Шрифт:
НОВОЕ И СТАРОЕ
ОБЕЗЬЯНА И РОБОТ
НЕБО СЕВЕРА
НОЧНЫЕ ОГНИ
МИФ
На языке нивхов Земля — Миф.
ШЕЛ КОРАБЛЬ…
ЧЕЛОВЕК ИЗ АРИФМЕТИКИ
ДОНКИХОТЫ
НАСЛЕДИЕ ДЕКАРТА И ВИЙОНА
Когда пещерный человекНадел впервые шкуру зверя,То он в глазах своих коллегБыл чудаком, по меньшей мере.Его ругали старикиИ ребятня встречала свистом,На нем точили языкиБезжалостные моралисты,И жизнь его была горькаНа данном уровне культуры.А время шло.Прошли века —И люди все надели шкуры.Но в них ценились иногдаНе легкость, теплота и носкость,А только яркие цвета —Разводы, крапинки, полоски.Какой нелепый оборот:Презрев разумные законы,То, что новатор создает,Уничтожают эпигоны.
Она воскликнула: «Я буду!»Он бросил холодно: «Я был».Как презирал его рассудокЕе невежественный пыл!Она была надежды пошлойИ глупой радости полна.Что для него являлось прошлым.Считала будущим она.Ее опасность не страшила.Готовая идти на риск,Она рвалась к его вершинам.Он был не прочь спуститься вниз.И наблюдать за ними былоЗанятно, стоя в стороне…Но это все происходило,Увы, не где-то, а во мне.
Как говорят поверья древние,Изображения наскальные,На Скандинавском скудном севереНебесный свод держали карлики.Быть может, в это время дикоеЗемля была бедна талантами,Что стали малые великими,Что стали карлики атлантами?Давно мы стали атеистамиИ веру заменили знанием…Но небо и сегодня низкоеНад городами Скандинавии.
По ночам, когда землю окутает мгла,Загораются звезды над нею.Есть созвездие Ворона, Пса и Орла —Нет созвездия Прометея.То ли сфера небесная слишком мала —Прометей на ней не отмечен…Но горит над землею созвездье Орла,Что клевал Прометееву печень.И горит над землею созвездие Пса,Злого Цербера, стража ночи.И стоглавая Гидра таращит глаза,Словно миру погибель прочит.Скалит пасти Дракон, извивается Змей,Но от них на земле не светлее…Среди тысяч и тысяч ночных огнейИщут люди огонь Прометея.
Неведомо куда,Неведомо откудаЛетит моя Земля,Неведомое чудо.И я, как будто нивхВ пучине океана:Из мрака и туманаМеня выносит Миф.
Шел корабль от Вопроса к Ответу,Было много на палубе люда.Но спокойно читал газетуЧеловек, отвергающий чудо.Шел корабль от Загадки к Разгадке,Возмущая холодный рассудок.Но держал свои мысли в порядкеЧеловек, отвергающий чудо.Дули мимо попутные ветры,Паруса безнадежно повисли.И не верил ни сантиметруНа пути от Безумия к Мысли,И стоял, как невзятая крепость,И считал это бредом и блудомНа пути из Нелепости в ЛеностьЧеловек, отвергающий чудо.Но все так же упорно и дерзкоШел корабль от Случайности к СутиЧерез рифы и бури, и бездны,И толпились на палубе люди.Если где-то они затонут,Если к цели они не прибудут,Это значит: открыл кингстоныЧеловек, отвергающий чудо.
Человек из арифметикиНе верит в тригонометрию,Не верит в это поветриеТригонометрических функций.Сейчас у нас даже школьникиРассуждают о треугольнике —О любовном,Трагическом,А особенно о Бермудском.Человека из арифметикиКое-кто обвиняет в косности —Из-за секансов этих,КосинусовИ прочего безрассудства.Но он проживет спокойненькоБез всех ваших треугольников —Без любовных,Трагических,А в особенности бермудских.Занимались бы лучше сложением,Вычитанием,Умножением.Кстати, к таблице умноженияНикогда не поздно вернуться.А в ней — ну ни вот на столькоНе сказано о треугольнике —Ни о любовном,Ни о трагическом,Ни, тем более, о Бермудском.
Соорудил я цепь простуюИз нескольких известных истин:Я мыслю — значит, существую.Я сомневаюсь — значит, мыслю.Я вижу — значит, сомневаюсь,Пусть это кажется бесспорным,И, видя белое, пытаюсьЕго себе представить черным.И тут же думаю: а может,Не черный это цвет, а белый?О, до чего же, до чего жеМне сомневаться надоело!Но от сомнений ненавистныхНигде спасенья не найду я:Я сомневаюсь — значит, мыслю,А мыслю — значит, существую.