Шрифт:
– Тэ?
Она улыбнулась:
– Лореан.
Он кивнул. Отошёл, дёрнул штору, впуская свет и по привычке сел на подоконник.
Удивляться Тэре уже надоело. Знала, что это его привычка. Сколько раз видела его там? Не ответила бы, но что-то подсказывало: много, очень много. Оперлась на локоть, взглянула на его расцвеченные золотом заката белые волосы, заглянула в спокойные серые глаза. Не пришло ли время задать вопросы? Она собралась с духом:
– Ты – Лореан Гауз.
Он кивнул.
– А я?
– Ты вспомнишь, Тэ.
Тэра села рывком:
– Что это всё значит? Торопыжка…эмма-а… Лореан, здесь всё знакомо.
Он опять кивнул.
– Гемма, эти апартаменты, проспекты… Чёрт, Торопыжка, даже эта скамейка у моря… – Тэра впервые видела Клотара таким: и не улыбался и излучал такое тепло, что можно было в него завернуться. Укутаться. Окончательное понимание пришло само: она его знала до… а вот до чего, скрывалось в тумане. И Пантера как будто исчезла. Тэра теперь ощущала её не гостьей, а частью себя. Оказывается, выпуская когти, защищая в темных переулках, она не только хранила, не только оберегала – была частью. Мечтала слиться в единое целое. Тэра ещё боялась признаться: слиться с собой. А Торопыжка кивал:
– Ты вспомнишь.
Тэра встала и подошла к нему. Коснулась полураспахнутой шторы. Спросила:
– Я ведь никогда раньше не была здесь?
Он улыбнулся. Как другу или как сестре? Сказал:
– Тэра Лешер… Ты не бывала здесь раньше. Но ты, – он посмотрел пристальней, – ты вспомнишь всё. – Посмотрел на мишку с оторванным носом, робко выглядывающего из-за кресла. – Теперь вспомнишь, солнышко.
– Расскажи мне.
Торопыжка отлип от подоконника и, не оборачиваясь, пошел к двери. Сказал:
– Пару дней не выходи никуда. Приступ может повториться.
– Торопыжка, ты куда? Расскажи мне? Что за тени? Что сказал Механик?
Он дернул ручку двери…
– Торопыжка… Лореан!…
Торопыжка как будто дернулся. – Не выходи. – Кивнул сам себе и потянул ручку. Тэра крикнула в закрывающуюся дверь:
– Лореан! А эти дурацкие записки?! – но дверь промолчала.
"Да что ж такое?!"
Уселась в кресло. Голова опять загудела от накативших эмоций. Рука сама притянула любимого мишку. Тэра прижала его.
"Чёрт! Что же тут происходит? Какие к дьяволу тени?!"
"Ты вспомнишь"
– Кто это? – впервые обратила внимание на голос в голове. – Кто это?
"Вспомнишь"
В сердцах швырнула мишку об стену и не услышала привычного стука. Носа в игрушке, этого странного камешка, не было. Закрыла лицо руками и разрыдалась. Еще и какая-то там непонятная игра. Что ему наплел Механик?
"Вспомнишь"
Кудри дернулись. Рассыпались по плечам, содрогнулись от всхлипывания.
"Вспомнишь"
"Боже, я схожу с ума"
Солнце уже облизывало горизонт, когда Тэра, проклиная побег с Карстака, вскочила с кресла и бодрым, насколько вообще может быть бодрым шаг человека с кружащейся головой, пошла в библиотеку. Знакомую. Гнетущую неизвестностью. Она решила разобраться. Надоело терзаться вопросами. В сердце Пантеры разгорелась жажда ответов. Опустилась за стол. Резким взмахом сдвинула чертежи по столу к лампе и откинулась на широкую спинку кресла, потирая висок. Взглядом непрерывно сверлила коробочку терминала.
"Стоит ли начинать?"
"Нужны ответы. Нужно вспомнить"
"Что вспомнить?"
"Ты вспомнишь"
Тэра застонала, и стон перешёл в тихий рык. Здесь нет Бульдога. Некому двинуть в шнобель, вцепиться и расцарапать харю. Никто же не нападает. От кого защищаться? А из головы не идёт предупреждение Механика: доверяй только себе. Как доверять если даже в мыслях не я? Простонала: чё-ёрт. И протянув руку, щелкнула по коробочке. Потребовала:
– Z.
Терминал подумал, передавая сообщение центральному мозгу, и о глобус оперлась полупрозрачная блондинка.
– Ага?
– Z, ты узнала про список.
– Видокс у тебя, – протянула Z. Кивнула на растрепанные волосы, грустную физиономию.
– Z.
– Ой, ну, узнала, конечно. Чтоб я чего не узнала. Ага…
"Вот болтушка"
– Что в нём?
– Фамилии.
– Издеваешься?
Z вздохнула, покосилась на тонко расписанный континент под слоем лака глобуса, пожаловалась:
– Это список фамилий. Сама же читала… Вы люди такие не логичные.
– Это тебя Лореан научил?