И тут Атти, ошалев от собственной отваги, ухватился за кончик хвоста обеими руками. Будь что будет! Земля ушла из-под ног, мелькнули перед глазами осыпавшиеся стены погреба, и секунду спустя Змей легко вытянул незадачливого дровосека из ямы. Атти отпустил хвост, юркнул в ближайший куст и нос к носу столкнулся с братом.

– Сам вылез!
– обрадовался Трой.
– Как тебе удалось?

– Лучше не спрашивай, - простонал Атти, падая на землю.
– Это было ужасно!

– А где Кровожаб?

Атти махнул рукой назад:

– Там! И хвост его противный тоже там!

Трой осторожно раздвинул ветки. Озадаченный Кровожаб заглядывал в ту самую яму, из которой он только что, сам того не желая, вытащил маленького Жевуна. Ничего не обнаружив, он поднял голову и увидел глядящего на него дровосека.

– Он сейчас бросится!
– испугался Трой.
– Спасайся!

Однако Змей их опередил. Он стремительно скользнул вперёд и обвился кольцом вокруг того места, где прятались мальчишки. Теперь добыча от него не уйдёт! Он начал постепенно сжимать кольцо, легко пригибая к земле ветви и ломая тонкие деревца.

Затаившиеся в глубине куста братья с ужасом смотрели на проползающее мимо них чешуйчатое тело Повелителя Змей. Гибельное кольцо неумолимо сжималось.

У Атти от страха зуб на зуб не попадал.

– Нам конец!
– скулил он.
– Мы пропали!

Трой был перепуган не меньше, но всё же старался держать себя в руках.

– Ничего, ничего, - бормотал он, сжимая топор.
– Не трусь, Атти, нас ещё не съели, мы ещё поборемся.

Кусты вдруг раздвинулись, и перед братьями появилась огромная голова Змея. Ни секунды не раздумывая Трой размахнулся и ударил Кровожаба топором что было сил:

– Получай!!!

Топор со звоном отскочил от прочной чешуи, не причинив Змею никакого видимого вреда. Но от неожиданного и довольно сильного удара у Кровожаба из глаз посыпались искры. Змей отпрянул, злобно шипя от боли и извиваясь всем телом.

Братья воспользовались замешательством врага, проскочили под его взметнувшимся хвостом и сломя голову помчались к лесу.

Позади трещали кусты, и раздавалось громкое шипение. Это рассвирепевший Кровожаб яростно крушил всё вокруг себя. Наглые Жевуны посмели поднять на него руку! Они даже посмели ударить его топором! Мало их Гингема притесняла и запугивала! Не будет им отныне ни пощады, ни прощения!

В небо взметнулось облако летучих мышей, гадюки и крысы ринулись в погоню... Но было уже поздно. Трой и Атти ускользнули. Не разбирая дороги, они мчались домой. И бежали они ничуть не медленнее Кабра Гвина. И глаза у них были точно так же вытаращены от страха.

Исхлёстанные ветвями, исцарапанные, с ног до головы облепленные паутиной, они ворвались в деревню, бросились прямиком к дому старшины и забарабанили в дверь:

– Беда, дядя! Беда!

Рос Кавран внимательно выслушал их сбивчивый рассказ и нахмурился.

– Невесёлые новости, - произнёс он.
– Если Кровожаб объединится с Урфином Джюсом, нам всем житья не будет. И не только нам. Никому тогда несдобровать.

– Что же делать?
– воскликнули братья в один голос.

Остальные дровосеки тоже растерянно смотрели на старшину.

Рос Кавран развёл руками:

– Всё, что мы можем сделать - это постараться отыскать Магический Кедр. Время не ждёт. Мы должны найти его как можно скорее. Мы должны опередить Кровожаба.

* * *

А вот что произошло дальше с Кабром Гвином.

Вернувшись в поместье Према Кокуса, которое он теперь занимал, трусливый наместник заперся в доме на все засовы и приказал дуболомам охранять его днём и ночью. Целую неделю он никуда не выходил. Он вздрагивал от малейшего шороха, от самого безобидного скрипа. По ночам ему снились страшные глаза Повелителя Змей, и он просыпался в холодном поту.

К дровосекам Кабр Гвин больше не ходил и даже думать о них не хотел. Он ждал гонцов из Изумрудного города. Он собирался отправить донесение с подробным рассказом о том, какого могучего союзника нашёл он для своего повелителя. Он надеялся, что за такую заслугу Урфин щедро наградит верного слугу и, может быть, даже позволит ему вернуться в Изумрудный город. Подальше от страшного Змея. Но гонцов всё не было. Посылать же к Урфину одного из своих дуболомов Кабр Гвин не решался. Дуболомы были слишком глупыми, к тому же наместник полагал, что солдат у него и без того мало.