Шрифт:
— Что они, с ума посходили! Включили прожекторы под самым носом у немцев! Если не артиллерия с минометами, так авиация накроет!
Подошедший Стессель представился.
— Почему включили прожекторы и демаскируете участок переправы? — спросил я.
— Работая в темноте, в срок не управимся. Кроме того, из-за крутого берега противник не просматривает место строительства. Проверял с плацдарма лично. Вот профильные разрезы. — Командир отряда протянул аккуратно выполненный чертеж на небольшом листе ватмана.
— А если авиация накроет?
— На этот случай вынесены специальные посты с ракетницами. По их сигналу я могу централизованно, нажатием кнопки, мгновенно выключить прожекторы.
Да, кажется, Стессель все предусмотрел… Конечно, принятое решение было сопряжено с известным риском обстрела, однако подсветка прожекторами с лихвой окупалась значительным ускорением темпа строительства.
Наутро мост был готов, и по грубо обструганному настилу на плацдарм двинулись танки, артиллерия, машины с боеприпасами. За строительство моста гвардии майор Б. Е. Стессель был награжден орденом Красной Звезды. Получили награды и наиболее отличившиеся саперы отряда.
Об опыте строительства моста с использованием прожекторов Стессель несколько месяцев спустя докладывал в Москве на конференции по изучению опыта войны, проводимой штабом инженерных войск.
В эти предельно напряженные дни мне почти все время приходилось бывать в батальонах. Как-то поздним вечером 27 ноября заехал в штаб бригады. Здесь начальник штаба Соколов сообщил о новых заданиях, которые получала бригада:
— Освобожден Гомель. Начальник инженерных войск фронта А. И. Прошляков приказал разминировать город. Туда направляются шестой и восьмой батальоны.
Поединок с «Зондеркомандой-29»
Отступая под ударами Красной Армии, гитлеровское командование все чаще и чаще стало использовать минно-взрывные заграждения. Особенно много различных мин, в том числе и замедленного действия, фашисты ставили в населенных пунктах.
Сложные и опасные задачи по обезвреживанию мин замедленного действия в освобожденных городах и селах были возложены на 8-й гвардейский батальон специального минирования подполковника Ю. М. Пергамента.
В начале ноября наши войска освободили город Ново-Белица. Почти все здания в городе были разрушены фашистами. Неповрежденными остались только несколько кирпичных и деревянных домов.
Саперам роты старшего лейтенанта А. С. Будко было приказано проверить, не установили ли гитлеровцы в них мины замедленного действия.
Утром группы минеров отправились на выполнение боевого задания. После инструктажа командира роты кто-то из молодых лейтенантов бросил:
— Какие тут МЗД! Фрицы так тикают, что им не до них сейчас…
Часам к трем дня группы стали прибывать на обед. Доклады командиров групп были одинаковы:
— Мин замедленного действия не обнаружено!
Одна из групп к обеду не вернулась.
Заместитель командира батальона капитан Болтов и старший лейтенант Будко, обеспокоенные ее отсутствием, отправились на поиски.
Пройдя метров пятьсот по железной дороге, проложенной по Кооперативной улице, офицеры встретили спешившего им навстречу командира «исчезнувшей» группы. В руках у него был металлический предмет, несколько напоминавший по форме бутылку. Опытные минеры сразу же определили: немецкий взрыватель замедленного действия с часовым механизмом «Ягд-Федер-504», рассчитанный на срок действия в двадцать одни сутки.
— Где нашли? — поинтересовался Болтов. Сержант доложил, что взрыватель обнаружили в трехэтажном кирпичном доме. Капитан отчитал командира группы:
— Почему сами сняли, а не доложили, как положено, в батальон? Ведь фрицы могли установить элемент неизвлекаемости!
На следующее утро для повторного тщательного осмотра всех кирпичных зданий были направлены группы под командой офицеров Александрова, Холина и Яковлева. Вскоре нашли шесть мин замедленного действия в административных и жилых кирпичных зданиях. Все они устанавливались гитлеровцами в центре здания, заподлицо с полом первого этажа или подвала. В качестве заряда использовались две двухсотпятидесятикилограммовые авиационные бомбы. К счастью, никаких сюрпризов не было. Видимо, фашисты, отступая под ударами наших войск, слишком спешили…
Через два дня нашли и обезвредили мины еще на пяти объектах. Но вот саперы, проводившие разведку на спичечной фабрике «Везувий» и в трехэтажной кирпичной школе, мин не обнаружили. Опытный минер капитан Михаил Павлович Болтов интуитивно чувствовал, что мины здесь есть. Об этом говорила и элементарная логика, и предыдущий опыт по обезвреживанию взрывных сюрпризов: именно эти объекты гитлеровцы должны были заминировать в первую очередь, и особенно тщательно.
Вместе со старшим лейтенантом Будко капитан Болтов стал осматривать спичечную фабрику. В одном из цехов обнаружили свежую заплату на бетонном полу. Когда пол вскрыли, нашли мину замедленного действия с зарядом из двух пятисоткилограммовых фугасных авиационных бомб. Когда их вытаскивали, старший лейтенант Будко сказал: