До шрамов.

До потери сознания от боли.

Так, Грей, притормози.

— Ани, девочка моя, очнись, — в моей руке ватка, пропитанная какой-то дрянью из аптечки, воняет жутко, но помогает прийти в себя. Провожу ею пару раз под носом жены, и она распахивается свои глаза. — Вот так. Ляг на живот на кровать.

Приношу из своей ванной бактерицидный порошок, которым обрабатывал свои руки, и сыплю на воспаленные раны. Он не щиплет, Ани не дергается, а спокойно ждёт, когда я закончу. Даже плачет беззвучно, что так непохоже на неё.

Я не хочу другого. Мне просто хочется её наказывать, не играть в БДСМ, который иногда помогал мне. Я даже трахаться с этой дрянью не хочу, она слишком хороша для меня, и слишком противна мне, одновременно.

Пора остановиться. Иначе я убью её.

— Доброй ночи, любимая, Ани, — целую её в плечо и выхожу из комнаты, оставляя её.

Господи, просто позволь мне уснуть и не видеть во сне свою семью. Просто позволь мне спать, без снов. Я так больше не могу.

***

Блять, впервые за много лет я проспал на работу. Я жутко голоден, я уставший и я не проведал мою Ани, прежде чем уйти. Надеюсь, она проспит до моего приезда.

Моя Аниса.

Когда я перестал носить обручальное кольцо?

Наверное, года через два, когда принял всё. Когда, наконец, решился на секс с другой и не ощущал это как измену.

А детскую смог убрать только лет через пять. Лично разбирал вещи, мебель, игрушки… У меня в кабинете до сих пор сидит плюшевый пёсик, игрушка, с которой спал мой сын с рождения. Любимая плюшевая игрушка, которую он любил ещё сильнее пёсика — милый львёнок, похожий на Симбу, остался с Лео. Я подарил ему его, когда мы летели отдыхать, и он очень испугался самолёта, хоть и летал до этого, просто забыл.

«Львы сильные и смелые, как и ты, мой хороший. Твой новый друг не боится, и ты, Лео, не должен бояться. Тем более, я с тобой. Я всегда буду с тобой, сынок».

— И как зовут этого мальчишку?

— Лео Дзер-р-р!

— Р-р-р, мой хороший львёнок, — наша мама счастливо улыбается, целуя каждого из нас в носы, но меня ещё и в губы, и я сам чувствую, как начинаю сиять. — Аниса…

— Да?

— Я хочу много детей.

Но больше у нас не вышло. Два с половиной года без контрацепции, двое полностью здоровых людей, соблюдение всех рекомендаций врачей и… ничего. Только наш львёнок.

Наверное, поэтому Аниса разочаровалась во мне.

— Андреа, принеси мне что-то перекусить и попроси пиарщиков зайти ко мне через час.

Пора работать. Пора снова «жить полной жизнью». А Ани… Ани подождет.

***

Моя девочка всё ещё спит, когда я захожу в игровую, и я осторожно поглаживаю её по волосам, не желая будить. Время два часа дня, я смог закончить пораньше, и это именно то, что мне так нравится в том, чтобы быть самым главным: я свободен, я не держу ни перед кем отчета.

Аниса… А почему бы нам не поиграть? Я всегда любил утренний секс, и именно из-за того, что она всё ещё мягкая, почти спящая, но реагирующая на меня, да только не в силах сделать что-то, кроме как получать удовольствие.

Достаю из ящика лубрикант, так любимый моей Ани, с охлаждающим эффектом, и сбрасываю с неё одеяло. Аккуратно развожу прекрасные ножки и обильно наношу на любимую, неторопливо растягивая её одной рукой, другой играя с клитором. Ани охает, пробуждаясь, и я начинаю более активно ласкать её.

Блять, её спина…

— Добрый день, Ани. Ты скучала по мне?

— Я просыпалась, а вас не было, я искала вас…

Господи, как же я люблю её. Просто люблю.

— Аниса, ты моё всё… — легко дую на раны на спине, а затем невесомо целую их. — Ты. Моё. Всё. И я люблю тебя больше жизни… Но ты заслуживаешь этого.

Растегиваю свои брюки и спускаю их вместе с боксерами на пол, давно уже возбужденным членом касаюсь её ягодиц, скользя между ними, и любимая вся напрягается, но сегодня я не настроен на эти игры.

— Расслабься, любовь моя.

И она расслабляется, полностью доверившись мне, принимая меня. Лишь тихо стонет то ли от наслаждения, то ли от боли, когда я своим телом соприкасаюсь с её ранами.

О, господи, как же хорошо.

Ани такая теплая и узкая, полностью принимающая меня, я не желаю выходить, не желаю шевелиться.

— Я так тебя, блять, люблю, Аниса!

— Пожалуйста, не… — совсем легко толкаю бёдрами, и она шипит, хватаясь за постель.