— Встаньте по краям плота, идиоты! — заорал Рамон.

Стигийцам не хотелось подчиняться такому приказу, но они тем не менее рассредоточились по краям. Каждый пристально всматривался в воду, надеясь, что чудовищная участь минует именно его.

Когда голова появилась снова, воины были уже готовы. Но их легкие мечи не могли причинить вреда этому чудовищу. Только Торн, метнув булаву (отобранную у кушита), умудрился попасть в бездонный зрачок монстра. Гибкий кожаный ремень, пристегнутый к запястью, вернул оружие в руку хозяина, а вот рептилия лишилась глаза. Ее голова исчезла под водой.

— Ну, все! Теперь перевернет нас, — порадовал остальных асир. Похоже, что его эта участь нисколько не тревожила.

— Как ты думаешь, — поинтересовался Рамон, — может эта тварь чувствовать кровь? Ну, наподобие акул.

— Вполне. Во всяком случае, в воде она уж точно нас переловит.

— Ага! Значит, она улавливает движения! — обрадованно воскликнул стигиец. — Чем больше барахтаешься, тем быстрее поймает.

Никто и понять-то не успел, к чему клонит жрец, а Рамон уже выхватил меч и вспорол живот ближайшего солдата.

— Хм! Пожалуй, это не займет нашего друга надолго.

И он столкнул в воду еще одного стигийца, перерубив ему перед этим ногу.

— Счастливо оставаться! — с улыбкой крикнул он обреченным. — Увы, но составить вам компанию не могу. Слишком тороплюсь…

Плот плавно заскользил вперед, а бедняги остались умирать. Смерть не заставила себя долго ждать. Сперва стигийцы исчезли под водой, а затем в небо ударил кровавый фонтан.

— Бедняги, — сочувственно вымолвил Рамон. — Хотя… почему бедняги? — еще громче воскликнул он. — Это настоящие герои! Ради спасения своих товарищей они бросились в воду, дабы отвлечь эту тварь. Так не позволим пропасть их геройству втуне! Мы спасемся! И сделаем это ради них. Ради их подвига!

Стигиец еще долго продолжал лицедействовать, вещая о преданности и верности, а также о чести и самопожертвовании.

Наконец, увидев несколько тоненьких деревьев, он скомандовал сделать остановку.

— Надо же, и тут растут деревья, — с восхищением заметил Рамон, окидывая взглядом скалистый берег. — До чего же совершенна мать-природа! Она разбрасывает семена жизни повсюду, но вверх пробиваются лишь самые сильные. Самые живучие. Вот и мы должны выживать вместо того, чтобы просто жить. Ну почему, спрашивается, человеку всегда мало того, что у него уже есть? Да, потому…

Тут Рамон заметил, что его уже никто не слушает.

— Ну вот. Ни капли благодарности за то, что я спас их никчемные жизни. О люди, ничтожество — вам имя!

Сойдя на берег, стигиец отправился к ближайшему холму, дабы немного развеяться. Тут-то он и узрел ту странность, которой отличались местные горы.

Рамон присвистнул.

— Вот это да! Видать, Сиптах, этот старый недоумок, и впрямь был магом! Ну-ну! Поглядим, что он припрятал в своих подвалах.

Торн, подошедший на зов хозяина, поинтересовался:

— Хозяин, а кто-нибудь из нынешних магов, на такое способен?

— Не думаю! Да и Сет с ними. Нынешние маги нас и не очень-то интересуют. Куда важнее то, что нам приготовил Сиптах.

— Хозяин, смотрите! — закричал асир, указывая на море.

Рамон обернулся и увидел, как моряки, оттолкнув плот, отчаливают от берега.

Брошенные на произвол судьбы, солдаты побежали к берегу, а некоторые даже бросились в воду. Но напрасно они молили и проклинали товарищей. Те были верны только узам морского братства, а потому спокойно оставили воинов на произвол судьбы.

— Что будем делать, хозяин? — спросил Торн.

— Пусть их, — отмахнулся стигиец, продолжая рассматривать пропасть. — Такой хлипкий плот нам уже вряд ли понадобится. Да и сдается мне, что наш подводный друг не так уж далек.

Рамон точно в воду смотрел. Рептилии, очевидно, так понравилось человеческое мясо, что она продолжила преследование, даже несмотря на потерю глаза.

На этот раз появилась не только голова. Мелькнула гигантская спина, и хрупкий плотик распался на части. Люди, оказавшиеся в воде, попытались спастись, но куда им тягаться в скорости с морским жителем! Мелькавшая время от времени пасть ловила людей, и, перекусывая, проглатывала.

Одному все-таки удалось достичь берега, но тут его встретили те, кого он с товарищами оставили медленно умирать на чужой земле.

Теперь, точно так же не обращая внимания на его мольбы и проклятия, солдаты поймали моряка и загнали назад в море. Огромная рептилия, почти полностью выбравшаяся на берег, поймала моряка и, ловко подбросив вверх, заглотила целиком.

— Торн! — неожиданно взволнованно закричал Рамон. — Быстро сруби дерево и вкопай его здесь. А ты, — он указал на одного из стигийцев, — принеси сюда канаты. Они вон за тем камнем.