Среди тех командиров, которые еще до войны вышли на свободу, — геройски воевавшие на фронтах Великой Отечественной прославленные танкисты — маршал бронетанковых войск С. Богданов, генерал-полковники танковых войск И. Сухов и И. Васильев, генерал-лейтенант танковых войск И. Корчагин, генерал-майор танковых войск А. Лизюков, вице-адмирал Г. Холостяков, генерал-майоры И. Блажевич, С. Руднев, многие другие солдаты и офицеры, удостоенные в разные годы Золотых Звезд. О некоторых из них мы расскажем в следующих главах.

Архивный документ

(публикуется впервые)

«Утверждаю»

ЗАМ. НАРКОМА ВНУТРЕН. ДЕЛ СССР

Комиссар гос. безоп. 3 ранга

(МЕРКУЛОВ)

.... сентября 1939 г.

гор. Москва, 1939 года, сентября ... дня.

Я, следователь ОО ГУГБ НКВД СССР, лейтенант гос. безопасности Архипенко, рассмотрев следственное дело № 16353 по обвинению бывшего командира 57 с.д. комдива — Цветаева Вячеслава Дмитриевича, 1893 г.р., уроженца ст. Малоархангельская Московско — Курской ж.д., Орловской губернии, русского, гражданина СССР, из потомственных дворян, бывшего поручика царской армии, бывшего члена ВКП(б) с 1918 по 1920 г.г., дважды награжденного орденом «Красного знамени», в преступлении предусмотренном ст. ст. 58-1 п. «б», 58-7, 58-8, 58-9 и 58–11 УК СССР

Что Цветаев В.Д. был арестован 5 июля 1938 года ОО НКВД ЗАБВО. Основанием к аресту послужило подозрение в шпионской деятельности в пользу германской разведки в связи с пребыванием Цветаева в 1920 году в Германии в составе интернациональных частей РККА. Произведенным расследованием по делу установлено: что Цветаев, будучи командиром 54 стрелковой дивизии, входившей в состав 4 армии, в 1920 в боях на польском фронте в районе Кольно был интернирован с дивизией и направлен в начале в лагерь Арисс (Восточная Пруссия), а затем в лагерь Пархим и как старший из войсковых начальников по согласованию с полпредством СССР в Берлине, был назначен комендантом лагеря для руководства интернированными частями в г. Порхим (Германия). Являясь комендантом лагеря, Цветаев по вопросам внутреннего распоряжения последнего подчинялся немецкому коменданту майору Кайзеру (л.д. 113–116).

Обвинение предъявленное Цветаеву о выдаче германским военным властям ряда политработников и сотрудников подива и Осдива, [115] а также в том, что он препятствовал возобновлению политработы среди интернированных, а лицам, настаивавшим на этом, грозил арестом основано на агентурном материале. Лицо же давшее компрометирующие материалы на Цветаева не было установлено.

Иных материалов, подтверждающих агентурную разработку в деле нет.

Тем более, что допрошенный в качестве свидетеля Рояк, который был также интернирован в Германии в составе 54 с.д. ничего компрометирующего о Цветаеве не сообщил показав, что в лагере беспрепятственно прошел переучет партийцев. В связи с чем постановлением ОО 2 Тукестанской с.д. дело формуляр и «Чужак» в феврале 1930 года разработкой было прекращено (агент. дело л.д. 88).

Допрошенный в качестве свидетеля бывший помощник начальника штаба 54 с.д. Волков и бывший начальник штаба 54 с.д. Мильевский, будучи также интернированы в составе дивизии и находясь вместе со Цветаевым в Пархимском лагере, компрометирующих фактов о Цветаеве не сообщили (том 1 л.д. 228–230 и том 2 л.д. 59–63).

С 22 по 30 апреля 1939 года, за исключением 24 и 25 когда Цветаев был в карцере, по приказанию начальника ОО ЗАКВО — Клименко Цветаев беспрерывно находился на допросе (т. 1 л.д. 67), в результате чего 30 апреля 1939 г. сознался в шпионской деятельности в пользу германской разведки, в участии в военно — троцкисткой организации и показал:

Что будучи комендантом интернированных частей в лагере Пархим он в частных беседах с немецким комендантом майором Кайзером, последнему сообщал ряд секретных сведений об организации, структуре и вооружении РККА, но предложения работать в пользу германской разведки он от Кайзера не получал.

В 1923 году Цветаев был вызван бывшим командиром 1 корпуса Блюмбергом, который напомнил Цветаеву о Пархимском лагере и о Кайзере, предложив информировать последнего через него о частях РККА. На что Цветаев дал согласие и впоследствии передал Блюмбергу ряд сведений по вопросам тактики РККА (л.д. 113–120).

Осужденный Блюмберг сознался в проводимой им вражеской деятельности, однако, показаний на Цветаева не дал (т. 2 л.д. 64).

В военно — троцкистскую организацию, как показал Цветаев, он был завербован в 1937 году Грязновым (б. комвойск ЗАБВО). Грязнов сознался в предъявленном ему обвинении, подтвердил об этом и на суде, однако показаний на Цветаева не дал (т. 2 л.д. 71).

Впоследствии Цветаев от ранее данных им показаний отказался.

Приобщенные к делу акты, о якобы, вредительской деятельности Цветаева, никакого отношения к нему не имеет, так как акт фиксирует положение на 10 апреля 1939 г., а Цветаев арестован 5 июля 1938 г. (т. 1 л.д. 35–39). Допросить же членов комиссии, составлявших данный акт не представляется возможным, ибо они находятся в спец командировке (справка штаба части 6511) (т. 2 л.д. 68).

За происшествие, случившееся во время парада 1 мая 1938 года, на котором от внезапного взрыва фугасов вырвавшиеся в панике лошади артполка нанесли ранение и увечие 11 красноармейцам. Комиссия в акте от 9 сентября 1939 г. умозаключая квалифицирует это как диверсионный акт, подготовленный Цветаевым, Кутлиным и Поспеловым.

Действительным же виновником происшествия являлся комендант парада Будылин, который осужден военным трибуналом ЗАБВО к 2 годам лишения свободы. Арестованные как участники заговора Кутлин и Поспелов из под стражи освобождены (т.2 л.д. 66).