Ники хмыкнул:

– Я ничего не понял. Похоже на какую–то притчу. С подтекстом.

– Возможно, это «заслонка», – сказала Мэй.

– Думаю, он себе на уме. И все же в этом что–то есть…

После обеда экипаж размяк.

Оркестр теперь уже усыплял. Всех клонило в сон.

И только Лу Брэндон оставался в форме. По его глазам Ники понял, что «кольт» при нем. Это обнадеживало.

– Зоран, – позвал Тин. – Просыпайся. Лу присмотрит. А мы навестим верховного правителя.

Чолич потряс головой, прогоняя сонливость, и встал из–за стола.

Он сообщил охране, что им назначена высочайшая аудиенция. Связавшись с приемной, старший офицер получил необходимое подтверждение и выделил двух провожатых.

Верховный правитель своих гостей принял в фехтовальном зале, в неофициальной обстановке. Вдоль стен там сверкали доспехи и разнообразное холодное оружие.

Не отсюда ли короткие мечи и сабли, висящие на поясах у охраны?

Войдя, Ники Тин увидел мягкотелого профессора в свободной одежде из плотной оранжевой ткани, с кривым мечом в руках. На верховного правителя бойко наседали четверо молодых, с такими же мечами. Но туго приходилось не профессору.

Мечи звенели почти непрерывно, сверкая в косых лучах.

– Как в учебных фильмах, – сказал Чолич. – Просто мясорубка… Не многие на такое способны. Тут нужна тренировка, с детских лет.

Непринужденно отмахиваясь, верховный правитель улыбнулся гостям:

– Еще пять минут. У меня режим… Вы говорите, я слушаю. Или подождите немного, если вам мешает звон…

Гости не решились. Того и гляди – отточенные мечи превратят монарха в крошево.

Тогда говорить начал верховный правитель:

– Вы пообедали, отдохнули?

– Да, ваше величество, – ответил Ники.

– Вы располагаете временем?

– Боюсь, что нет, ваше величество. Нас привело на Аруну спешное дело.

– Понятно. Я закончу быстрее.

Эрэги Неспешный ловким ударом выбил меч у одного из нападавших.

Поймав его за рукоятку в воздухе, монарх стал орудовать двумя клинками сразу и довольно быстро обезоружил троих оставшихся.

Противники встали в ряд, тяжело дыша.

Тин подумал, что им, пожалуй, нетрудно уважать своего правителя.

– Сегодня вы сражались лучше, – похвалил Эрэги Четвертый Неспешный.

Сдав мечи секретарю в оранжевой хламиде, монарх взял из его рук полотенце, вытер лицо.

– Свободны! – объявил Эрэги, повысив голос.

Поклонившись, из зала вышли почти все. Остались гости и двое охранников у входа.

– Присядем. 

Монарх указал на кресла, стоящие у полукруглого окна.

– Ваше династическое имя – от Энтойи? – полюбопытствовал Зоран Чолич. – Или – наоборот?

– Есть разные версии. На все случаи жизни.

– Говорят, что у галактической знати владение холодным оружием до сих пор является одной из высших добродетелей, – заметил Ники.

– Считаете нас фанфаронами? – Эрэги Четвертый мягко улыбнулся. – Это всего лишь – упражнения. Для здоровья, духовного и физического. Для быстроты реакции. Ну и – дань традиции, конечно. Один стрелок с армейским бластером в полминуты выкосит роту самураев… Что вас привело на Аруну?

– Мы ищем одну вещь, – сказал Ники. – И от результатов наших поисков зависит многое.

– Эфиан тоже искала что–то на Аруне, – кивнул монарх. – Но у нее было гораздо больше людей.

– Нам показалось, она чувствовала себя здесь как дома.

Верховный правитель, опустив взгляд, помолчал.

– Кто она, ваше величество?

Эрэги Неспешный вздохнул:

– Это мать Гуин. И моя бывшая венценосная супруга. Вы удивлены?

– Мягко сказано… – признался Ники. – Так две могущественные космические империи – это последствия развода?

– Формально мы не разведены. Хотя я не раз предлагал расторгнуть брак. Эфиан почему–то нравится быть частью галактической знати, о которой вы говорили.

– Солнечная система и Энтойя общаются уже более десяти лет, – сказал Чолич. – Но ни разу, ни слова не прозвучало о вашем браке с Эфиан.

– Мы предпочитаем обходить молчанием данную тему.

– Династический брак? – спросил Ники.

– Нет, вынужденный, – поморщился верховный правитель. – Альтернативой была война с мекбан. И я выбрал узы Гименея. К счастью, моя супруга бывает здесь не часто. За последние пятнадцать лет – впервые.

– И она была готова убить свою дочь?..

– Эфиан не любит детей.