– Получается! – выдохнул охотник и осёкся. Дара слышала его тяжелое, будто затруднённое дыхание. – Ты – частица её прошлого, давнего прошлого, но меня эта частица жжёт так, как ни одно воспоминание собственной, далеко не безгрешной жизни!

Дара приподняла голову, чтобы слёзы, собравшиеся в глазах, не скатились по щекам, оставив предательские дорожки. Вновь и вновь слышать от любимого признания в любви к другой – это ли не мука? Дайте ещё один тёмный подземный коридор, ещё одну встречу с Софи, но заберите этот вечер!

– Мира изменилась за годы в ордене, ты видел? – после долгой паузы вдруг сказал Карл. – Ты – её - видел?! Она уже не carere morte. Один ты привязываешь её к Бездне, ты – крохотная, но неуничтожимая частица пустоты в её крови. Она и не думает об исцелении для себя, хотя это возможно, хотя об этом кричат её глаза! В своём отражении она видит одного тебя. Бессмысленного. Пустого. Несуществующего!

– Так ты тоже её любишь, - прошептал Винсент. Настала ещё одна долгая пауза, и Дара в волнении до хруста пальцев сжала рукоятку кинжала.
– А я все гадал: почему помогаешь ей. Отдать… её… тебе?
–

Эти слова хрустальными каплями повисли в стеклянистом озере тишины… Дара выглянула снова. Охотник всё также стоял у окна, но уже не цеплялся за подоконник. Его руки бессильно повисли вдоль тела.

– Отдать её тебе? – задумчиво, сам себе повторил Винсент и снова потянулся к свечке, коснулся маленького огонька. Слабая, но ясная улыбка осветила его лицо. – Ведь это верно! И она говорит о тебе давно, выделяет среди прочих… Ты прав. Я – иллюзия, и только. Я уже хотел уйти, исчезнуть. Рете подсказала, как. Да побоялся тогда оставлять Миру одну. Но сейчас прошло столько лет… Думаю, она сумеет, справится. Исцелится.

– Линтер. Когда ты сказал: «тоже любишь», я понял. Ты – не кукла.

– Никто не знает, кто я.

– Не вздумай «исчезать». Мира сама тебя отпустит, когда придёт время. Латэ говорил, она должна сама осознать вашу связь.

Вампир тряхнул головой и звонко засмеялся:

– Удерживаешь, потому что боишься, она потом будет винить тебя, что подтолкнул? – он помолчал недолго.
– Пусть тётушка живёт и дальше в счастливом неведении. Я же вполне доволен «жалким существованием марионетки», ведь альтернатива – небытие. Но вам, живым, его не представить. Так какое задание ты собирался мне дать? Я ведь не говорил, что отказываюсь.

Карл устало потёр висок. Охотник выглядел ошеломлённым и… виноватым.

– Продолжай сопровождать Макту, - глухо сказал он.
– А я сообщу тебе, когда придет пора... Тогда ты должен будешь рассказать Макте о наших планах насчет избранного, Арденсов и о ритуале избавления от метки.

– Ритуале избавления от метки?
– Винсент светло улыбнулся.
– Так это не слухи... Как и то, что Диана рассказывала про твой ''отряд'' - это не ложь и не сказка?

– Я похож на сказочника?
– еще хмуро спросил Карл, но Дара понимала, что гнев в нем уже давно уступил место раскаянию.
– Конец мира carere morte близок, Линтер. И Арденсы, о которых ты так переживаешь, спасутся...

– Раз так, я все передам Макте, когда придет время, - вампир поднялся.
– Мир, Хортор. Я ухожу.

Он забрал плащ и шляпу и скрылся в темноте комнаты. Словно растаял, как тень – входная дверь не хлопнула, и кажется, даже не шелохнулась. Охотник остался в комнате. Он вновь устроился за картой, но теперь рассматривал чертежи Нефандуса с куда меньшим интересом. Потом достал свою фляжку с кофе и щедро налил в неё коньяка из припрятанной в дорожной сумке бутыли. Глотнул получившуюся холодную и, наверное, невкусную смесь, и вовсе оставил карты, уставился куда-то в темноту комнаты, облокотившись о стол. Пряди чёрных волос из растрепавшейся причёски падали на лоб, придавая чуждый всегда строгому охотнику романтический вид, в пустых тёмных глазах мужчины плясало маленькое пламя свечи.

«О чём он думает сейчас? О ком?.. О, на надо, я знаю!»

Дара была посвящена в планы Карла относительно Арденсов и открытой Вальде возможности их избавления от проклятой метки. Карл хотел заручиться поддержкой Основателей в деле избавления мира от Бездны, хотел, чтобы избранный мог исцелять вампиров свободно. Мирный, хоть и труднодостижимый путь исправления древней ошибки... На случай же, если этот путь не удастся, Карл собрал отряд - небольшую группу охотников-последователей той же идеи, которая в воюющем мире должна была стать зашитой избранному. Дара и сама была в ней. Она говорила себе, что следует за мечтой об исцеляющем даре в память о сестре, но в глубине души знала: это чтобы быть рядом с Карлом. А тот, - сейчас по-новому открылось Даре, - делает все это ради другой... Вампирки!

Как тошно! Дара покружила по комнате, уже не стараясь двигаться бесшумно, потом выбежала на улицу: из её комнаты был отдельный ход в коридор. Она прогнала молодую девушку из охраны лагеря спать, и вместо неё до рассвета бродила по пустой улице селения, забыв о холоде осенней ночи. На небе выступили звёзды, и изредка она поднимала к ним лицо, и умоляла упасть хоть одну звёздочку. Упасть, исполнить её заветное желание! Но звёзды словно приклеились к небесной тверди. Не угодно твоё желание небу, Дара!