– Заманчиво говорите!
– Джек с улыбкой посмотрел на своего спутника.
– Так хорошо, что хочется умирать снова и снова!

– Не ёрничайте, друг мой!
– Петр Николаевич назидательно поднял вверх указательный палец.
– Я объяснил вам свои ощущения, свои воспоминания, как мог. Также я не уверен, что и с вами произойдёт то же самое. Вдруг геенна все же существует, а сам я не успел сделать столько, чтобы туда попасть. Я помню лишь сон, просто сон. Одиночество, тишина и покой. Тебя нет, вокруг ничего нет... только сон, которым ты сам и являешься.

– Не боитесь перемен?
– Джек с хитрецой подмигнул своему спутнику.
– Должность в правительстве располагает к тому, чтобы потом попасть на сковородку.

– Не знаю, - Петр Николаевич пожал плечами.
– Я ничего плохого не делал... по крайней мере, далеко не столько, как некоторые. Надо ведь кому-то и в правительстве работать — что же, теперь сразу на костер?
– он неожиданно вновь громко рассмеялся.
– А потом, у меня есть один секрет, Джек. Я вам расскажу его позже, когда пойдем вверх по склону.

– А зачем туда идти?

– Вы разве не чувствуете притяжение Морфеста?

– Не знаю, - Джек огляделся. Наверное, уже в сотый раз.
– Если судить по тому, что я видел, то кроме этой горы здесь вообще ничего нет. Деваться просто некуда.

Старик вздохнул:

– И выбора нет. С дороги уже не сойти.

– Почему?

– А вы попробуйте!
– Петр Николаевич усмехнулся.
– Попробуйте-попробуйте!

– Шагнуть на обочину?
– Джек посмотрел на серую пыльную траву.
– Это проблема?

– Попробуйте!

– Да запросто!
– Джек резко взял влево, но дойдя до края дороги и сделав несколько шагов в вперед с удивлением обнаружил, что снова оказался на Морфестском тракте. Он попробовал еще раз... та же история. Еще раз... бесполезно. Было непонятно, то ли дорога смещалась вместе с ним, буквально подползая под ноги, то ли движение вперед незаметно становилось обратным — в любом случае результат не менялся. Дорога не отпускала никого, однажды ступившего на ее ровную, хорошо утоптанную поверхность.

Наблюдая его бесполезные потуги, Петр Николаевич вновь усмехнулся. На этот раз более едко:

– Видите, вы на верном пути! Тракт сам указывает вам на это. Впереди лишь Морфест, а затем блаженство и заслуженный отдых. Кстати, будьте осторожны, и не срывайтесь, не нервничайте, Джек. Помните, я говорил вам, что за то, что вы кричите, вас могут наказать? Я видел, как это происходит — человек, проявляющий агрессию или неподобающие моменту эмоции вдруг падает, а затем оказывается на тракте, независимо от того, где он в этот момент находился.

– И что?
– Джек махнул рукой на свои попытки сойти с дороги и вновь присоединился к старику.

– И всё! Дальше эти люди шли молчаливо, тихо и безропотно. Вот как ваш араб.

– Но он ведь шел по степи... к тракту, но по степи?

– Ну и что?
– Петр Николаевич пожал плечами.
– Значит, так было нужно. Я еще не такой и завсегдатай здесь, чтобы знать все тонкости.

Минуло примерно полтора часа. Или час. Или три. Ощущение времени терялось. Постепенно на Морфестский тракт выходили всё новые и новые люди, отодвигая в прошлое одиночество Джека и Петра Николаевича. Оказывается, и в потустороннем мире бывает прошлое. Все активно общались между собой, обсуждая случившееся с ними, но всё было спокойно, без надрыва. Одни уже успели смириться с этим, а другие и вовсе воспринимали свою смерть как должное. Много было молодых, даже больше, чем стариков. Несчастные случаи и войны всегда уносили больше жизней, чем естественные причины.

Некоторые, не успевшие осознать свою смерть, выглядели вполне пристойно, (тут Петр Николаевич оказался прав — большая группа, которую они увидели одними из первых, действительно летела в самолете, неожиданно разбившемся при посадке в аэропорту), но те, кто перед смертью испытывал муки или был несчастен, перенесли сюда с собой все внешние атрибуты собственной беды. Больные, изможденные, раненые, искалеченные — они шли среди обычных людей, но смерть всегда ставит знак равенства и появится без руки здесь было так же естественно, как и в любом другом обличии. Внешний вид более не являлся критерием различия. Как, впрочем, ни пол, ни раса, и ни возраст.

А Морфест приближался. Медленно, очень медленно... но очень верно.

Глава пятая. Черная арка.

– Мне кажется или мы стали идти быстрее?
– Джек вопросительно посмотрел на Петра Николаевича.

– Всё верно. Вы тоже чувствовали подобное, Михаэль?

Михаэль, худой мужчина сорока девяти лет, недавно присоединившийся к их разговору, утвердительно кивнул. В потустороннем мире он был уже в третий раз и не мог считаться новичком, подобно Джеку.