— Я могу на это только надеяться.

Фархкан опять издал свой лающий смех, затем кивнул Десоллу.

— Мы приступаем. — Подошел к креслу, отрегулировал нечто похожее на конец кабеля, спустившееся с потолка, пока оно не остановилось как раз над головой Вана.

— Вы, вероятно, обратили внимание на некоторую дезориентацию и, возможно отчасти потеряете память о том, что здесь происходит, — сказал Десолл. — Но вы ничего не почувствуете, вы просто не вспомните потом, что происходило в кресле.

Ван нахмурился.

— Когда мне их дезактивировали, ничего такого…

— Нет. Но разве не было настоящей операцией, когда вам прививали вкрапления? Сейчас не предстоит ничего похожего, но куда сложнее устранить то, что сделано, чем просто убрать ваши функции. К тому же мы должны добавить кое-какие способности, чтобы вы могли связываться с фархканами и некоторыми другими внешними системами, где не применяются стандартные частоты Рукава.

Это звучало убедительно, особенно после прихода «Элсина» на фархканскую станцию.

Ван заморгал. Миг черноты, — и вот он опять сидит в кресле. Правда, теперь у него болели ягодицы, и какие-то болезненные участки появились на черепе, точно там кололи иголочками.

— Для меня выпало больше, чем несколько мгновений, — заявил Ван.

— Так и есть. — Ответ исходил от фархкана, с малость шипящим обертоном, но куда более отчетливый, чем большинство прямых передач через вкрапления. — Был некоторый ущерб. Намеренный. Мы его устранили.

— Дело РКС?

— Доктор Фхэйл сказать не может, только не все было в порядке. — Ответил Десолл.

Кристально чисто. Ван поджал губы.

— А сейчас я в норме?

— Вы действуете на пике нормальных людских возможностей,— ответил фархкан.

— Они говорят буквально, — громко прокомментировал Десолл.

— А как еще можно быть этичным, если не предельной точностью? — Все же в ответе содержались признаки чего-то такого, что Ван назвал бы юмором.

— Этичным? Этичным?

Вкрапления Вана эхом подхватили это слово.

— Вся жизнь — борьба за этику. Те, кому не удается это понять, обречены на исчезновение. Вам следовало почерпнуть это из нашей беседы. — Лающий хохот последовал за не высказанным вслух сообщением фархкана. — Вы научитесь. Если вы удачливы.

Последнее показалось приказом, а не замечанием.

— Вам надо пошевелиться. Сперва медленно. — Добавил фархкан.

Ван выбрался из кресла. Повсюду вокруг бились вихри энергии, действовали самые разные сети и системы, которых он недавно не замечал.

— А все это… Это нормально?

— Это усовершенствованные вкрапления, весьма похожие, но еще лучше, чем стандартные вкрапления Коалиции.

На миг Ван замер на ходу, перед самым открывшимся трапециевидным отверстием. Оглянулся. Фархкан исчез.

— Это все? — И Ван надеялся, что это так.

— Вам нужно выработать кое-какие новые привычки. Мы будем заниматься этим всю следующую неделю или около того.

— Не было ли здесь угрозы… насчет непонимания этики, которое ведет к исчезновению?

— У фархканов, разумеется, есть такого рода мощь, но они считают, что ее нельзя использовать, ибо может случиться межзвездный конфликт, в котором они сгинут.

— Такого рода мощь? — переспросил Ван, подавив зевок на ходу.

— Больше, чем такого рода мощь, — Десолл кивнул в сторону видневшегося впереди шлюза. — Нам пора вернуться на корабль. Вам сейчас не худо бы поесть и поспать, — сказал он.

Ван заметил, что опять зевает, шагая рядом с пожилым пилотом.

— Как долго я был в отключке? Явно ведь больше нескольких минут. Но не могу представить себе, насколько больше. Часы во вкраплениях точно заморозило.

— Около трех часов. Кто-то установил вам несколько ловушек. Вероятно, когда вы лежали в медлюльке.

— Ловушек?

— Локатор, передатчик с удаленным спуском. — Десолл поднял сумку. — Сами позднее увидите.

— Что? — Ван был ошеломлен, затем разъярился. — Но почему?