Итак, экзаменуемый перед погружением в воду знал лишь о том, что нужно отыскать выход из бассейна. Он нырял в узкое отверстие и осторожно, опасаясь ловушек, опускался на дно. Там в полной темноте ныряльщик находил лаз и оказывался в небольшом бассейне. Разумеется, неофит ожидал какого-нибудь подвоха. Но когда воздух в легких был на исходе, а сверху пробивался спасительный свет, то любой ученик начинал всплывать. А теперь представьте, дорогие мои, какой ужас охватывал всплывающего монаха, когда он нос к носу сталкивался в мутной воде… с живыми крокодилами!

Ситуация требовала мгновенного решения: либо в панике увернуться от крокодильих зубов и стрелой вынырнуть «на свет»; либо, преодолев страх и кислородное голодание, нырнуть в «темноту», чтобы на самом дне обнаружить незаметное отверстие, ведущее под дальнюю стену бассейна. Тот, кто находил этот лаз, проплывал под водой по бетонному коридору еще 12 метров и выныривал в другом бассейне — в бассейне с чистой водой и без крокодилов. Такой счастливчик считался инициированным в третьем храме Левого Глаза Гора.

Примерно 40 процентов экзаменуемых стремительно выныривали в бассейне с крокодилами, и в мгновение ока взбирались на отвесную бетонную стену. К таким пловцам подходили дежурные помощники жрецов и спокойно объясняли, что испытание крокодилами они не выдержали. Поэтому всплывшие в бассейне с мутной водой неофиты оставлялись на второй год обучения в этом же храме.

Конечно, ученики третьего класса не ведали, что крокодилы накормлены до отвала и поэтому очень ленивы. Не знали, что сытых животных дрессировщики силой спихнули в воду, и поэтому они не представляют опасности для людей. И еще им было неведомо, что на дне бассейна с крокодилами есть правильный выход. Подобные инициации, выполнявшиеся в Школе Левого Глаза Гора, были тщательно спланированы и взвешены: только человек, справившийся со своими страхами, мог хладнокровно отыскать под водой правильный путь наверх.

От нот, бегущих по руке,

Всплывали сфинксы, пирамиды —

На круглом птичьем языке

Читал я мантры Атлантиды…

Дорогие мои, инициация в каждом храме Школы требовала от неофитов знания языка Атлантиды. Пифагор хорошо выучил язык атлантов, так как от этого зависела его жизнь в прямом и переносном смысле. Фразы и формулировки нужно было произносить громко и четко на совершенном языке Атлантиды, чтобы заклинания сработали, чтобы мантры защитили адепта в храме. Дело в том, что для испытания воли и бесстрашия неофитов, умения защищаться, жрецы на них во время инициаций постоянно натравливали астральных, витальных и эфирных монстров. В некоторых храмах нападавшие сущности материализовывались в виде змей, львов или огромных пауков, в некоторых храмах витальные сущности летали по воздуху, как огненные птицы и драконы. В случае же трагической гибели «трусливых» учеников во время инициаций, обученные жрецы тайно возвращали их к жизни, потом успокаивали, отпаивали лекарственными травами. Затем таких монахов скрытно отчисляли из Школы Гора и направляли служить в обычные храмы внешней религии Египта.

Кроме магических заклинаний Пифагора обучили, как работать со своими страхами, как ставить астральную и ментальную защиту от колдунов не только на себя но и на близких людей.

Двенадцать лет обучался Пифагор в этой мистической школе, и на каждом следующем шагу его испытания становились все труднее и опаснее. Некоторые неофиты не выдерживали подобных инициаций страхом, замешкавшись, ошибались во время испытания, ставили слабую защиту и поэтому погибали. Сотни раз приходилось Пифагору рисковать жизнью, сражаться с витальными и эфирными монстрами, в особенности, когда начались инициации в оккультных науках. Через 12 лет, после успешной защиты «диплома Мага», Пифагора приняли в Школу Правого Глаза Гора, где он провел еще 12 лет.

Я в люльке сердца нянчил числа.

Они кричали, жглись, росли —

И наполняли высшим смыслом

Мучения людей Земли…

Обучение в «мужской» школе Гора начиналось с того, что неофитам объясняли, что Вселенная построена по принципу строгой гармонии, подчиняемой математической закономерности. Ничто не покоится в мире, все движется, вибрирует. Любое колебание можно выразить числом или геометрической функцией.

Жрецы преподавали, что в основу мироздания положено число, что все есть единое число, произошедшее из Великого Не-Числа. Символом этого Не-Числа является Ноль, Кольцо, Змея, кусающая свой хвост, Круг, то есть Бесконечное Невыразимое Единое и Неделимое, то, что принято называть словом «Бог». Ноль, Непостижимое Не-Число, порождает из себя другие цифры. Ноль есть Тайна Тайн, символ непроявленного мира, Источник всех чисел, всех последующих проявленных форм, Парабрахман индусов. Первое, что появляется из Ноля — Единица, Божественная Монада.

Монада — всевключающее Единое, символ мудрости, целостности и единства, «Прародитель Богов и людей», Творящее Божество, активный духовный принцип, Божественная воля к проявлению. Для людей Монада является Богом, поскольку Она — начало и конец всего, но сама по себе не есть ни начало, ни конец. Монада всегда остается в том же незыблемом, незатронутом и незапятнанном божественном состоянии, то есть отделенной от множественности.

Жрецы, желая подчеркнуть духовный характер Единицы, математически наглядно демонстрировали ее божественность. Так, утверждали они, Монада проявляется лишь при соприкосновении с другими числами, символизирующими собой материальные планы бытия. Единица, помноженная сама на себя, всегда дает результатом Единицу и поэтому не может производить ничего нового — остается вечной и неизменной Монадой. Творящий аспект Монады обеспечивает переход мира из состояния небытия (Пралайи) в состояние активного Бытия.