Шрифт:
„Николай Кровавый“. Можно л», дальше итти?
10 ноября.
На свидании (первом для меня) с Н. узнал, наконец., что похоронен
еще на три месяца в тюрьме. Без зачета,, конечно, предшествующих з1 /2
месяцев.
Характерен „ультиматум“, об‘явленный Н. в следственной
комиссии на просьбу выпустить, меня на поруки,, как тяжко-больного:
— Если бы 20 докторов доказали нам, что его надо выпустшь, все
равно, не освободили бы.
Из газет узнаем, что „биржа“ чествовала адмирала торжественным
собранием и председатель биржевого комитета П. Иванов преподнес
Колчаку 1V2 миллиона золотом „в изящном ларце из самоцветов и
уральских камней“.
По всей территории неудержимое стремление на понятный двор, к
вершинам монархизма: учреждено колчаковцами .„особое отделение по
охранению общественного порядка", т. е. та же охранка, уволено „за
вольномыслие“ несколько классов Тобольской гимназии, жестоко усми-
ряются (в Томске розгами) рабочие забастовки, происходит удушение
профессиональных союзов и реставрируются генерал-губернаторы
(„управляющие губерниями“).
Образцом может служить ретивый человеконенавистник II.
Чистосердов, воеводствующий в Перми.
.—-
В тюрьме невыносимое настроение, обгоняющееся обострением
отношений между двумя лагерями: лже-поли- тических (уголовных,
взятых „за политику“) и действительно политических.
Прибавилась еще недобросовестная игра Вильгельма в карты
(„обставить новичка“) и хамство, соединенное е трусливостью. И судьба
Вильгельма решена—его, видимо, будут бойкотировать.
Не раз после вызовов его в контору делались обыски .
1919 год.
6 января 1919 г.
Надвинулась давно ожидаемая гроза— сыпной тиф .
Заболевают десятками в корпусе, не мало жертв и в- больнице.
Принимаются домашние меры—удивительно нелепые— по части
дезинфекции палат: из палаты, подлежащей' дезинфекции, больные со
всем их скарбом, лохмотьями и тряпками переселяются в какую либо
другую палату (2 раза переселялись к нам); за неимением коек помещают
больных на полу между кроватями, чуть ли не под кроватями.
Получается невероятная духота и теснота - вставши: со своей
войки; боишься наступить ногой на живого человека. Кажется, лучшего
средства для усиления эпидемин не придумаешь.
Пальто, шуба, шапки и калоши-обычный в палате костюм—так и
спим.
—
Уже второй месяц не платят жалования надзирателям — это их
озлобляет, а злобу они срывают на нас.
23 февраля.
.
Снова большой антракт в дневнике." 06‘яснение— бумажный голод
и понижение писательской энергии.
Сыпной тиф разгулялся, празднуют пир и другие болезни и
приходится переживать тяжелые ночи в палате № 1.;
Памятна недавняя, кошмарная ночь; трое бредят и порой вопят,
один (Жилни) точно потерял рассудок, вскакивает, бежит из палаты и