— Трамонтана настолько сильная держава, что всякое вмешательство в ее внутренние дела чревато…

— Мда… — Умноликий вскочил с дивана и яростно поскреб макушку. — Да ты садись, садись, — спохватился он, придвигая Эрудиту кресло.

Польщенный вниманием, Первый Эрудит робко уселся и стал следить за правителем, стараясь вовремя отразить на своем лице малейший оттенок его настроения.

Умноликий расстегнул ворот рубахи, распахнул окно, но тут же осторожно прикрыл.

— И все-таки, как это папаша терпел такое соседство? Чем однако сильна Трамонтана? Что там, наука умнее нашей?

— Глубже. И наука, и техника. Но главное не в этом.

— А в чем же?

— Я вам уже говорил… — замялся Эрудит. — Там люди другие.

— Тьфу, опять за свое.

— Все не так безобидно, как вам кажется, — тонко улыбнулся Эрудит. — Трамонтанцы не знают слов «скука», «обман». А синеглазым и задирающим голову к небу живется не хуже, чем людям с другим цветом глаз и тем, кто не видит ни в небе, ни в море ничего привлекательного..

— Безобразие! — надулся Умноликий.

— Их поэты говорят, — вкрадчиво продолжал Эрудит, — что трамонтанцы чисты как снег в горах, свободны как ветер и щедры как лучи солнца.

— Так у них и поэты есть?

— Да, но, в отличие от наших, они не только слагают прекрасные стихи и песни, но и, как ученые, пишут трактаты.

— Какова же их философия?

— Звездное небо для них – прекрасный шатер, созданный Самым Высоким для защиты людей от неблагоприятных космических вторжений. И в то же время это – бездонная вселенная со множеством таинственных миров, а кроме того – изумительная ткань, из которой они шьют платья своим девушкам.

— Как? Из неба? Ткань? Они что, с приветом?

— Все это, конечно, иносказательно.

— А что по этому поводу говорят у нас? — нахмурился Умноликий.

— Для наших ученых небо – черная дыра, решиться лезть в которую можно только в дурном сне. А по мнению поэтов, «звезды – это пыль, только пыль, космическая пыль…»

— Так, — наследник задумался, сведя к переносице бесцветные глазки. — Значит, у них нет скуки? Почему?

— Потому что у них есть цель.

— Это еще что?

— Цель жизни каждого трамонтанца – общение, контакт с Самым Высоким. Ходят слухи, что они получают от этого непередаваемую радость.

— И что это даёт им?

— Трамонтанцам легко приходят в голову замечательные идеи. Там почти не болеют, так как Самый Высокий питает людей своей энергией. Но главное не это.

— Ты еще скажи, что они там не умирают.

— Почти это я и хотел сказать. Не все, но многие живут очень и очень много лет. А есть и такие, которые утверждают, что они родились еще в те века, когда по земле бродили мамонты.

Умноликий хмыкнул, фыркнул, прыснул, затрясся в беззвучном смехе, а затем громко расхохотался. И так долго, так оглушительно хохотал, что в конце концов стал сипеть, потом посинел и не на шутку перепугал Эрудита. Тот бросился к нему:

— Что с вами? Чем вам помочь?

— Ну, и уморил меня! — правитель вытер лицо платком и вновь строго уставился на Эрудита. — А ты, однако, подробно изучил нашу соседку, — подозрительно произнес он.

— Такова моя должность, — смутился Эрудит.

— Небось, и мораль у них иная?

— Да. Они проповедуют уважение и любовь друг к другу. Поскольку…

— Довольно!.. — правитель навел бинокль на Эрудита и процедил: — Блоха под микроскопом!

Эрудит вскочил. Губы его свернулись в пятачок, ноги задрожали, и он опять плюхнулся в кресло.