В этот вечер — предпоследний перед отправлением — народу в трактир набилось много, и каждую минуту в зал входили все новые люди. Крис успел удачно занять небольшой столик у стены.

— Не верю я в эту затею! — один из пиратов, с испещренным шрамами лицом, сидевший в компании за соседним столом, сплюнул на пол. — Слитт, конечно, хороший капитан, много добрых дел совершил, но до адмирала ему далеко! Погубит он людей, как пить дать, погубит…

— Согласен, — его сосед кивнул и стер пивную пену с губ. — Плохая затея — сейчас идти на континент. Про нас только-только забыли, не нужно высовываться!

— Ты прав, Окунь, мы высунемся, и нас тут же поджарят! Слитт воду мутит, от этого всем будет плохо, помяните мое слово!

— Да, Моррет, не обратиться ли нам к своим капитанам? Пусть объявят Слитту слово недоверия!

Крис вскочил на ноги: слушать далее не осталось сил. Слово недоверия могло означать отмену вторжения, а значит, и шансы самого Криса вернуться в Керидат сильно падали. Этого допустить было нельзя, требовалось пресечь подобные попытки в зародыше.

— Трусы! Презренные, жалкие трусы!

— Что ты сказал? — Окунь, Моррет и двое их собутыльников тяжело поднялись, мутными взглядами окинув молодого пирата.

— Тебе повторить, ничтожество? Слизняк! Тухлый водоросль! Вонючая отрыжка кита! Испражнение болотной лягушки! — что-что, а ругаться за три проведенных на острове года Крис научился изрядно.

— Да это же офицер Слитта, — признал его один из компаньонов Окуня.

— Ха, он уже детей в офицеры принимает! — Моррет сплюнул прямо под ноги Крису. Тот подобного обращения стерпеть не мог и ударом кулака в висок, четко, как учил Дрозд, опрокинул Моррета на пол.

Пират упал и не шевелился.

Окунь склонился над ним и потрогал за руку. Жилка не пульсировала.

— Он же мертв! Ты убил его!

— Хочешь быть следующим? Так будет с каждым трусом и паникером! Мое слово!

Вокруг них, как по мановению руки, освободилось место. Трое против одного Криса. Тем не менее, в своих силах он не сомневался. Правое дело всегда победит — этот девиз он знал с молодости и верил в него всем сердцем!

В руке Окуня появился нож, а его товарищи еще сомневались, стоит ли поддержать собутыльника или вернее будет отойти в сторонку и посмотреть, чем дело кончится.

Решил за них неожиданно появившийся Дрозд. Он просто и незатейливо схватил пиратов за шкирки и оттащил прочь, приговаривая:

— Двое дерутся, третий не мешает! Всем все ясно?

Дрозд с первого своего дня на острове стал фигурой знаменитой. Бывших рабов не все приняли одинаково хорошо, и Дрозд, как умел, продемонстрировал в ту пору всем желающим, чего он стоит, сворачивая носы и челюсти направо и налево. Во многом благодаря ему бывшим рабам жилось теперь комфортно.

Пираты грозного Дрозда признали сразу. Закивав, они дали понять, что не намерены мешать честной схватке, и, еле выдравшись из тяжелых рук скотобойца, взяли себе еще по кружке пива и жадно осушили их несколькими долгими глотками.

А вот Окунь отступать не намеревался. Даже смерть друга не так потрясла его, как нанесенные Крисом оскорбления.

— Ты заплатишь, гад!

Нож играл в его руках, легко перемещаясь из одной ладони в другую. Окуня знали как знатока трактирных драк: и до первой крови, и до первой смерти, и даже до последнего выжившего.

Крис же ножом умел орудовать не так ловко, а вот в бое на мечах с ним на островах мало кто мог сравниться. Поэтому свой нож он даже не стал доставать, вняв старому совету мастера Дина — «дерись так, как у тебя лучше получается».

Окунь сделал обманный выпад, но Крис держался начеку и успел отпрыгнуть в сторону, вовремя поняв маневр противника.

— Самозваный офицеришка, сейчас посмотрим, какого цвета твоя кровь!

Но не зря каждый день оруженосец проводил на заднем дворе много часов, оттачивая свои умения.

Ловко, как на учениях, перехватив руку Окуня, он одним движением сломал ее в локте. Нож глухо звякнул, ударившись о пол.

Пират завыл от дикой боли и попытался ударить Криса второй рукой. Тот, не отводя взгляда от полыхающих ужасом глаз Окуня, схватил его за здоровую руку и так же легко, как соломку, переломил и ее. А потом пинком откинул от себя орущего пирата и брезгливо скривился.

— Падаль…

Окуня утащили прочь, Крис вернулся за свой столик, разговоры в таверне возобновились, словно ничего и не произошло.

— Этот-то гнилушка ладно, руки ты ему поломал, — Дрозд тяжело опустился на стул напротив Криса. — Но вот скажи мне, ну зачем ты первого угрохал?

— Не рассчитал, — потупился оруженосец. Убивать пирата он не собирался, хотел лишь проучить, но силы росли с каждым днем. Он и сам не всегда осознавал, на что стал способен.

— Беда… Ждать нам обвинений теперь. Отвертимся, конечно, но крови нам могут попортить изрядно. Да и Слитту это сейчас не ко времени, и так многие недовольны его сборами. Эти трусы далеко не единственные, кому не нравится идея рейда на континент. Так что…