— Пошли, Майк. Уже поздно. Я отвезу тебя домой.

— С тобой все в порядке, Майк? — осведомился Эйс Уайетт, наконец подойдя к ним.

Фэллон протянул ему дрожащую руку, но не смог поднять взгляд, даже когда Уайетт взял ее.

— Я люблю тебя, как брата, Эйс, — заговорил он хриплым голосом. — Как сына. Даже еще сильнее. Ты знаешь, я не слишком боек на язык…

— Тебе не нужно ничего говорить, Майк.

Старик прикрыл лицо дрожащей рукой. Брюки его были мокрыми.

Краем глаза Ковач увидел, как к ним, словно стервятники, подкрадываются репортеры.

— Я прослежу, чтобы Майк добрался домой, — сказал он Уайетту. Тот кивнул:

— Спасибо, Сэм. Ты хороший парень.

— Я обычный придурок, которому некуда девать свое время.

Блондинка исчезла, но брюнетка с телевидения снова подошла к Уайетту.

— Это тот самый Фэллон, который стал инвалидом после убийства Торна в семидесятых?

Черноволосый прихлебатель появился, как джинн из бутылки, и отвел брюнетку в сторону, с серьезным видом шепча ей что-то на ухо. Уайетт повернулся к репортерам и махнул рукой:

— Всего лишь неприятный инцидент, ребята. Продолжим веселье.

Ковач посмотрел на плачущего старика в инвалидном кресле.

“Продолжим веселье…”

— Думаешь, я наняла на ночь приходящую няню только для того, чтобы отвозить домой пьяного? — проворчала Лиска. — Как будто мне было недостаточно таких развлечений, когда я была патрульной.

— Перестань ныть! — приказал Ковач. — Кто тебе мешал отказаться, напарник?

— И выглядеть скверно перед мистером Слугой Общества? Надеюсь, он обратил внимание на мою самоотверженность и вспомнит о ней, когда я обращусь к нему с просьбой о работе.

— Выглядит так, словно ты собираешься ассистировать ему кое в чем другом.

Лиска хлопнула его ладонью по руке, стараясь сохранить серьезность.

— Вот еще! За кого ты меня принимаешь?

— Вопрос в том, за кого он тебя примет.

— Мистер Уайетт ни о чем таком не думает.

— Это уж точно!

Лиска притворилась недовольной:

— Тогда он наверняка “голубой”.

— Очевидно.

Несколько кварталов они проехали молча. Дворники счищали снег с ветрового стекла. Ковач включил обогреватель, в салоне стало тепло, и это усилило запах мочи. Майк Фэллон храпел в углу на заднем сиденье.

— Ты с ним работал? — спросила Лиска, кивнув в сторону пассажира.

— Когда я поступил на службу в полицию, все работали с Железным Майком. Он всегда делал больше, чем требовал от него долг. “Так надо”, — говорил Майк. По-видимому, это и значит быть настоящим копом. Он получил пулю в позвоночник. Почему-то такое не случается с бездельниками, которые просто отсиживают рабочее время до пенсии.

— Справедливости на свете не существует, — вздохнула Лиска.

— Какая новость! По крайней мере, он смог прикончить подонка, который в него стрелял.

— Это было дело об убийстве Торна?

— Ты его помнишь?

— Я тогда была ребенком, Мафусаил!

— Двадцать лет назад? — фыркнул Ковач. — Наверное, ты тогда просто была слишком занята, гуляя с капитаном футбольной команды.

— С кэтчером, — поправила Лиска. — И позволь заметить, руки у него были что надо.

Уголки рта Ковача дернулись в усмешке.

— С тобой не соскучишься, Колокольчик.

— Кто-то же должен тебя веселить. Ты слишком поддаешься настроению.

— Кто бы говорил!

— Так что это за история с Торном?

— Билл Тори был обычным патрульным копом. Я его не знал — в то время я был новичком. Тори жил в районе старой Западной школы, где тогда проживало много копов. Майк в тот вечер патрулировал район, и ему показалось, что в доме Торна что-то неладно. Он позвонил, а потом поднялся туда.

— Ему следовало дождаться подкрепления.

— Да, это была его основная ошибка. Но машина Торна стояла на месте, да и по соседству жило полно копов. Короче говоря, в дом Торна залез один бродяга-разнорабочий и изнасиловал его жену. В тот вечер Торн дежурил, но заехал домой за чем-то. Парень успел найти его револьвер, выстрелил в Торна и убил его наповал. Тут-то и появился Майк. Парень снова выстрелил. Майк выстрелил в ответ и прикончил его, но сам был тяжело ранен. Эйс Уайетт тогда жил в доме напротив. Жена Торна позвала его, и он оказал Майку первую помощь. Сумел остановить кровотечение еще до приезда “Скорой”.