Продвигаясь дальше и миновав фонтан с фигурой мальчика, обнимавшего дельфина, она подошла к памятнику Джону Сесиль Роудзу. Его поднятая рука указывала в направлении бухты, и на каменной дощечке были выгравированы слова: «Там находятся твои внутренние территории».

Это было для нее загадкой. Бухта выходила к океану, и там, на западе, не могли находиться внутренние территории Южной Африки. Она, размышляя, дважды обошла вокруг памятника, когда заметила человека, наблюдавшего за ней. Она видела его краем глаза, но поскольку он продолжал смотреть в ее сторону, то бросила на него быстрый взгляд и узнала Джона Корниша.

Первым ее подспудным желанием было быстро уйти прочь. Этот человек уже доставил ей достаточно неприятностей, и разумнее было бы вообще не разговаривать с ним. Но он направился к ней, и ей некуда было деться.

— Доброе утро, миссис Гогенфильд, — приветствовал он ее.

Она ответила на его приветствие и повернулась, чтобы продолжать прогулку, но он, видимо, не для того появился здесь, чтобы только наблюдать за ней.

— Я надеюсь что не очень обременил вас на днях, — продолжал он. — Боюсь, ваш муж был огорчен, застав меня у вас.

Она не имела намерения обсуждать эту тему, но, несмотря на очевидное неодобрение Дэрка, она испытывала некое любопытство по отношению к этому человеку. Недолгий, из вежливости, разговор не мог принести большого вреда. Она взглянула вверх на Сесиля Родза, как бы ища поддержки.

— Почему он показывает на океан? — спросила она — Ведь там нет внутренних территорий.

Корниш подарил ей мрачную неспешную улыбку, в которой почти не было тепла.

— Как и многие уитлендеры, вы повернулись кругом. Впервые прибывшие сюда забывают, что Кейптаун, так же как и гора, смотрит на север. Атлантический океан на самом деле в другой стороне, слева от вас, за Головой Льва. За бухтой к северу лежит Африка.

Ей захотелось объяснить ему, что она не уитлендер, но она вовремя вспомнила, что он не знает о ее происхождении. Любопытство по отношению к этому человеку все еще удерживало ее от того, чтобы уйти.

— Удалось ли вам повидать Никласа Ван Пелта? — спросила она напрямик.

Он отрицательно покачал головой:

— Нет еще. Но я не оставил своего намерения. Случай еще подвернется.

Позволив себе зайти так далеко, она продолжала развивать эту тему:

— Но почему это так важно для вас? Почему вы не можете написать о нем, пользуясь доступным материалом и тем, что вам известно о нем?

— Возможно, потому, что прошлое — это такая вещь, которую я хочу знать из первых уст, — сказал он.

Она поняла, что представляется хорошая возможность узнать то, о чем отец запретил Дэрку ей рассказывать, в то время как ее желание знать это все возрастало.

— Вы не объясните мне, что произошло? — спросила она. — Есть вещи, которые Дэрк отказывается обсуждать. Несомненно, из-за того, что он работает у мистера Ван Пелта. Но я действительно хочу их знать.

Он изучал ее из-под крутых бровей, как будто проводя измерения. Она ощущала в нем глубокую силу, находившуюся под надежным контролем. Он жестом пригласил ее присесть на ближайшей скамейке, освещенной прорывавшимися сквозь листву солнечными лучами.

— Присядем ненадолго? Мне хотелось бы поговорить с вами. Возможно, если вы услышите эту историю, вы не будете думать обо мне как о подлеце, в чем так убежден ваш муж.

Она присела на согретый солнцем край скамейки. Голуби с надеждой топтались у ее ног, а белка негодующе заверещала, когда обнаружила, что у Сюзанны ничего для нее не припасено. Скалистый склон был спрятан за деревьями этих чистых садов, и она нашла, что временами постоянное присутствие горы действует несколько угнетающе.

Джон Корниш сложил костлявые ладони, тесно переплетая пальцы и глядя вдаль на внутренние территории Роудза. Сюзанна ожидала, когда он начнет.

— Все сводится к алмазам, — проговорил он наконец. — К алмазам и их власти над человеком. Никлас Ван Пелт попал в тюрьму потому, что был осужден за кражу алмазов.

Это противоречило тому, что говорил ей Дэрк, и она Нахмурилась.

— Вы имеете в виду крупный алмаз, который пропал? Тот, который называется Королем Кимберли?

— Приносящий несчастье камень? — спросил он. — Нет, не Король Кимберли. Это другая история, хотя у меня есть собственная версия того, что могло случиться с этим необычным камнем. В тайнике, найденном в доме Ван Пелта в Йоханнесбурге, были обычные драгоценные камни — намного мельче.

— Найденном в доме Ван Пелта? — повторила Сюзанна, не вполне понимая.

— Это правда. На войне меня вывели из строя, — похлопал он по своей вытянутой правой ноге, — И мне пришлось работать в йоханнесбургской газете. Мне поручили подготовить материал об алмазной контрабанде — всегда популярной теме в Южной Африке. Я взялся за это серьезно и хотел написать хороший очерк. В процессе своих поисков я напал на горячий след, по которому шел довольно долго, опровергая авторитеты. Детали этого дела не важны, но след привел к Никласу Ван Пелту.