– Все равно не попадешь, не трать патроны.

Девушка резко, на нервах, кивнула.

Опять стук в потолок. И опять я сразу обернулся к офису, в котором истекал подобием крови труп мутанта, застрявшего в окне. Обернулся, ожидая атаки через оставшееся, пока еще целое окно. Ошибся: разлетелось стекло рядом со мной, в приемной. Мелькнул смутный силуэт, но луч фонаря его уже не захватил – осветил лишь горизонтально летящие капли дождя и угол контейнера поблизости.

У них точно есть какой-то план. А если не план, то отработанный метод охоты. Они не совсем тупые. Будь они такими, то так и продолжали бы ломиться в тесные окна, нарываясь на пули и погибая один за другим, против трех винтовок особенно не подергаешься, а эти старательно раздергивают наше внимание по сторонам. Мутант, разбивший стекло, даже не показался в оконном проеме. Ударил снизу, и то, что я заметил, было его… нет, не рукой все же, конечностью. Рукой это было давно – до того, как ее обладатель умер и отъелся на трупах не пойми во что, аж смотреть тошно.

И все же – что они задумали? И сколько их там осталось? Не меньше двух, это точно. Потому что тварь с крыши никуда не делась, ее слышно, а кто-то еще успевает бить стекла.

– Не подходим к окнам, держимся от них подальше! – крикнул я.– Похоже, нас просто подманивают.

А почему бы и нет? Если тварь так и сидит возле разбитого окна, то сунься я туда – и никаких шансов. На их скорость реагировать невозможно: если и успею стрельнуть пару раз, то без всякой пользы. Трудно иметь дело с тварью, которую можно убить лишь попаданием в мозг,– это ведь еще и ухитриться надо. А просто боли они, похоже, не чувствуют.

Снова удары в потолок, Дрика испуганно присела на колено, словно испугавшись того, что чудовище дотянется до нее с крыши, а затем – одновременно новый удар в дверь. Тут уже я среагировал, чуть не выстрелил, но в последний момент сдержался. Может, нас просто изматывают? Берут измором? А почему нет? Вполне действенный метод: задергать, замучить, как быка на арене для корриды, а потом уже нанести смертельный удар.

Топот по потолку, затем гулкий грохот металла – похоже, мутант с крыши перепрыгнул на контейнер. Это еще зачем? Что задумал? В окна пока тоже больше никто не лез, в дверь не ломились. Затихли.

Через выбитые окна задувал ветер, летели капли дождя, но в общем целостность нашего укрытия нарушена не была. Пованивало от трупов мутантов, висящих в окнах, но выкидывать их или делать что-то еще никто не собирался: дураков-то нет. Пусть висят, а мы потерпим, понюхаем.

– Позицию не меняем,– сказал я.– Если кому сильно подопрет – в соседнюю комнатку, не отходя от двери дальше чем на шаг. Пахнуть хуже здесь уже все равно не будет, так что только таким образом.

Сэм с Дрикой только кивнули. А что тут еще скажешь? Сокс выглядел по-прежнему настороженным, кот, хоть и перестал подвывать, свою позицию не покидал и тоже не расслаблялся. Значит, осаждавшие нас мутанты пока никуда не делись, отступили для перегруппировки, так скажем.

Время тянулось медленно, максимум, что мы себе позволили,– рассесться на стульях: в ногах все же правды нет. Ветер выл в железных конструкциях на улице, в опорах кранов, в щелях между контейнерами, хлестал окружающий мир бичами ливня, а заодно и гроза началась, да еще такая, что от каждого удара уши закладывало. Извилистые очертания молний пробивались даже через дождевую завесу, а летящие с неба капли воды в причудливом электрическом свете начинали сверкать как бриллианты.

Через час примерно в выбитое окно рядом со мной заглянул зомби, заставив меня подскочить на стуле. Звери почему-то не среагировали на его приближение. Может быть, уже научились различать обычных бродячих мертвяков и мутантов, а может, просто устали реагировать. Появление его обвисшего мертвого лица в окне здорово меня напугало – так неожиданно все вышло. Однако зомби оказался не из умных – он просто завис у окна, всунув в него руки и протянув их ко мне. Я прицелился и выстрелил. В середине его лба появилась черная дырочка, и ходячий труп завалился назад.

Вообще-то многовато мертвечины для заброшенного контейнерного терминала, как мне кажется. Из города приходят или «за счет местных резервов» заселилось ими место? Кто знает, кто знает…

Экономя аккумуляторы в фонарях, зажгли сразу четыре свечи, расставив их в пластиковых стаканчиках в разные места. Еще через час, который прошел тихо, развлекая нас лишь звуками окончательно вошедшего в силу урагана, я опять не удержался, выглянул в разбитое окно, готовый отскочить назад в любую секунду. Тишиной там я не обманывался – уже понял, насколько неподвижными и бесшумными могут быть мертвяки. Но за окном ничего не было, кроме тела застреленного мной зомби. Хотя лежало оно странно – ноги были метрах в двух от окна, а я точно помню, как он упал: просто осел, словно из него стержень вытащили. Упасть он мог только прямо под окном, в которое пытался пролезть. Оттащили? Если так, то кто и зачем?

Возник соблазн попытаться закрыть двери из приемной в офисы – сузить обороняемое пространство, но по здравом размышлении признал эту мысль совсем неудачной. Там мутанты смогут просто забраться в смежные комнаты, а потом вывалить хлипкие двери: укреплять их нам все равно нечем. Пока они будут ломиться в них, прицельно стрелять не получится, а когда проломятся, то уже не получится наверняка. Так что надо защищать всю территорию.

Сэм выглядел спокойным, а Дрика начала заметно нервничать – неизвестность мешала ей жить, судя по поведению, больше всего. Она крутилась, вставала со стула, снова садилась, явно хотела и одновременно побаивалась выглянуть в окно, в общем, обещала в самом скором времени совершенно известись и к моменту новой атаки, если такая случится, быть совершенно вымотанной.

Тогда я взялся болтать. Обо всем. Рассказывал анекдоты, пытаясь перетолковывать русский юмор на английский язык, что в большинстве случаев получалось с большим трудом, развлекал армейскими побасенками, просто что-то рассказывал. В какой-то момент обнаружил, что завладел вниманием Дрики: она уже не маялась, а просто слушала. Этого я и добивался, Сэм и так был спокоен как скала, ему сеанс психотерапии не нужен.

Ближе к утру ветер понемногу стал стихать, по крайней мере, в фермах портовых кранов он выл уже не так пронзительно, и продолбившая в головном мозгу дыру железяка, лязгавшая на улице всю ночь, сменила амплитуду колебаний на более редкую, да и потише колотить стала.