Акорна медленно кивнула и перевела речь Хафиза на линьярский.

(Агрони), — сказала она после небольшой паузы, — (я знаю, что большинство видео- и письменных записей вилиньярского ландшафта уничтожены во время сражения с кхлеви. Но, может быть, с вашей помощью и при участии ваших коллег-ученых я смогу определить изначальное расположение самых значимых участков. Восстановив их на прежнем месте, мы соберем остальную информацию о менее изученных территориях. Не доскональную, конечно, однако пригодную для начала работы. А уж потом можно подумать и о биологии).

(И как же ты намерена определить их местоположение, юная леди?) — поинтересовался агрони.

(У меня свои методы), — улыбнулась Акорна. — (Мы обещали Прародительнице Надине, что ее дом снова станет прежним и что ее народ будет процветать. Она умерла, и в память о ней мы обязаны выполнить обещание).

Агрони почтительно склонил голову.

(Ты думаешь, я забыл? Но имей в виду, Кхорнья, восстанавливать Вилиньяр нужно как следует…)

В этот момент Карина вдруг пошатнулась и закатила глаза.

— Исследование ландшафта, — проскрежетала она механическим голосом, который разительно отличался от свойственной ей театральной манеры изъясняться, — способ связи с другим миром.

Присутствующие замерли.

— Все, кто жил на Вилиньяре, — продолжала Карина на чужом для нее языке, — должны отправиться на его развалины и принять участие в изучении ландшафта. Вилиньяр может быть исцелен только любовью тех, кто когда-то населял его. Вас ожидает много опасностей, и вы будете… Ааааах! — Карина обмякла и весьма грациозно осела прямо в объятия мужа. Не будучи атлетом, Хафиз качнулся назад под тяжестью ее роскошного тела, почти уложив свою любимую на землю. Вмешательство Ари оказалось весьма кстати. Он подхватил леди Харакамян и осторожно коснулся рогом ее щеки.

Карина, знавшая всего несколько фраз на языке линьяри, только что бегло говорила на нем. Более того, как бы странно и монотонно ни звучали ее слова, в них легко узнавался голос Прародительницы Надины. А поскольку Карина никогда не встречалась с Прародительницей, она не могла имитировать ее голос ради публичного эффекта. Вообще-то Карина больше трезвонила о своих экстрасенсорных способностях, чем демонстрировала их в действии; сейчас был один из тех редких моментов, когда ее заявления казались правдой.

Хафиз тоже никогда не встречался с Прародительницей; он единственный из всех отнесся спокойно к поведению жены.

— Дельный совет, мой маленький кускус, — сказал он, похлопывая ее по руке и окидывая остальных взглядом, словно говорившим: «Как очаровательно ей удаются такие штучки, правда?»

Из всех не-линьяри только у капитана Йонаса Беккера были координаты пещеры Ари, занесенные в бортовой компьютер. Поэтому он прервал сбор «трофеев» среди руин нархи-Вилиньяра и отправился помогать немногочисленным уцелевшим космическим кораблям линьяри. Нужно было перевезти на Вилиньяр несколько разведгрупп.

Среди прочего груза «Кондор» привез дюжину флиттеров, принадлежавших Дому Харакамянов. Выгрузив с помощью Акорны, Ари и андроида Мака последний из них, Беккер сказал:

— Я бы отправился с вами, ребятки, но мне нужно перевезти кое-какой груз обратно на нархи-Вилиньяр. Хочу попросить тебя об одолжении, принцесса.

Беккер стоял на платформе роболифта, держа на руках первого помощника капитана из семейства кошачьих — макахомианского храмового кота. Акорна почесывала у кота за ухом. Обычно Размазне Кошачьей нравилось такое внимание, но сейчас он извивался всем телом и отчаянно дрыгал задними лапами, крепко прижатыми левым локтем Беккера. Передние лапы РК судорожно пытались высвободиться из крепкой хватки левой руки капитана. Все полосатые волоски на теле животного стояли дыбом, а глаза, превратившиеся в узкие щелочки, свирепо сверкали. Урчание Размазни больше походило на разъяренное рычание.

— Одолжение? Конечно, капитан, все, что в моих силах… — осторожно сказала Акорна.

— Я так и думал, — пророкотал Беккер, поудобнее перехватывая дергающегося кота. — Забери это чудовище с собой.

РК очень походил на пахантийиров — животных, которые пользовались особой любовью у линьяри. Однако пассажиры «Кондора» были просто счастливы избавиться от кота с его сумасбродными выходками. В течение всего путешествия на Вилиньяр кот неистово носился по кораблю, прыгая по головам пассажиров-линьяри, того и гляди рискуя напороться на чей-нибудь острый рог. Линьяри, умевшие читать мысли животных, признавались: у РК в голове царит такой хаос, что ничего нельзя разобрать. Впрочем, это понял бы любой — стоило только взглянуть на пасть, полную зубов, и комплект острых когтей, которые РК напоследок продемонстрировал Беккеру, негодуя по поводу незаконного пленения.

— Почему, Йо? — удивилась Акорна.

— Честно скажу, мне не по душе разлучаться с парнем. Но нужно держать его подальше от нархи-Вилиньяра, чтобы он смог завязать…

— Завязать? — переспросил Ари.

— Ну да, завязать. У вас на нархи-Вилиньяре растет бад, что-то вроде кошачьей мяты, и она не сгорела полностью, когда кхлеви изгалялись над планетой. Старина РК не в силах устоять против искушения и пьянеет от нее в дребадан, а отходит потом чертову уйму времени. Нет, он вовсе не какой-нибудь жалкий пьяница! Но он всегда был чуточку горяч и держал хвост пистолетом, а в таком состоянии… Боюсь, как бы он не убил кого-нибудь. Эта травка Размазню просто с ума сводит — и меня вместе с ним. Оставить бы его с Надхари, так мы…. э-э-э… слегка повздорили…