обрушил на нашу пехоту огонь многих артиллерийских батарей, бросил в атаку

танки.

Командующий войсками 20-й армии решил ввести в бой приданную ему

гвардейскую минометную батарею. В 15 часов 30 минут в лесу, примыкающем к

Красненскому шоссе (восточнее Орши), возник гул и рокот. В полуденном

голубом небе появились красноватые, вытянутые в длину языки пламени. Если

бы присмотреться внимательно, можно было заметить и силуэты продолговатых

снарядов, из которых «вытекали» эти огненные струи. Снаряды летели в

сторону Орши. Но вот огни в небе погасли, прошло несколько секунд, и в

районе вокзала поднялись фонтаны земли, дыма и пыли — там почти

одновременно разорвалось восемьдесят реактивных снарядов.

Залп произвела батарея из пяти установок БМ-13, которой командовал

капитан Флеров.

Это и был первый боевой залп советской реактивной артиллерии. Этот

удар оказался для противника поистине как гром среди ясного дня. В самый

разгар боя, когда немцы уже были уверены в успехе борьбы за Оршу, когда

уже смолкла наша ствольная артиллерия, израсходовав все боеприпасы, когда

наши арьергарды уже готовились к отходу, на противника неожиданно

обрушился шквал огня, заставивший его дрогнуть. Все здания вокруг вокзала

загорелись. Словно факелы, вспыхнули немецкие бронемашины, сосредоточенные

на одной из пристанционных улиц. Реактивные снаряды попали и в оставленный

нашими войсками склад боеприпасов. Он взорвался, усилив гул, грохот и

пламя пожаров. Среди фашистских солдат началась паника, многие стали

спасаться бегством... Лишь через полчаса противник смог возобновить

наступление. К этому времени наши арьергарды отошли за реку Оршицу; теперь

важно было задержать противника и на этом рубеже. По просьбе командира

413-го стрелкового полка 73-й стрелковой дивизии командование приказало

произвести батарейный залп по переправе через Оршицу. Гвардейцы быстро

подготовили новый залп и метко накрыли цель. Переправа была уничтожена,

наступление противника и здесь на время задержалось.

Так открылась первая страница боевой летописи советской реактивной

артиллерии...

Вслед за первой гвардейской минометной батареей в июле были

сформированы вторая, третья, четвертая, пятая... Они появились не только

на Западном фронте, но и под Ленинградом и Киевом.

Боевые документы тех дней сохранили для истории отзывы командующих

армиями и командиров дивизий, на участках которых прогремели первые залпы

«катюш».

— Новое оружие высокоэффективно. При массовом применении оно может

оказать войскам большую помощь как в обороне, так и в наступлении.

Фронтовики просили как можно быстрее формировать новые подразделения

реактивной артиллерии.

В начале августа на заседании Государственного Комитета Обороны были

оглашены донесения с фронтов:

— Пленные, захваченные в районе Ярцево (северо-восточнее Смоленска),

свидетельствуют, что, как только раздаются залпы реактивных батарей, среди

солдат противника начинается паника. Спасаются бегством не только те

подразделения, которые оказываются на обстреливаемом участке, но и

расположенные в стороне, на удалении 1 — 1,5 километра.

— В боях под Смоленском залпом реактивной батареи полностью уничтожен

батальон вражеской пехоты.

Конструкторы, создатели нового оружия, офицеры и генералы, которым

было поручено формирование первых подразделений реактивной артиллерии и

управление ими, докладывали:

— Наши батареи обладают высокой маневренностью.

— Залп батареи длится несколько секунд. Хотя рассеивание снарядов

значительное, все же создается плотность огня, достаточная для поражения

неукрытой живой силы.

— Наибольшая эффективность стрельбы достигается при отражении атак и

контратак противника, при уничтожении открытых огневых средств и техники.

Формирование новых частей проходило быстро. Дивизионам и полкам

«катюш» выделяли самую добротную технику — новые автомобили и новейшие

радиостанции, лучшее инженерное имущество и автоматическое стрелковое