Ты — мяч, гонимый по полю клюкой.

РАССКАЗ

Раз юноша и дева, что дружили

От детских лет, в супружество вступили.

Жена была счастлива. А супруг —

Смотри! — ее возненавидел вдруг.

Он прелестью подруги не пленялся,

Прочь от нее лицом он отвращался.

Она, как роза, красотой цвела;

А для него, как смерть, она была.

Ему сказали: «Эй, ты, непонятный.

Не любишь, так ушли ее обратно».

А тот: «Овец хоть тысячу голов

Отдам, чтоб разрешиться от оков!»

А им жена: «Приму любые муки,

Но знайте — с ним не вынесу разлуки.

На все отары мира не польщусь

И разлучиться с ним не соглашусь».

Порою друг, что друга отвергает,

Отвергнутому лишь милей бывает.

* * *

К обратились, вопрошая:

«Чего ты ищешь: ада или рая?»

А он: «Я за возлюбленной иду.

Мне и в раю с ней благо, и в аду».

РАССКАЗ

Спросили раз Меджнуна: «Что с тобой?

Что ты семьи чуждаешься людской?

И что с , с твоей любовью сталось?

Ужель в тебе и чувства не осталось?»

Меджнун ответил, слез поток лия:

«Молю, отстаньте от меня, друзья,

Моя душа изнемогла от боли,

Не сыпьте же хоть вы на рану соли.

Да, друг от друга мы удалены,

Необходимости подчинены».

А те: «О светоч верности и чести, Вели —

Лейли передадим мы вести!»

А он им: «Обо мне — ни слова ей,

Чтобы не стало ей еще больней».

РАССКАЗ

Махмуд, султан Газны, подслушал раз

Насмешку: «Очень некрасив .

А страстью соловей не воспылает

К той розе, что красой не обладает».

Насмешке той Махмуд угрюмый внял;

Но так, размыслив, он себе сказал:

«В Аязе нрав мне дорог благородный!

Что мне до внешности его негодной?»

Однажды был в пути султан Махмуд.

И вот в ущелье сорвался верблюд.

И в пропасти застрял между камнями,

На нем сундук разбился с жемчугами.

Царь подобрать тот жемчуг приказал,

А сам поспешно-дальше поскакал.

Все от султана всадники отстали,

Полезли жемчуг подбирать в провале.

Дорогой обернулся властелин

И видит — скачет с ним Аяз один.

Султан ему: «Ты что же не остался

И жемчуга собрать не попытался?»

Аяз в ответ: «Я у тебя служу

И долгом выше перлов дорожу».

Не забывай высокого служенья

Для благ земных и для обогащенья!

От Истины лишь Истины хотят

Те, перед кем открылся тарикат.

Не другом занят ты, а сам собой,

Коль в дружбе ищешь прибыли одной.

Пока ты дышишь алчностью презренной,

Ты не услышишь правды сокровенной.

Желанья — прах клубимый. А высок

И светел только Истины чертог.

Где буря тучи праха подымает,

Там зоркий глаз пути не различает.

РАССКАЗ

Однажды я и старец из

Уплыть решили морем из .

Отдав дирхем последний морякам,

Я сел. А спутник мой остался там.

Магрибский кормчий бога не боялся,

Бесплатно старца везть не соглашался.

Простясь со спутником, я зарыдал,

А старец засмеялся и сказал:

«Не плачь! Меня домчит куда угодно

Творец земли, небес и бездны водной!

Тут коврик свой раскинув на волнах,

Поплыл он. Охватил мне душу страх.

Матросы-негры паруса подъяли,