— Вы отдадите Слово мне. Немедленно, — резким, непререкаемым тоном сказала Дарина.

— Хорошо, — кивнул Бейзил и снял с шеи цепочку с несложным кулоном: двумя руками, сжатыми в крепком рукопожатии.

— Кровное Слово…

Дарина прикоснулась к нему осторожно, словно боясь обжечься. А Джек внезапно почувствовал, что Перстень, который давно не давал о себе знать, потеплел. Он как будто просил о чем-то… Но о чем?

— Моя императрица, — внезапно сказал Джек, поддавшись интуитивному порыву. — Прошу, дайте Слово на хранение мне.

Дарина удивилась, но потом, задумавшись на мгновение, отдала цепочку Джеку, и тот, не разглядывая, повесил ее себе на шею. Перстень вновь обрел нормальную температуру.

— Мне придется дать бой, — негромко произнес Бейзил, поглядывая вниз, на отряд черных всадников и их командира, терпеливо дожидавшегося ответа. — То, что их так мало, ничего не значит. Этот эмиссар — Фолл, Правая Рука Пажа. Он получил громадные силы, тем более сейчас, когда равновесие вновь нарушено. Я не желаю вам гибели, уже не желаю… Так что лучше вам покинуть замок, пока еще есть такая возможность. А я постараюсь его остановить…

— Как? Ведь сундуки больше не помогут. Я порвала их энергетические линии. Остался лишь один.

Бейзил кивнул.

— Я уже сказал, что почувствовал это. Значит, мне конец. Но будь что будет. Уходите через последний сундук, и прошу, уничтожьте за собой и его.

— Это ваш выбор. А мой выбор таков. Пусть сундук доставят сюда. На всякий случай, а пока мы посмотрим, что же представляет собой сэр Правая Рука.

Лорд безнадежно махнул и отдал несколько приказаний своим людям.

— Пусть будет по-вашему, не в моих интересах спорить в такой момент.

— Вот и хорошо, — светло улыбнулась Дарина. — Дайте эмиссару ваш ответ!

— Как прикажете, — ответил Бейзил, и, повернувшись, крикнул совсем иным голосом, решительным и уверенным. — Вы ничего не получите! И если вы не покинете мои владения немедленно, будете уничтожены на месте!

— Вы сами решили свою судьбу… — негромко произнес Фолл, но, на удивление, его услышали все, до последней кухарки в замке. И настолько жутко прозвучали эти слова, что даже Дарина невольно поежилась.

— Языком не болтай, гнида! Если сказал, то делай уже, люди ждут! — крикнул неожиданно Джек, вспомнив уроки дезориентации и ораторского мастерства в среде низшего и среднего класса, которые преподавал сэр Носорог.

Дарина вскинула на него удивленный взгляд, но выкрик уже подействовал. Фолл взъярился, чего тоже никак нельзя было ожидать, судя по его внешнему виду и тому образу, коему он, несомненно, пытался соответствовать.

Он развел руками, видимо, пытаясь создать великую ворожбу, а Джек опять крикнул:

— Слышь, утырок, ты если от серьезного человека пришел, то пальцы не гни, а то мы тебе щепки под ногти сунем, там запоешь…

Фолл опустил руки, прервав колдовство, и плюнул в сторону замка.

— Можно тебя спросить, — негромко поинтересовался Крис. — А о чем речь?

— Я тебя потом сведу с одним моим хорошим знакомым. Он тебе объяснит смысл… если ты захочешь… — пообещал Джек.

— Смотри, опять начинает!

И правда, Фолл, оправившись после замешательства, вновь поднял руки, готовясь к волшебству.

Но тут Дарина, до этого с некоторым недоумением наблюдавшая за всем происходящем, сказала коротко и четко, и Джека слегка передернуло от скрытой ярости этих слов:

Эмиссара подбросило вверх, потом дернуло в сторону, он раскорячился невообразимым образом, но каким-то чудом умудрился лечь на воздух, а потом, несколькими ловкими пассами, вернул себя на землю.

— Да, — протянула Дарина. — Потеряла я навыки…

Фолл, приземлившись, поднял вверх правый кулак, что, очевидно, показывало его одобрение действиям противника.

— Еще и хвалит, — совсем расстроилась девушка. — Мне даже стыдно стало…

Эмиссар вдруг затанцевал удивительный танец. Он подпрыгивал на месте, пальцами плетя замысловатую паутину из порывов ветра, лучей солнца и даже взглядов людей. Он все складывал воедино.

Дарина занервничала.

— Это очень сложно, очень, я не знаю, что противопоставить…