Одна из девочек вышла вперед:

— Он срубил его, и когда Он увидел, что сделал, то сказал: «Я не могу позволить, чтобы оно умерло». Поэтому Он посадил отрубленный кусок, и из него выросло новое дерево, а из пня старого дерева тоже выросло новое, потому что это было волшебство.

— Очень хорошо. Но это, конечно же, миф. А вы знаете, что оно реально означает? Символом чего служит вишневое дерево?

Гран ощутил себя одним из подопечных учительницы, таким же невежественным и ждущим объяснений.

— Это английская вишня, — намекнула учительница.

Взметнулись руки.

— Я знаю!

— Дерево — это Англия.

— Правильно. А кусок ствола, который Он пересадил?

— Америка!

— Очень хорошо. А вы помните, что случилось дальше? На картине этого не показано, но история очень печальна. Тинша?

— Когда Его отец увидел, что Он сделал, то испугался. Он подумал, что его сын дьявол или еще кто, поэтому вырвал маленькое дерево с корнем. Он вырвал Америку.

— И ты знаешь, кто был этот отец, верно?

— Это… король? — сказала Тинша.

Грант и его проводник подошли к другой картине. На ней был изображен человек в напудренном парике и потрепанной военной форме, идущий зимой через реку — не ступая по плавучим льдинам, а осторожно перемещаясь между ними, по грудь в ледяной воде. С ним шла и группа босых людей, которые слегка соприкасались руками, а первый из них положил пальцы на плащ ведущего их человека. Все они смотрели на воду так, словно не верили собственным глазам, но на лице лидера читалась только уверенность — и безмятежное смирение.

— Работа Салли, великого подпольного художника.

— Эта картина и другие… они бесценны.

Индеец пожал плечами:

— Если они завтра будут утрачены, мы все равно понесем их с собой. Истинно бесценны лишь те чувства, которые они пробуждают в наших сердцах. Он пришел для всех людей. Если вы принимаете Его, если открываете Ему свое сердце, то Его смерть будет не напрасна.

— Вашингтон, — сказал Грант, наконец-то вспомнив. Незначительная фигура американских войн, архипредатель, чье имя упоминалось лишь в сносках в тех книгах по истории, что он читал. Арнольд победил его, так ведь? Что там произошло возле Вест-Пойнта? Воспоминания были смутными и нереальными, воспоминаниями из учебника.

Ювелир кивнул:

— Джордж Вашингтон, — повторил он. — Он вел нас к свободе, но был предан и показательно наказан. В Филадельфии Его публично пытали, чтобы запугать бунтовщиков, затем, уже мертвого, подвесили за шею, после чего провезли по всем колониям. И это наш грех. Епитимья, которую мы должны платить, пока каждая душа снова не вернется к равновесию.

— Ваш грех?

Индеец кивнул, вытаскивая из мешочка на поясе еще одного сморщенного Христа — нет, Вашингтона — на кресте:

— Мы помогали британцам на той войне. Чироки, ирокезы и другие из Шести Племен. Мы думали, что британцы спасут нас от колонистов. Мы не знали, что у них есть другие способы порабощения. Наши предки были мастерами пыток. Когда Вашингтона захватили, его передали им — нам — для самой грязной работы.

Его пальцы сжались на фигурке из плоти. Крест сломался, щепки впились в ладонь.

— Мы прибили Его к кресту, одолжив из вашей религии идею, которая нам очень понравилась.

Уиндейца затряслись руки. Он поднес фигурку ко рту.

— Сперва мы скальпировали Его. Напудренные волосы подвесили к поясу воина. Мы пронзили Его плоть шипами и ножами. А потом мы сняли с Него кожу живьем.

— Сняли кожу…

Грант поморщился, когда золотые зубы впились в полоску вяленого мяса и оторвали кусок.

— С живого?..

— Он умирал отважно. Он был больше чем просто человек. Он был наш избавитель, спаситель всех людей, белых, красных и черных. И мы убили Его. Вывели мир из равновесия.

— Что это за место? — спросил Грант. — Это ведь больше чем музей, да? Тут еще и школа.

— Это святое место. Его дух живет здесь, в сердце города, названного в честь того, кто предал Его. Он умер для мира двести лет назад, но Он все еще живет в нас. Он защитник униженных, освободитель порабощенных. — Голос ювелира был спокоен, несмотря на страстность темы. — Понимаете… я заглянул за стены пламени, окружающие этот мир. Я заглянул в тот мир, которому предстояло быть, если бы Он остался жив. Я видел землю свободы, землю жизни и счастья, где красные люди живут в гармонии с белыми. Наши равнины приносят плоды вместо заводов. И святое дело, республика, вышло из рук этого великого человека. Короля свергли, и Англия тоже освободилась. Колокол свободы разбудил мир, а четыре ветра разнесли ее. — Ювелир склонил голову. — Вот как должно было быть. Вот что я увидел во снах.