— Нет!

— Тогда я пошла!

Бэлла ушла в ванную. Вышла оттуда одетой в платье, с пакетом. Закурила сигарету:

— Проводишь?

Ягодин спохватился:

— Конечно!

Они вышли в прихожую. Женщина поправила волосы, подкрасила губы бесцветной и непачкающейся помадой, поцеловала профессора в лоб:

— Пока, милый! Уговоришь босса, вечером приду снова! Но уже без подарка в постель не лягу. Оценю сначала твою щедрость! – Она усмехнулась: – Шучу! До встречи, дорогой!

И вышла в коридор.

Ягодин закрыл дверь, прижался горячим лбом к прохладному дерматину.

Боже! Как же он раньше жил, не испытывая подобного наслаждения? Да теперь ради одних встреч с Бэллой он готов на все! Какая женщина?! Это что-то неземное!

Пропищал спецаппарат. Переключив его, Ягодин ответил: – Круг слушает, Босс! Доброе утро! – Доброе, Круг! Как девочка-блондиночка?

— Без комментариев!

— Наверняка желаете еще покувыркаться с ней?

— Да! И готов платить за это!

— Не стоит! Я отдаю ее вам! А вот подарки Бэлла любит. Но излишне баловать ее не надо! Женщины быстро привыкают к роскоши. А отвыкают долго и болезненно, причиняя при этом не удовольствия, а одни лишь хлопоты.

— Я учту это!

— Учтите!

— Что сегодня мне надо делать?

— Как что? Занимайтесь обычными делами! Сходите на работу. Проведайте матушку. Кстати, завтра у нее операция. Ну а вечером… вечером ждите Бэллу. Не забудьте купить ей какую-нибудь золотую безделушку! Одним словом, живите нормальной жизнью.

— Я хотел бы сменить обстановку, пока мама в больнице! Квартиру…

Самаранов пресек Ягодина:

— А вот этого делать не стоит! Пока! Думаю, почему, объяснять не стоит?

Профессор вздохнул:

— Я все понял!

— Вот и отлично! До связи!

Ягодин начал собираться на работу, а Самаранов в это время позвонил в клинику:

— Анатолий? Привет! Как у нас мать Ягодина?

— Здравствуй, Гриша! Ягодина под наблюдением! Диагноз плохой!

— Операция?

— Сделаем для проформы!

— Дней десять протянет?

— Сомневаюсь! Будем держать на обезболивающих, а там… Безнадежная она!

— Слушай, Толя, даже если старуха загнется, не говорите Ягодину. Мне нужно не более десяти дней!

— Хорошо! Если что, скажу, она в реанимации, куда родственникам вход закрыт!

— Добро! Я по достоинству оплачу твою услугу!

— Не сомневаюсь! Мы ж друзья, не так ли?

— Конечно, Толя. Ну пока, у меня дела!

Связь прервалась. Фамильярность общения Самаранова с главным врачом клиники Анатолием Анатольевичем Исаевым объяснялась просто. Они являлись друзьями с детства.

После разговора с Исаевым генерал вызвал по спецсвязи генерал-майора Федина. Приказал вечером явиться в Подречье. Комкор обещал прибыть около 20.00. Самаранов, устроившись в кабинете, принялся изучать карту местности, где дислоцировался ракетный дивизион стратегического назначения полковника Табанова.

Зарядку Кольцова прервал вошедший в тренажерный зал особняка один из его помощников, Рустам:

— Конан! Неприятная новость.

Преступный авторитет повесил на крюки штангу, поднялся с лежака:

— Что за новость?

— Ночью Копа грохнули!

Конан удивленно взглянул на подельника:

— Что значит – грохнули? Где?

— На набережной у кабака!

— Откуда узнал?

— Краб позвонил!

— Подожди меня здесь!

Кольцов прошел в душевую. Смыв пот и переодевшись в спортивный костюм, вернулся к помощнику:

— А теперь, Рустамчик, по новой и подробней!

— Краб позвонил полчаса назад, сказал, что где-то около часа, может, раньше в кабак вбежала шлюха управляющего. А до этого Коп выходил с ней на улицу. Девица шампанского пережрала, облевалась, Олег повел ее подышать свежим воздухом. Это стало известно со слов бармена. Ну вот, вбежала и в истерику, на них с Копыловым напали, мол, на набережной из кустов. Управляющего сразу грохнули из пистолета, она рванула к кабаку, ее хотели задержать грабители, но девка вырвалась. В нее тоже стреляли, но не попали! Бармен поднял тревогу. Охрана обнаружила труп Копылова. Все ценное, что он имел, изъято, пулю грабители всадили ему в лоб. Но был и другой выстрел. То ли в ноги, то ли в яйца, но мимо.

— Опять мимо? С какого расстояния стреляли в Копа?

— По словам Краба, с метра! Но, скорее всего, первым выстрелом неизвестные хотели запугать управляющего.

Конан подозрительно взглянул на Рустама:

— Запугать? Кого? Копылова? Да Олег без всякого запугивания наверняка обделался и готов был отдать все, что имел.

— Но нападавшие этого не знали!

Кольцов прошелся по залу:

— Короче, как я понял, на набережной между стоянкой, кабаком и причалом, где пасется охрана, трижды и с интервалами прозвучали пистолетные выстрелы! И никто ничего не услышал?