Никто не сказал ни слова. Все знали о моих чувствах к Терри и понимали, что я сейчас испытываю.

Наконец Мальчонка высказал предположение:

— Винни, послушай, быть может…

— Только не корми меня тем дерьмом, что «быть может, это и к лучшему», — рявкнул я. — Это неправда — так только хуже! — Я снова жадно затянулся сигаретой.

Внезапно Сидни резко обернулся к окну. Проследив за его взглядом, я успел разглядеть мелькнувший за оконным переплетом подбородок. Мне также удалось рассмотреть две ноги, отдельные, без тела, и вытянутую руку… а в руке что-то было… похожее на горящий запал, вставленный в отрезок трубы. Я увидел все это — и время остановилось. Мальчонка, также обернувшийся к окну, истошно завопил: «Бомба!» — и грохнулся на пол под бильярдный стол. Бенни и Порошок последовали его примеру, но я после записки Терри еще пребывал в оцепенении и поэтому не успел среагировать вовремя.

Бомба влетела в окно, но вместо того, чтобы достичь середины комнаты, она наткнулась на настольную лампу на подоконнике и потеряла момент инерции. Плюхнувшись на пол, бомба закатилась под диван. До кресла с высокой спинкой, в котором я сидел, от нее было не больше двенадцати футов, а прямо передо мной стоял Сидни.

— Винни! — пронзительно вскрикнул он.

Развернувшись, Сидни бросился вперед и навалился мне на грудь весом всех своих жалких ста фунтов. От толчка кресло опрокинулось назад, и Сидни оказался распластанным на мне. Не успели мы свалиться на пол, как бомба рванула.

Диван подпрыгнул, наполнив воздух пружинами, щепками, обрывками ткани и клочьями ваты, — но он принял на себя большую часть взрыва. Вся остальная энергия бомбы ушла на то, чтобы испещрить оспинками осколков развешанные на стене плакаты и карту. Пианола и бильярдный стол оказались завалены ватой и мусором. На канделябре из лосиных рогов повисла подушка. В целом комната приобрела такой вид, будто по ней пронеслась хлопчатобумажная буря. Если бы взорвался динамит, здесь не осталось бы никого в живых. Нам повезло, словно карточному шулеру, который снес три карты и получил в прикупе королевский покер.

На улице Ник Колуччи бегом вернулся к машине и запрыгнул в салон. Малой, оглянувшись через плечо, увидел вырывающиеся из окон клубы дыма. Он рванул с места, сжигая резину покрышек, и на полной скорости умчался прочь, хохоча, словно сумасшедший.

Луи, который в этот момент находился в полуквартале от дома Бенни, услышал взрыв. Завернув за угол, он увидел дым и побежал. На бегу Луи успел разглядеть, как кто-то прыгнул в остановившуюся посреди улицы машину. Он попытался запомнить номер машины, но она уехала слишком быстро. И все же саму машину Луи успел рассмотреть достаточно хорошо.

Войдя в наполненную дымом квартиру, он закашлялся, вытирая выступившие на глазах слезы.

— Привет… ребята… вы меня слышите? — окликнул Луи.

Придавленный бесчувственным телом Сидни, навалившимся сверху, я был настолько оглушен, что не смог ничего ответить. Однако я увидел, как под бильярдным столом кто-то шевелится. Подбежав, Луи помог выбраться тому, кто был ближе к краю.

— Бенни, — задыхаясь, пробормотал он, — как ты?

Бенни медленно кивнул, показывая на уши. Порошок осмотрел Энджи, с которой, по-видимому, все было в порядке, и вылез из-под стола. Мальчонка последовал за ним. Оглушенные, они только недоуменно переглядывались. Все запрокидывали головы назад и стискивали виски, словно пытаясь выжать из ушей воду.

Снова оглядев комнату, Луи наконец обратил внимание на опрокинутое кресло. Я до сих пор еще толком не пришел в себя, а Сидни был без сознания. Передвинув Сидни, Луи уложил его на пол рядом со мной. Вся его спина была в крови. Бенни побежал на кухню за водой и полотенцами. Мальчонка и Порошок, опустившись рядом со мной на колени, помогли мне усесться.

Как раз в этот момент в квартиру вошел Рыжий. Оглядевшись вокруг, он изумленно ахнул:

— Господи Иисусе! Что туту вас произошло?

У него за спиной стоял Прыгун, с широко раскрытыми глазами и разинутым ртом. Больше всего он был похож на удивленного аиста.

— Судя по всему, кто-то бросил в окно бомбу, — сказал Луи. — Сразу после взрыва я успел увидеть, как отсюда на машине умчались двое.

Его слова привели меня в чувство.

— Проклятие! — И тут я спохватился: — Сидни!

Мальчонка задрал ему рубашку. Вся спина Сидни была исполосована порезами, вероятно, от осколков, но все раны были неглубокими. Вернулся Бенни с миской воды и полотенцами.

Взяв у него воду и полотенца, Мальчонка сказал:

— Нужен спирт.

Бенни снова скрылся на кухне, а Мальчонка принялся смывать кровь. Сидни застонал.

Склонившись ему к самому уху, я спросил:

— Сидни… ты меня слышишь?

— Ага, — раздался слабый голос.

— Он пришел в себя! — радостно воскликнул я.

— Винни, с тобой все в порядке? — едва слышно промолвил Сидни.

— Со мной все отлично. Ты спас мне жизнь!