— Да, ваше величество, — кивнул дух. Его молодое лицо было серьёзным и собранным. Я вспомнил его — это был один из немногих свободных добровольцев, тот, чья родня погибла при атаке предателей.

— Повтори, — велел я. Дух послушался и повторил всё в точности, не сбившись.

— Хорошо, — я потёр подбородок. — Затем летишь к генералам и велишь выводить всех электрических… грозовых элементалей к городским стенам. Всех, кто есть.

Я попытался вспомнить, что же говорил мне Колтри на этот счёт. Кажется, поменяв чего-то там в печати, можно изменить элементалю стихию?..

Ладно, сейчас Колтри и его помощникам уж точно не до того. Попробуем вначале тем, что имеется.

— Но они не должны выходить наружу или подниматься на стены — пока, — приказал я. — Стоять внизу и ждать приказов. Затем, последним пунктом — идёшь к Верховному Личу и говоришь ему сотворить грозу. Прямо над столицей. Бурю! Как можно более сильную. Чтобы разверзлись хляби небесные и всё такое. Побольше молний.

Я вздохнул. Если только этот фокус удастся…

— И после всего этого — возвращаешься ко мне и отчитываешься обо всём. Давай, — я махнул рукой. Теневой дух быстро поклонился — и тут же исчез, развеявшись в воздухе тёмной дымкой.

— Гроза? — поднял бровь не перебивавший меня при гонце Тилль. — Что ты задумал, Геневис?

— Видишь ли… — я устало опёрся о бортик смотровой площадки. — Я просто вспомнил кой-какие факты об устройстве нашего мира. Простые, всем знакомые факты. Ну, или не всем.

— Ты о чём? — по-прежнему ничего не понимал Тилль.

— Электричество, — вздохнул я. — Великая и — пока — неуправляемая сила.

— Насколько я помню, ты называешь этим словом молнии, — кивнул Тилль. — Но я всё равно не понимаю, при чём тут они — и откуда ты вообще взял это слово.

— Да так… — я продолжал глядеть на городские стены. — Несколько фактов. Молния поражает человека, если ударит в него, однако их слишком много для точечных ударов. Но вот что ещё: железо проводит молнии, да ещё и притягивает их. Вода проводит молнии… А если кругом куча мокрого железа? Одна молния, запущенная в них, может разом поразить целый отряд!

— Я всё ещё ничего не понимаю, но ты, кажется, уверен в том, что говоришь, — покачал головой Тилль. — Скажи мне одно: это сработает?

— Я уже ни в чём не уверен… — я медленно потёр виски. — Но очень надеюсь, что да.

В этот момент теневой дух вернулся обратно.

— Ваше Величество, — отчитался он, — магистр Колтри передаёт, что безопасное расстояние для элементалей — десять метров. Генералы и Верховный Лич ваши приказы получили и приступают к их немедленному исполнению.

— Замечательно, — кивнул я.

Затем повернулся к Тиллю.

— Это наш единственный шанс. Количеством мы их не возьмём, магией тоже. Мёртвых элементалей слишком мало — какими бы сильными там они не были.

— Некромантия?

— Они перерубят мертвецам головы, вот и всё… — вздохнул я. — Нет, даже если все в городе станут зомби, это всё равно не поможет. Зомби-обыватель, может, не чувствует боли или усталости, но он всё равно не сравнится с живым воином в доспехах и с оружием.

Я посмотрел наверх. Там и правда уже начинали собираться тучи. Кажется, Лич начал своё действо. Но… сколько времени ему понадобится, чтобы свершить его окончательно? Каждая минута — это жизни наших людей.

Я пригляделся к улицам Растона. Схватки минимум в десяти местах… И это только то, что я отсюда вижу.

К счастью для нас, внутрь они много своих не запустили.

К сожалению для нас — это означало, что санглатцы чего-то ждут, и это явно будет нехорошим сюрпризом.

— Геневис… — неожиданно ожил Тилль. — Знаешь, пожалуй, сейчас самое время попросить тебя об одной вещи.

— Да? — я с лёгким удивлением поглядел на него.

— Если я погибну… сейчас, или ещё когда-нибудь в этой войне… — мой советник поморщился. — Оставь меня мёртвым. Я не хочу, чтобы ты воскрешал меня.

Я лишь пожал плечами.

— Как скажешь, Тилль.

Доклады от командования армии и стражи поступали постоянно; одни теневые духи сменялись другими.

— Знаешь, — заметил я Тиллю, — если мы сейчас проиграем, и Гротлинг падёт… думаю, мы сможем сделать последний шаг.

— Какой? — не сразу понял он.

— Чума, та самая пандемия, о которой говорил ты ещё осенью, — напомнил ему я. — Уже ничего не сможет остановить нас от того, чтобы поразить ей врагов. И Санглат, и Ильфат. Если умрём мы… им тоже придётся несладко.