Денисов назвал номер, положил трубку, подождал. Никто не звонил. Он связался с дежурной частью, предупредил Антона — на тот случай, если Баракаев захочет проверить телефон.

— И еще, Антон. Пусть помощник передаст по вокзалам перечень вещей, изъятых вчера из 896-й и пока не востребованных.

— Замшевое пальто, хрустальная ваза…

— Вдруг все это разыскивается?

— Сейчас передадим.

Баракаев позвонил через несколько минут. Видимо, он проверил номер телефона Денисова через «02».

— Это Баракаев.

— Вы получили на складе вокзала вещи, перенесенные из автоматической камеры хранения…

— На вокзале? — Баракаев удивился. — Вы что-то спутали.

— Есть ваша расписка, серия и номер паспорта.

— А-а, вот оно что, — Баракаев быстро пошептался с кем-то, находившимся рядом с ним на другом конце провода. Потом его приятный баритон снова возник в трубке: — Видите ли, неделю назад у меня украли паспорт. Понимаете? И забавное совпадение: как раз перед вашим звонком принесли телеграмму. Вот: «Приезжайте за паспортом десяти часам аэропорт Внуково ресторан-2». Поэтому меня и насторожил ваш звонок.

— Любопытно.

— Поскольку вы этим интересуетесь… У меня машина. По профессии я тоже юрист. Адвокат. Может, вместе и съездим?

Денисов задумался. Альтернативы предложению Баракаева у него не было. Да он и не представлял пока, с какой еще стороны подступиться к делу.

— Хорошо. Со мной будет коллега, капитан Сабодаш. — Денисов посмотрел на часы. — Мы оба в Гражданском. Ждем у входа в центральный зал. Какая у вас машина?

— «Жигуль» последнего выпуска, 04–06. Голубого цвета. Выезжаю через пять минут.

Вошел Антон, он успел переодеться — сдал дежурство:

— В мои дежурства закон парных случаев беспощаден. Одинаковые шифры, похожие ориентировки…

— Снова из ревности?! — Денисов подумал об убийстве.

— Самочинные обыски. Сначала в Строгине. А сейчас ориентировка из Орла.

— Гастролеры…

— Скорей всего. Двое. На обоих обратили внимание с вечера. В железнодорожном ресторане. Опять короткая японская куртка «Новорекс» с капюшоном, второй в плаще…

— Действия одной и той же преступной группы. — Денисов положил перед собой бумажку с телефонами утренней заявительницы.

— Собираешься звонить Беате?

— Сначала кое-что уточню.

Он проверил оба номера — ответ его успокоил:

— Телефоны установлены в НИИ физики металлов Академии наук, сообщили из справочной.

Он набрал первый номер, поздоровался.

— Здравствуйте… — У телефона оказалась женщина. — Вам кого?

— Будьте добры Беату.

— Беата в отпуске. Кто спрашивает? — Женщина сразу заинтересовалась. — По какому вопросу? Может, что-нибудь передать? Откуда вы?

— Из ФИАНА, — он назвал первое пришедшее на ум. — Я еще позвоню. Она скоро будет?

— Дайте человеку возможность отдохнуть! Сменить обстановку…

— Счастливица… Не буду выглядеть как завистник, если спрошу: «Где она?»

— Не будете, — сотрудница была разочарована. — Беата в Пицунде.

Денисов ни о чем больше не стал расспрашивать, набрал другой номер.

— Я слушаю…

Он сразу узнал голос.

— Это Денисов, с вокзала.

— Я рада вашему звонку. — По голосу он понял, что не все в порядке.

— Что случилось?

— Мне позвонили из проходной: утром заезжал мой муж. Звонил сюда. Ему сказали, что меня еще нет на работе.

— Выходит, он приехал до срока.

— Как видите…

— Где он сейчас?

— Ушел. Я звонила домой, там его тоже нет. Нелепо получилось!

Денисов посмотрел на Антона — Сабодаш не снял параллельную трубку, все понял, беспокойнее заходил по комнате.

— Не знаю, что делать… — Там, в комнате, рядом с Беатой кто-то появился, потому что она сказала кому-то негромко: — Конфиденциальный разговор. Потом объясню…

Что-то Денисова в ней раздражало — может быть, то, как при встрече она беспрестанно поддергивала на плече ремешок сумочки, а может, то, что была холодно изобретательна во лжи в разговоре с коллегой. Он постарался не думать об этом.

— У вас уже есть какая-нибудь версия? — сразу спросила она, освободившись.