Когда бульон кончился, Элиза откинулась на подушку. В животе грела приятная тяжесть. Страшно захотелось спать, но Мира чуть ли не силой заставила ее выпить содержимое второй кружки. Жидкость в ней ощутимо горчила, отдавала травяным запахом.

– Укрепляющий настой, - пояснила Мира.
– Не помешает. Завтра с утречка тебя кашей покормим, а там можно начинать нормальную пищу лопать. А вот теперь поспи, родная.

– Погоди, - заплетающимся языком попыталась остановить ее Элиза.
– Почему вы меня так… так обихаживаете?

– Все завтра, - улыбнулась ей Мира.
– А теперь спи, утенок.

Она вышла за дверь. Элиза попыталась еще о чем-то подумать, но провалилась в сон без сновидений.

На следующее утро ее разбудило осторожное прикосновение к руке.

– Просыпайся, малышка, - ласково сказал голос.

– Да, мама… - сонно ответила Элиза.
– Еще чуть-чуть… - И тут же словно вынырнула из омута на поверхность. Она резко села - тело снова слушалось ее.

– Лежи, - Мира осторожно опрокинула ее обратно на простыни.
– Как чувствуешь себя?

– Ничего, - буркнула Элиза.
– Можно встать?

– Не стоит, - задумчиво проговорила Мира.
– Как врач говорю - до завтра лучше бы полежать. Но тебя ведь в койке не удержишь, так? Хоть подумай сама - когда еще доведется на чистых простынях понежиться? Тюфяк хоть и соломенный, да все лучше голой земли.

– Обойдусь, - Элиза презрительно мотнула головой.
– Жрать хочу.

– Сейчас принесу, - кивнула Мира.

Из еды дали какую-то непонятную сладкую кашу и опять бульон. Вскоре Элиза почувствовала, что неплохо бы и до ветру сходить. Она решительно села на кровати, преодолев легкое головокружение, и стала озираться по сторонам.

– Что потеряла?
– осведомилась Мира, собирая посуду на поднос.

– Одежду! Или мне голой ходить?
– огрызнулась Элиза.

– В шкафу!
– сообщила Мира, выходя из комнаты.
– Горшок под кроватью, - добавила она уже из другой комнаты.

Одевшись - штаны и рубаха оказались выстираны и заштопаны - и причесав волосы пятерней, Элиза подошла к двери и осторожно выглянула. Мира стояла у таза и задумчиво протирала тарелку.

– Встала, - констатировала она.
– Ай, маладца. Далеко пойдешь, если на ровном месте не запнешься.

– Слушай, г… госпожа… - слегка запнулась девушка. Она не имела ни малейшего понятия, что это за тетка и как с ней себя вести. По виду вроде не из благородных, но заколка, но манера держаться, но явно не голодное лицо… В Граше существовало лишь два сорта людей: те, что обжираются, и те, кто голодают. Мира не походила ни на тех, ни на других. Чужеземка? Говорят, тарсачки своих мужиков в горсти держат, помыкают как хотят… Но на тех тарсачек, что она видела раньше, Мира походила лишь скулами и разрезом глаз.

– Госпожа, - повторила она, решив на всякий случай быть вежливой, - я не понимаю, что тебе от меня надо. Я всего лишь помогала донести кувшин рабу вчера… - она опять запнулась, - позавчера вечером. Я разбила кувшин, я виновата, да, но мне нечем заплатить…

– Забудь про кувшин, - Мира осторожно поставила тарелку на стол.
– У Тилоса вечно какие-то внезапные идеи. На мой взгляд, нужно работать куда проще. Ты, милая Наседка, сама догадываешься, что не просто так мы тебя подобрали и выхаживали…

– И для чего?
– вновь ощетинилась Элиза.
– Может, скажешь наконец?

– Тилос появится - сам объяснит, - покачала Мира головой.
– Скоро уже, через полчаса, не позже. Побудь пока у себя в комнате, ладно?

Элиза пожала плечами и вернулась "к себе". Впрочем, на месте не сиделось. Спать совершенно не хотелось, а сидеть без дела оказалось решительно скучно. Она прошлась по комнатушке, выглянула в окно - все те же опостылевшие глинобитные стены - и села на кровать. Спустя какое-то время, чуть ли ни целую вечность, она снова встала и начала мерить комнату шагами.

– Скучаешь?
– спросила Мира, входя в комнату.
– Хочешь голову занять?

– Чего?
– удивилась Элиза.
– Это как?

– Смотри, - Мира положила на стол пергамент с рисунками.
– Видишь - вот треугольник, вот квадрат, а вот - круг.

– Знаю, не маленькая, - фыркнула девушка.

– Хорошо, - не меняя тона, продолжила Мира.
– Теперь смотри: если мы расположим фигурки так, так и так, то что надо нарисовать здесь? Ну?

Элиза недоверчиво уставилась на рисунки. Круг, квадрат, крест… Круг, крест, квадрат… Квадрат, крест…