Шрифт:
– А сундук поставим под кроватью, – согласилась жена. – Я буду его сторожить и днём и ночью.
Они положили деньги в сундук, поставили под кровать и всю ночь не спали.
Но шила в мешке не спрячешь. Соседи догадались, в чём дело, и в их сердцах проснулась зависть. Они сказали:
– И привалило же дурню счастье! Теперь мы знаем, почему он так зазнался!
И перестали кланяться Жозе.
Утром сапожник снова пересчитал свои деньги и сказал жене:
– Нехорошо, что деньги лежат в сундуке и не приносят нам никакого дохода. Давай откроем большую сапожную мастерскую, найдём работников, повесим вывеску с разноцветными буквами и будем жить, ничего не делая, как настоящие купцы.
– Ну нет, – возразила жена. – Лучше мы купим землю. Я родилась в деревне и знаю, что земля принесёт нам гораздо больше дохода, чем твоя сапожная мастерская.
– Я с тобой не согласен! – закричал муж.
– А я не согласна с тобой!-кричала жена.
Так они спорили весь день и всю ночь, а соседи радовались их ссоре и смеялись над ними.
К утру и муж, и жена совсем обессилели и охрипли от крика.
Наконец сапожник воскликнул:
– Будь прокляты эти деньги. Они унесли из нашего дома радость, а принесли только ссору. Помнишь, когда я был беден и трудился с утра до ночи, у нас были друзья, а теперь все от нас отвернулись. Ну разве не верно говорит пословица, что друзья на площади дороже, чем денежки в сундуке? Вернём-ка мы богачу этот большой мешок с деньгами, и пускай возвратятся в наш дом честный труд и веселье.
Жена обрадовалась и горячо обняла мужа.
Так они и сделали: пошли к богачу и вернули ему большой мешок с деньгами.
В тот же вечер снова услыхали соседи весёлые звуки виолы. Жена накормила детей густой бобовой похлёбкой, сбросила старый передник и стала бить в тамбурин из ослиной кожи, а ребятишки принялись отплясывать весёлый танец батуке – и плясали так беззаботно, что снова вся улица радовалась их веселью.
И друзья, собравшись под окнами, улыбались хозяину и от всей души веселились вместе с ним.
ПЕДРУ ДЕ МАЛАС АРТЕС
У одной бедной и старой крестьянки был сын. Его звали Педру, но соседи звали его иначе, – они называли его Педру де Малас Артес, что значит: «Педру, который всё делает плохо», или попросту неумейка Педру. И не зря: за что бы ни брался парень, всё получалось у него не так, как у людей.
Мать только вздыхала, глядя на своего неумейку. Она работала с утра до ночи, выбивалась из сил, чтобы прокормить себя и сына, а от Педру не было никакой помощи.
Однажды она соткала кусок полотна. Полотно было тонкое – такому полотну цены нет. «Ну, – думала женщина, – продам я на базаре полотно и выручу немало денег. Будет чем поправить хозяйство!»
Она сказала сыну:
– Смотри-ка, Педру, этим полотном мы заткнём все наши дыры!
Сказала и вышла из дома: пошла спросить соседей, почём платят теперь за полотно на базаре.
Не успела мать выйти за двери, а Педру уже принялся за работу. Он разрезал полотно на куски и стал затыкать ими дыры в своей лачуге.
Весёлая возвратилась мать: она узнала, что выручит за свою работу много денег. А сын встретил её ещё веселее:
– Посмотри, матушка, как я постарался! Все дыры заткнул, ни одной не оставил.
Хоть и очень была огорчена старуха, промолчала: ну что спросишь с неумейки! Ведь он старался!
На другой день сказала сыну:
– Сходи на базар, купи и принеси домой поросёнка. Только смотри, ничего не напутай.
– Сейчас, матушка. Для меня это проще простого! – ответил сын и стал собираться в дорогу.
Пошёл на базар Педру де Малас Артес. С утра пошёл, а до позднего вечера не вернулся. Целый день ждала его мать, наконец пошла навстречу. Видит: лежит её ненаглядный сыночек в пыли на дороге с большущим боровом на спине, – устал, подняться не может: всю дорогу борова на спине тащил!
Старуха разохалась:
– Горе мне с тобой, Педру! Ну, зачем ты борова на спине тащил? Надо было обвязать его толстой верёвкой и гнать прутом по дороге. Он сам бы до дому добежал.
– Верно, матушка, так было бы лучше, – согласился с ней неумейка Педру. – В другой раз я так и сделаю, как ты сказала. Такой прут возьму – мёртвый и тот поскачет!
Прошло два дня. Послала мать своего Педру на базар за кувшином.
– Купи, – говорит, – сынок, под простоквашу большой кувшин.
Проворного Педру два раза просить не нужно. Схватил деньги и побежал на базар, а через час вернулся с ручкой от кувшина:
– Ну, что я – скоро?
– Скоро-то, скоро, – говорит мать. – Но почему ты вернулся только с ручкой? А где же кувшин под простоквашу?