Он опять бросил взгляд на её лицо, повёрнутое к нему в профиль. Да, он был её орудием. Но таким же орудием мог считаться и световой меч, и всё же множество самозванцев, самонадеянно считавших себя джедаями, случайно отсекали им себе руки или другие нужные части тела. Орудие, с которым не умеют обращаться, зачастую становится очень опасным.

Это следует держать в уме.

Моранда велела Бел Иблису сосредоточить внимание на одном маленьком человечке: сейчас он положил чемодан в багажник общественного транспортника, а сам забрался в пассажирский салон. Движения его были дёргаными – явное свидетельство волнения, которое он испытывал.

– Уезжает, – сообщил Бел Иблис и опустил макробинокль, в очередной раз ощутив приступ вины. – Что же он подумает, когда доберётся до Райкила…

– Не отвлекайся, – оборвала его Моранда, – надо убедиться, что он в самом деле уехал. В конце концов, чего ты так разволновался? Да он будет прыгать от радости, узнав, что на самом деле с его отцом ничего не случилось!

– Надеюсь на это, – ответил Бел Иблис, бросив на неё хмурый взгляд.

Они находились в маленькой квартирке Моранды. Женщина сидела за обшарпанным обеденным столом, сосредоточенно уставившись в инфопланшет, и, к сожалению, не обращала внимания на хмурые взгляды.

– Но всё же охота за пустым местом обойдётся ему недёшево.

– Жизнь вообще несправедлива, – философски заметила Моранда. – Если тебя это так волнует, пусть твои друзья-повстанцы возместят ему убытки.

Бел Иблис хмыкнул:

– Вряд ли Восстание похоже на бездонный кошелёк…

– Транспортник, Гарм, – напомнила она, ткнув пальцем в окно. – Следи за транспортником.

Проглотив рвавшееся с языка проклятие, Бел Иблис отвернулся к окну и снова поднял к глазам макробинокль. За последние несколько дней острая боль, вызванная гибелью его семьи, притупилась, и ей на смену пришла тихая горечь, отравлявшая каждую минуту существования, но всё же позволявшая думать и действовать вполне разумно.

Однако горечь и раздражение от безысходности сложившейся ситуации постоянно бередили его душевную рану – рану, которую, казалось, постоянно задевала самонадеянная маленькая карманница. Он боролся с собой, чтобы не взорваться и не высказать ей в лицо всё, что он об этом думает – всё, что при обычных обстоятельствах он бы отбросил, посчитав мелкими личными разногласиями.

Однако сейчас это требовало усилий. И он заставил себя терпеть. Ему нужна помощь, чтобы вернуть инфопакет, добыть жизненно важную информацию, которая, вероятно, может решить судьбу Восстания. Кроме того, его дурное настроение – вовсе не её вина.

Транспортник, стоявший в трёх кварталах от них, завёлся и загрохотал вниз по улице.

– Отправился, – сообщил он, снова повернувшись к Моранде. – Наш парень на борту.

– Хорошо, – произнесла она, с удовлетворённым вздохом откладывая в сторону планшет. Затянувшись сигарой, она вынула комлинк. – Всё равно твоей подружке Айсард было бы от него мало толку, зато её банде будет, чем заняться. А мы пока тут кое-что провернём.

– В каком смысле?

– В том смысле, что пора звонить законникам, – ответила она. – Я нашла подходящего человека в списке некоррумпированных законников, составленным твоим другом Аркосом. Будем надеяться, что, кроме честности, у него есть ещё и мозги, и он рванёт именно туда, куда нам нужно.

Она подняла комлинк и нажала кнопку вызова. После секундной паузы из устройства послышался чёткий голос:

– Этио Нироска слушает.

– Привет, полковник, – начала Моранда. – Вы меня не знаете, но у меня здесь возникла небольшая проблема, и я подумала, что вы сможете помочь.

Нироска едва слышно вздохнул:

– Если вы позвоните в местное отделение службы без…

– У меня оказалась очень ценная вещь, и, если она всплывёт, это произведёт эффект разорвавшейся бомбы, – прервала его Моранда. – Этой вещью страстно желает завладеть сотрудница имперской разведки, которая сейчас носится по всему городу и всюду разнюхивает.

Последовала короткая пауза.

– У вас неверная информация, – сообщил Нироска. – На Даркнелле нет ни одного агента имперской разведки.

– Оставим эти игры, полковник, – ответила Моранда, придав голосу нотку обиды. – Мы оба знаем, что она здесь. Откровенно говоря, её очень трудно не заметить, особенно вместе с этим белобрысым громилой с луксанским "пронзателем", который расчищает ей путь. Да она по всей Закрее носом землю роет, чтобы отыскать этот пропавший инфопакет.

– Ясно, – сказал Нироска. Он очень старался, чтобы голос звучал ровно, но Бел Иблис ощутил под этим спокойствием растущий интерес. – Я правильно понял, что инфопакет и есть та ценная вещь, о которой вы говорите?

– Точно, – подтвердила Моранда. – При обычных обстоятельствах я бы связалась прямо с ней, чтобы обсудить условия сделки. Но тут есть два препятствия: я не знаю частоту её комлинка и не хочу, чтобы рядом болтался этот белобрысый со своим "пронзателем". Поэтому мне хотелось бы осуществить обмен через вас.

– Я ничего не знаю об имперских агентах на Даркнелле, – уже жёстче повторил Нироска. – Но если в вашем распоряжении оказались вещи, которые были украдены или которыми вы завладели незаконно, вам лучше всего сдать их в штаб Управления обороны.