Он ощутил радость и небывалый прилив энергии. Внезапно возникшее желание вызвало стойкую эрекцию, которая прошла сама по себе сразу после того, как оранжевые лучи погасли.

Стальные браслеты разжались, освободив Джага. Чувствуя себя необычайно сильным и бодрым, он медленно поднялся, прислушиваясь к своему обновленному телу.

Встав на ноги, Джаг увидел людей, тела которых были покрыты странной позолотой. Они смотрели на Джага внимательно и сосредоточенно. Их было пятеро, все широкоплечие, мускулистые, совершенно обнаженные, как и Джаг, но покрытые каким-то изолирующим веществом золотистого цвета. Каждый из них был словно вылеплен по одному и тому же образцу: широкие плечи, идеально развитая мускулатура, но на удивление крохотный член, не превышавший размером фалангу мизинца.

Взгляды странных существ устремились в одну точку: на мужское достоинство Джага, которое, хотя и пребывало в спокойном состоянии, все же сохраняло значительные размеры.

Смутившись, Джаг откашлялся и тихо произнес:

— Кем бы вы ни были, огромное вам спасибо.

Все пятеро посмотрели ему в глаза.

— За что вы нас благодарите? — четко выговаривая слова, спросил один из них. — Не дать угаснуть жизни — это одна из первейших заповедей нашего города. Если человек еще не умер, то он должен жить!

Несколько смущенный прямолинейной логикой ответа, Джаг спросил:

— А где Кавендиш?

Лица его собеседников удивленно вытянулись, и Джаг уточнил:

— Это мой друг. Тот, который был со мной.

Пятеро золотистых мужчин обменялись улыбками. — Кавендиш! — повторил один из них, стараясь не рассмеяться. — У вас еще сохранились имена? Такие же, как названия рыб, которых приносит нам вода.

Джаг удивленно поднял брови.

— Не понимаю вас…

— Постепенно вы привыкнете, — ответил один из спасителей. — Как вы успели заметить, мы все очень похожи. Нашим медикам удалось устранить те несовершенства, из-за которых мы отличались друг от друга. Поэтому имена нам больше не нужны. Кроме того, у нас ведь нет женщин.

Джаг ничего не понял из этого объяснения, но не стал настаивать и прекратил расспросы. Он еще не знал, куда его забросила судьба, и решил действовать осторожно. К тому же, в словах его собеседников явно проскальзывало скрытое раздражение.

— Вашего приятеля, — продолжил человек с позолоченным телом, — мы восстановили раньше вас.

Его положение было совсем плохим — череп проломлен в двух местах плюс почти полная потеря крови. Такой сложной операции в нашей практике не было со времени последних состязаний на Спирали…

Джаг опять ничего не понял, но был счастлив слышать, что Кавендиш жив. Все остальное сейчас не имело значения. Джаг был уверен, что постепенно разберется в ситуации.

— Где он? Могу я его видеть?

— Разумеется, он у нашей королевы! хором ответили все пятеро. — Где же ему еще быть?!

Комната, в которую они вошли, имела пирамидальную форму.

Мощная арматура стен поддерживала алюминиевые панели, которые были настолько тонкими и прозрачными, что, казалось, пропускали дневной свет.

В глубине зала, в алькове, обтянутом пурпурным бархатом, дергалась огромная самка-бабуин с розовым задом. Ее конечности были скованы тяжелыми золотыми цепями, а губы вульвы широко растянуты в стороны с помощью зажимов. Эта нелепая поза была настолько неприятна обезьяне, что она постоянно ходила и мочилась под себя, отчего воздухом в комнате было просто невозможно дышать.

Войдя в эту пирамиду из алюминия, Джаг с удивлением обнаружил, что кроме самки здесь находится еще и Кавендиш, который яростно что-то кричит, обращаясь к одному из жителей города.

— Да за кого вы меня принимаете? — во всю глотку орал разведчик. — Я, конечно, не самый добродетельный человек на земле, но еще ни разу не занимался любовью с животными! Разумеется, вы спасли мне жизнь, но это не дает вам права издеваться надо мной! Если вам так хочется, можете сами трахаться с ней!

— Это ничего не даст, поскольку от нашей связи не будет никаких результатов…

Разведчик даже присвистнул от изумления.

— А вы что, думаете, от меня она забеременеет?! Я человек, а не обезьяна! Неужели вы до сих пор этого еще не поняли?

Великолепно сложенный житель стального города пожал плечами.

— Как хотите, — бесстрастно произнес он. — Если желаете, можете немедленно уйти из города. Должен сказать, что обычно река приносит нам кое-что получше. Раз уж вы не годитесь в пищу и не способны оплодотворить самку, то от вас нет никакой пользы. Вы, видимо, хотите уйти отсюда?

— Разумеется! — взревел пышущий здоровьем разведчик.

Как и Джаг, он тоже помолодел: его глаза, обычно бледно-голубые, приобрели блеск молодости, а волосы, поседевшие под куполом Эдема, города Бессмертных, опять сияли пшеничным золотом.