– Ты действительно неплохо приспособился к этой жизни!
Майкл, у которого от моих слов окончательно улетучились остатки плохого настроения, улыбнулся:
– Ты, я вижу, всерьез поверил во все эти россказни?
– Ты знаешь, - да! – ответил я и, затушив в пепельнице сигару, поднялся из кресла. – Уже поздно. Собирайся. Нам пора идти!
Вначале он ничего не понял. Но, когда до его сознания дошел смысл моих слов, он вскочил с кресла, словно разъяренный кот: - Мы?!
– Конечно, - сухо ответил я, доставая из кармана пистолет с парализующими капсулами. – Остановись. Против этой штуки ты бессилен. Мы просто проверяли тебя. Ну, а теперь - пошли!
– Нет, - чуть слышно промолвил он, кровь отхлынула от его лица. – Нет, нет, ты не сможешь этого сделать, это будет нечестно по отношению к Амалии, к детям…
– Это тоже входит в твое наказание.
Я высадил его в Дамаске за год до того, как войска Тамерлана разорили этот прекрасный город.
