– Кому?
– резко спросила Доротея.
– Отец постарался довести до моего сознания, что я не должна никому говорить о том, где я побывала. Это же очевидно! Даже я понимаю, что такое новое большое месторождение. О нем нельзя болтать направо и налево. Здесь ведь богатое месторождение, верно?

– Самое богатое в мире. Вся поверхность планеты примерно на восемьдесят шесть процентов состоит из полезных ископаемых!

– Ого!
– удивленно вскричала Доротея.
– Ну вот, значит, я права. Мне хватит ума не трепать повсюду… Минутку!
– Доротея уставилась на Лэмпарта.
– Жить на планете совершенно самостоятельно? Здесь? Без посторонней помощи? Ты сможешь?

– А почему бы и нет?

– Что ты будешь есть? Тут же ничего не растет! Понимаешь, я разговаривала с дядей Лео - немного, но достаточно, чтобы кое-что понять. Это молодая планета, где очень жарко и неподходящие условия. Никакой жизни!

– Итак, мы вернулись к тому, с чего начали.
– Лэмпарт показал на наконечник.
– Я его нашел. И получил шрамы.
– Он расстегнул куртку, чтобы показать ей затянувшиеся раны.
– На меня напало животное, похожее на тигра. Слушай, я тебе про него расскажу.

Доротея оказалась хорошей слушательницей, и Лэмпарт описал ей несколько эпизодов из тридцати дней, проведенных на планете Серебряная. Он поведал о первой опасной для жизни встрече с ящерицей, у которой шкура напоминала диковинный панцирь, о кислотных красных шарах, о птицах с крыльями-мембранами и острыми, как кинжалы, клювами, о необходимости сделать оружие…

– Я кое-что знаю о мечах, и доспехах, и луках со стрелами. У разведчика полно времени на чтение.

А еще он поведал ей о своем первом путешествии на противоположный склон горы, о пропасти и о лесе, о необычных плодах, растущих на деревьях, не забыл упомянуть и диких кошек.

– Шкура самых удивительных оттенков синего, шесть лап, на каждой по три очень острых когтя, да к тому же разного размера. Их здесь много - маленькие, как земные кошечки, и похожие на тигров, вроде того зверя, что меня разукрасил. А ведь я не уходил далеко от корабля и обследовал только близлежащие окрестности. Что может узнать человек за тридцать дней, да еще без транспорта? Ведь мне прежде всего следует собирать образцы пород! Тут полно работы.

– А это что такое?
– спокойно спросила Доротея, показав на наконечник стрелы.

Лэмпарт взял его в руки и тихо произнес:

– Я был потрясен, когда его нашел. Кому-то известен секрет огня… Наконечник отлит из сплава в специальной форме - грубая работа, согласен, однако требует определенного уровня интеллектуального развития. Я вытащил эту вещицу из старой раны на боку зверя, который меня чуть не прикончил. Четыре дня назад. Меньше чем в пятнадцати милях отсюда.

К его великому изумлению, Доротея начала смеяться, громко и от души. В любой другой ситуации ее смех привел бы Джона в восторг. Немного успокоившись, девушка покачала головой.

– Ты никогда не сдаешься, верно? Не могу не признать, что на сей раз ты здорово все придумал. Прямо на месте! И такая потрясающая история. Ящерицы и птеродактили, совсем как в книжках… А почему не саблезубые тигры? Естественно, у животных должно быть по шесть лап, чтобы они отличались от доисторических жителей Земли… Да ладно тебе! Я ведь тоже в школе училась. На мое образование потрачена куча денег! Ты сам сказал, что поверхность планеты на восемьдесят шесть процентов состоит из разных руд. Судя по данным, полученным из космоса, о которых мне немного известно - я говорила тебе, что обсуждала их с дядей Лео, - это планета-урод, звездная система еще очень молода, и жизнь не успела здесь зародиться.

– На планете-уроде?

– Вот именно!
– сердито подтвердила Доротея.
– А ты говоришь о существах, которые, если отбросить придуманные тобой различия, жили на Земле много веков тому назад. Глупо! Ничего не получится! В зеленых человечков я тоже не собираюсь верить.

– В каком смысле «ничего не получится»?

– Ты пытаешься меня испугать, чтобы я сбежала. Тебе трудно смириться с тем, что я не хуже тебя, так ведь?
– Доротея вскочила на ноги, Лэмпарт последовал ее примеру. Они стояли и метали друг на друга разъяренные взгляды.
– Проклятая деревенщина, чистюля! Какие эффектные слова об абстракциях и какие высокие моральные принципы! А какое достоинство!… Только я видела твое лицо в тот первый день, Джон Лэмпарт. Ты даже не дал себе труда скрыть, что презираешь меня и моих друзей. Смотрел на меня свысока. Болван! На меня!

– Ты вела себя как полнейшая идиотка, что, впрочем, неудивительно! А твои приятели ничем от тебя не отличаются. Устроила гонки… Ты же ничего не понимаешь ни в лошадях, ни в колесницах! А друзей выбираешь по специальному принципу - чтобы они тебя оттеняли, хочешь выглядеть на их фоне лучше, чем ты есть в действительности. На самом деле ты просто-напросто испорченная, самовлюбленная стерва!

– Из твоих уст, - прошипела Доротея, - это звучит как комплимент. Ты же пытаешься убежать от реальности! Разведчик? Божок, иными словами? А здесь ты стал королем в собственном королевстве. Ты слишком хорош для обычных людей, где им до тебя! Дядя Лео сказал: «Мы превратим вас в супермена», и ты ухватился за его идею. Меч? Что дальше? Корона?
– Доротея глубоко вздохнула и бросила в него слова, словно тяжелые ядра: - Король Серебряной, не так ли? Весь мир принадлежит только тебе! И тут появилась я и испортила удовольствие. Вот почему ты стараешься меня напугать!