Усадив девушку в фойе рядом с недоумевающей графиней, Ричард отправился за экипажем. Как только дверь за ним закрылась, Хелена вскочила и, повернувшись к леди Изабель, воскликнула:

— Теперь мы действительно попали впросак, мадам! Маркфильд заставил всех поверить, что мы помолвлены! Как нам убедить их, что это была ужасная ошибка?

— Не волнуйся, моя дорогая, — спокойно заверила ее графиня, усаживая обратно на диван, — Ричард найдет какое-нибудь удовлетворительное решение!

Но когда через десять дней Хелена стояла рядом с отцом в вестибюле церкви Святого Георгия на Ганновер-сквер, ей стало очевидно, что Маркфильд так и не нашел никакого решения, тем более удовлетворительного. Если она не откажется от Ричарда перед алтарем — мысль, которой противилась вся ее натура, — у нее не останется альтернативы, кроме как пройти весь путь до конца, до роковой черты.

Наутро после драматических событий в Олмаке Маркфильд прибыл в особняк Кадоган и попросил, чтобы мистер Витли, если позволит состояние его здоровья, принял его. Доктор Редферн, который в этот момент только что закончил осмотр больного, разрешил им встретиться, но при условии, что разговор будет во всех отношениях необременительным для его подопечного. После этого мужчины заперлись в комнате мистера Витли и около часа что-то между собой обсуждали.

Через несколько дней Маркфильд отбыл в свое имение, нанеся перед этим два коротких визита в Кадоган для подписания различных бумаг и улаживания последних деталей относительно их будущего союза. И хотя он был сама любезность, склоняясь над ее рукой и галантно целуя пальцы Хелены, девушку не покидало ощущение, что Маркфильд просто покорился ситуации и теперь выполняет необходимые действия.

За все это время они обменялись не более чем десятком слов, неизменно находясь в присутствии либо Лотти, либо Чарльза Стэндиша. Вообще говоря, Чарльз часто бывал в их доме последние дни, и это заставило Хелену заподозрить, что Маркфильд поручил своему кузену следить за своей невестой во время его отсутствия.

Мистер Витли, конечно, находился на седьмом небе от счастья после известия об этой неожиданной помолвке. Он, ни секунды не колеблясь, дал графу свое отцовское согласие на этот брак, и с этого момента его здоровье начало быстро поправляться. И теперь, глядя на любимое лицо, Хелена не могла сдержать слез. По крайней мере, отец достиг своей заветной цели, думала она, грустно размышляя о неопределенности собственного счастья. Девушка до сих пор не могла привыкнуть к мысли о том, что меньше чем через час она выйдет из этой церкви под руку с человеком, который явно не любит ее. Да и ее собственные чувства к будущему мужу все еще находились в чудовищной неразберихе.

Внезапные аккорды органа, известившие о начале церемонии, вывели Хелену из невеселых размышлений, и, когда волнующие звуки музыки разнеслись эхом по сводчатым галереям, она сделала глубокий вдох и, решительно вздернув подбородок, взяла под руку отца и ступила через широкие двери в длинный проход.

К ее удивлению, все скамьи по обеим сторонам церкви были забиты до отказа. Хелена старалась улыбаться, проходя мимо них, но большинство лиц были ей совершенно незнакомы, поскольку они с отцом со своей стороны пригласили в основном только своих близких. Все эти люди, заполнившие сейчас церковь Святого Георгия, находились здесь по приглашению леди Изабель. Сама Хелена предпочла бы провести брачную церемонию в небольшой деревенской церквушке Святой Мэри в Вудлэндзе, но графиня отвергла эту идею, заявив, что единственной возможностью утереть нос их критикам было бы устроить самое грандиозное венчание, которое общество не видело со времен самой принцессы Шарлотты! Мистер Витли, охотно финансировавший всю церемонию, оказал полную поддержку этому проекту.

Теперь Хелена шла по центральному проходу, облаченная с головы до ног в экстравагантное сооружение из атласа и кружев, и чувствовала себя очень несчастной.

Однако когда она наконец увидела ожидавшего ее жениха, который стоял рядом с улыбающимся кузеном, то не могла сдержать бешеного биения сердца. В элегантном каштанового цвета фраке и коричневых панталонах, облегающих его бедра наподобие второй кожи, он был так невероятно красив! Если бы только она могла найти путь к его сердцу! Но, в конце концов, урезонивала себя девушка, становясь рядом с ним, разве не живет большинство людей в браке без любви? И почему она должна искать чего-то большего?

Глаза Маркфильда были прикованы к ее лицу с момента, когда она появилась в дверях, и теперь его сердце было так взволнованно, что готово было вот-вот разорваться. Почти невозможно было поверить, что это видение красоты скоро станет его женой. Ричард решил, что, как только они поженятся, он увезет ее от всей суеты и пустой болтовни, вызванных поспешной свадьбой, и сделает все, что в его силах, чтобы завоевать ее любовь. Он окружит ее такой преданностью, что она не сможет сопротивляться. Так уговаривал он себя, чтобы окончательно не потерять самообладание.

И теперь его нареченная стояла, готовая принести все необходимые клятвы, и, хотя он изо всех сил старался поймать ее взгляд, чтобы послать ей ободряющую улыбку, она отказывалась смотреть в его сторону и не сводила глаз с молитвенника, который викарий держал перед ней.

Итак, с бессмертного и освященного обращения «Возлюбленные мои» началась церемония венчания. Монотонное бормотание священника, смущавшее ее ощущение руки Маркфильда так близко от ее собственной… Но потом все это отступило, и все существо Хелены наполнили возвышенные слова священного текста.