— Так много, что не рассказать, — ответила Елена и улыбнулась, положив перед Пайпер последнюю карту.

— Ах, — пробормотала она, — тебя скоро заметят.

— Меня? — удивилась Пайпер. — Даже без свиданий? Приятная перемена.

— Твоя жизнь уже достаточно изменилась. В будущем — ближайшем будущем — тебя многие заметят, — заверила гадалка. Потом собрала карты и повернулась к Фиби: — Ты готова?

— Как всегда, — ответила та.

Елена начала раскладывать колоду по новой, и Прю подалась впёред. Карты сильно выцвели, но оказались довольно красивыми. Отделанные по краям золотом и серебром, они отличались тем, что все детали рисунков на них были прописаны с величайшим мастерством. Прю попробовала вспомнить, доводилось ли ей видеть подобное оформление. Может быть, удастся разузнать что-нибудь о такой необычной колоде, вернувшись в свой рабочий кабинет?

— А откуда происходят твои карты? — спросила Прю.

— Откуда-то из Франции, — ответила Елена, не отрывая взгляда от колоды. — У нас в семье считалось, что их изготовил один далекий предок, мужчина, занимавшийся черной магией. Он объяснил дочери, как ими пользоваться, и ее знание прошло через века, передаваясь от одного к другому.

Фиби слегка побледнела:

— Черная магия? Может быть, не стоит пользоваться тем, что изготовил ее приверженец?

Елена пристально посмотрела на нее:

— Сами по себе карты не несут ни добра, ни зла. Пользу или вред может принести лишь тот, кто их использует.

— А для чего их используешь ты? — спросила Пайпер.

— Чтобы предсказывать будущее, развлекать вас и зарабатывать на кусок хлеба, — ответила гадалка и улыбнулась Фиби. — Ты скоро получишь деньги.

Та улыбнулась:

— Как раз то, что мне хотелось услышать.

«Какое совпадение, — подумала Прюденс. — Жульничество чистой воды. Когда гадалка подошла к нам, мы говорили о финансовых делах Фиби. Подобный ответ можно дать и без карт таро».

И тут Елена повернулась к ней:

— А теперь твоя очередь.

«Она всего лишь показывает фокусы», — сказала себе Прюденс, увидев первую карту. На ней был шут, по-видимому говоривший о том, что только дура станет заниматься подобной чепухой.

Елена вытянула следующую карту.

Гадалка неожиданно задрожала. Прю слегка удивилась и посмотрела ей в лицо. Оно сделалось бледным, призрачно-белым, как будто от него отлила сразу вся кровь.

— Что там такое? — спросила Прю, стараясь не замечать, что от необъяснимого ужаса у нее начинают вставать дыбом волосы на голове.

— Эта карта всегда лежала в колоде, но еще ни разу не выпадала, — выдавила Елена. Она положила карту на стол, и Прю увидела черную башню, разбитую молнией.

— И что же она означает? — спросила Прю.

Елена быстро запихнула карту обратно в колоду.

— Я ошиблась, — сказала она и вытащила другую карту, на которой были изображены обнимающиеся мужчина и женщина. — Тебе предстоит любовный роман и… и все.

— Ты увидела что-то еще, кроме романа, — возразила Прю, напуганная реакцией гадалки. — Скажи мне правду.

Елена опять вздрогнула. Потом снова положила карту перед Прюденс.

— Это самая могущественная карта в колоде, — произнесла гадалка медленно, ее голос упал до шепота. — Она означает, что вокруг тебя сгущается тьма.

— Тьма? — рассмеялась Прю. — Ты не ошибаешься со своим предсказанием? Как только сядет солнце, наступит ночь, и все погрузится во тьму.

— Речь идет не о естественной тьме, — ответила Елена с дрожью в голосе.

— А какая же тогда? — спросила Прю, поднимая карту.

— Тебе нельзя прикасаться к карте! — воскликнула гадалка, пытаясь выхватить ее из рук Прю. — Карты может брать в руки лишь хозяин колоды!

Но Прюденс увернулась и принялась внимательно рассматривать карту. В отличие от всех остальных она совсем не выцвела. Ее фон был глубоким, изумрудно-зеленым. В самом центре молния разбивала на куски черную башню. Небо вокруг башни заполняли странные геометрические символы.

Прю доводилось видеть много жутких вещей. С тех пор как она узнала о своем наследственном даре, ей стало ясно, что люди и предметы не всегда представляют собой то, чем бывают на самом деле. Почему же тогда карта кажется столь необычной?

Сузив глаза, она пристально посмотрела на Елену:

— Скажи мне точно, что обозначают башня и символы, изображенные на небе.

Та улыбнулась и раскрыла ладонь. Ее рука больше не дрожала.

— Тогда давай еще десять долларов.

«Так я и сама могу предсказывать», — подумала Прюденс и положила карту на стол.

— Спасибо, не надо. Не хочется начинать новый год с обмана.

Елена вспыхнула:

— Потом ты заплатишь намного больше, если не согласишься на малую цену сейчас, предупредила она.