— «Винторез»?

Леха молча кивнул.

— Зачем, не сказал?

— Я не спрашивал. Но догадываюсь. Такая штучка на черном рынке тонн на двадцать потянет, если не больше. Комнату можно купить.

— А кроме «винтореза»?

— Ничего…

— Леша!.. Если хочешь обмануть, замени уши. Эти слишком красные.

— Гранаты еще были. Три штуки, кажется, — Хатхи потер пунцовые ушные раковины, отчего они побагровели еще сильнее.

— Тоже на продажу?

— Не знаю, наверно. Не рыбу же глушить?

— И главный вопрос. Чем он с тобой расплатился?

Уши из пунцовых превратились в темно-синие. Прям не уши, а полиграф.

— Деньгами…

— Ой, да прекрати… Он шарики теннисные на последнюю сотню купил, а Шкафыч нам только проездные выписал. А за так ты и пальцем не пошевелишь, деловой человек.

Хатхи очень не хотелось отвечать. И он, как бизнесмен, взвешивал, что перетянет. Упакованные в фельдпочте фейерверки или… За фейерверки максимум — увольнение, а за… Ну на хрен. А то, чем расплатился Глеб, спрятано в надежном месте, не найдут… Черт, зря он про «винторез» колонулся. Как детсадовец…

— Говорю, деньгами. Пятерку дал. Может, занял у кого? Он тебе тоже не обо всем докладывал.

— Нет, Леш, не деньгами. Героином. Немножко отсыпал у Гаджи. Верно? А ты его на коньячок меняешь. И на прочие товары инородного потребления. Круговорот дури в природе.

— Да пошел ты…

— Посылают, когда нечем крыть. Значит, я угадал. Не бзди, Леша! Договорились же, что все сугубо между нами… — Рома потянулся и тут же, поморщившись, схватился за бок, — словом, так… Никому рассказывать о нашей теплой беседе не стоит. И звонить никому не надо. Его слушают. А ты, Алексей Сергеевич, больше других заинтересован в том, чтобы эта история никогда не попала в прессу. Усек?

Молчание было ему ответом. Но иногда молчание красноречивей предвыборной речи.

— И с посылками заканчивай, контрабандист. Все, не кашляй. О том, что меня здесь видел, тоже никому ни слова. Большой брат следит за тобой. Ступай с миром, Хатхи.

С экспертом-криминалистом из городского УВД Сашей Крыловым Рома познакомился, как ни странно, не в родном городе, а в Кисловодске. В прошлом году в санатории МВД. Их посадили за один столик в столовой. Смеялись еще потом, что в Юрьевске, может, судьба бы и не свела.

Сойдя с поезда, он сразу помчался к Крылову.

Роме всегда казалось, что эксперты чем-то походят на шаманов. Сидит себе за столом, колдует над микроскопом, а потом — бац! — клиенту десятка с конфискацией. Без всяких запросов, допросов, очных ставок и прочей суеты. Можно сказать, сыск на диване. А сейчас и колдовать особо не надо. Загнал отпечаток в компьютер и жди совпадений. Если, конечно, есть отпечаток. И есть компьютер. И есть голова. Но главное в работе криминалиста — никогда не надевать белый халат. Моветон. Потому что в белых халатах ходят только персонажи сериала «Отпечаток».

Крылов, правда, специализировался не на отпечатках, а на оружии. Холодном и горячем. Причем первого было гораздо больше. Народ активно гулял с ножами, полиция изымала и направляла Саше — установить, являются ли они холодным оружием? Или так — кухонно-бытовым? Поэтому Ромин визит внес разнообразие и приподнял настроение. Опять-таки вспомнился Кисловодск, где были не только кислые воды.

Экспертизу криминалист провел прямо при инициаторе. И она оказалась положительной. Но Рому это обрадовало, как десятиклассницу положительный тест на беременность. Несмотря на то что морально он был готов к такому ответу.

— С тебя простава. Эта пуля и пуля, которой был убит Якубовский, выпущены из одного ствола.

— Точно?

— Нет. Приблизительно! Баллистика — наука хоть и милицейская, но трактовок не допускает. Сам посмотри, если не веришь…

Роман Данилович из вежливости уставился в экран, прекрасно понимая, что от этого ничего не изменится.

— Слева — макроснимки полей нарезов, сделанных с пули, изъятой с места убийства. Она, правда, сильно деформирована, но по трем полям из шести работать можно. А справа — снимки с твоей пули. Как видишь… — эксперт чуть поправил настройку, совмещая рисунки, — … один в один. По всем трем полям! Ошибка абсолютно исключена. Винтовочка свеженькая, поэтому рельеф — хоть в учебник… Кстати, откуда у тебя эта пуля?

— Из дерева.

— Из какого дерева?

— Из сосны, — хмуро уточнил Рома, — там пристрелка была… Сань, только ты пока про это никому, ладно? А то киллера спугнем.

— Как скажешь…

«Шаман» вынул пулю из зажима микроскопа и протянул ее Роману.

— Держи! Фото распечатать?

— Фото?.. А-а-а… Нет, не надо. Мне результат важен.

Попрощавшись с экспертом, Рома вышел из здания и не торопясь побрел к «Мосту любви», прозванному так за то, что с него любили прыгать самоубийцы, страдающие от неразделенных чувств. А куда теперь торопиться? Нет, нет, топиться он не планировал.