпали даты! Граф подобрался:
– Ты уверен? Абсолютно? Голос в трубке разразился приступом истерического смеха:
– Как в себе самом! Как в тебе, наконец! Они здесь!!
Вышану вскочил и нервно прошелся по комнате. Семенящие шаги изредка сменялись уверенной поступью, движения старика стали быстрее, точнее, экономней.
– Я выезжаю к тебе! – он остановился. – Хотя нет! Постой! Пошлю Космина и Золтана… Да, точно! Они сами найдут тебя. Старик остановился.
– И не вздумай потерять их! – граф поперхнулся и закашлялся, после чего зло зашипел в трубку. – Не вздумай! Если это правда, то ты станешь… Голос собеседника внезапно вклинился в монолог Вышану:
– Рему, время дорого!
– Что?
– Возможно мне это только кажется, но… Кто-то ищет их не меньше нас.
6.
– Ты серьезно?
– А что так?
Сергей отодвинул от себя конверт, из которого торчал краешек чужой фотографии.
– Ты совсем от жизни отстал? За такое могут, знаешь что? После Москвы и Буйнакска… Малышев подлил водки в рюмку собеседника.
– Брось, Серега! Я ж не из смертников джихада… – Костя вынул фото Сомохова, которое сам же и забрал из печати еще два часа назад. – Да и друг мой – таджик, а не чеченец.
Сережка Калякин, уже изрядно пьяный, но по старой служебной привычке все такой же массивно-основательный покачал перед лицом приятеля пальчиком, похожим на обрубок сосиски:
– Шалишь, друг. За такое… – он хлопнул рюмашку и отрицательно покачал головой. – Давай иначе. Я тут шепну корешку одному… Из районных. Там с этим делом попроще. Ты к нему смотаешься. А там и решите… Калякин подцепил вилкой кусочек сельди и ловко отправил его в рот.
– Ну? Даже дешевле обойдется. Малышев уточнил:
– Мне бы только побыстрей. Серега ухаристо хмыкнул:
– Заинтересуешь, за неделю сварганит. Там такой кадр, – он заржал. – Не знаю сколько овец он за свое место выложил, но по части сделать прописку или паспорт – конкурентов нет! Костя почесал голову. Порядочки!
– Еще одно дельце… Калякин барски махнул рукой, наполняя свою и чужую рюмки. Давай!
– Мне бы на кого-нибудь выйти, чтобы с оружием помог…
Рука разливающего дрогнула, по скатерти побежало кривое пятно разлитой водки.
– Ты чё? Совсем аху?.. – Серега оборвал фразу на полуслове. Капитан трезвел на глазах. – Ты понимаешь, что просишь?! Тоже – для рыбалки и охоты? Костя мялся, переходя к самому важному моменту в разговоре.
– Понимаешь, я ведь не просто так пропадал столько времени. У меня должки кое-какие появились…– на стол перед Калякиным упала толстая пачка стодолларовых купюр. – Помоги, а?
Толстая лапа оттолкнула пачку. Глаза одноклассника забегали, лоб вспотел.
– Да иди ты с такими загадками… – но рука уже вернулась на стол, пальцы подхватили стопку и исчезли под столом. – Хотя… Он перегнулся через скатерть-самобранку и зашептал скороговоркой:
– Есть у меня один знакомый… Ну как знакомый? Слышал, видел, пару раз пересекались… У него выходы остались на тех ребят, которые… Короче, помочь может, – Серега заглянул под стол, оценивая толщину пачки. – Что тебе? Пару черненьких? ТТэшек? Или посерьезней? – он огляделся по сторонам, кашлянул. – Хотя мне, собственно, какая разница?! Калякин выпрямился в кресле и пододвинул себе штоф.
– Свести-то сведу, а там сам будешь думать, для чего тебе что? Костя зашептал:
– Мне надо пару Калашей, винтарь снайперский…