Интерпретация информации способна «открыть» субъекту «смысл» его существования, который никогда не соответствует действительности.

Самое прекрасное из всех доступных нам переживаний – переживание непостижимого…

А. Эйнштейн

Удивительный эффект интерпретации – она «борется» с пустотой неопределенности. Последствием которой бывает либо блокирование действия, либо хаотическое, беспорядочное реактивное поведение. Правда этот эффект всегда ситуативен. Он, скорее, носит анестезирующий характер, хотя бывает достаточно мощным для того, чтобы «снять» тревогу, страх, блокаду действий, вызванные нарушением определенности в восприятии действительности. Этот, его несомненный, функциональный позитив компенсируется столь же несомненным недостатком – такой «анестетик» действует только здесь и сейчас, «устраняя» не непонимание информации, а саму информацию, выводя ее за пределы внимания. И опять же. Это происходит только здесь и сейчас, на время, чтобы потом, опять, быть возвращенной в поле внимания субъекта. Интерпретация не лечит проблемы понимания, а притупляет восприятие этих проблем.

Интерпретация и сомнения

Технология интерпретации информации быстро и эффективно «справляется» практически с любыми сомнениями. Чаще всего именно сомнения и становятся предметом интерпретации, когда субъект получает информацию, противоречащую определенности его существования. При этом сомнения могут возникать по широкому кругу повседневного существования субъекта от его убеждений, взглядов и отношений до уверенности в людях, социуме, правильности собственных ценностей и т.п.

Такая информация сначала вызывает удивление, череду вопросов, которые требуют ответа. Вот только эти ответы порой способны вызвать новые вопросы. Существование нарушается, определенность разрушается и возникает страх неопределенности. И вот уже кажется, что преодолеть все это невозможно, что вызывает хаотические реакции, возрастающую неопределенность и стремление как можно быстрее устранить ее.

В таком положении скорой помощью становится технология интерпретации, когда субъект и отбрасывает якобы ненужную информацию, и привлекает все свои знания, убеждения и ценности для объяснения оставшейся ее части путем поиска соответствия с ней. Эта информация должна совместится с тем, чем субъект руководствовался в своей повседневности и тем самым устранить какие-либо несоответствия. Когда-то это удается, но почти всегда некоторая несовместимость сохраняется. Но не это самое главное в сомнениях субъекту.

Если субъект не способен справиться со своими сомнениями, то они становятся предметом его интерпретации. При этом такая интерпретация «работает» весьма своеобразно, парадоксально невозможно. Субъект странным образом ищет и обычно находит все новые аргументы, подтверждающие эти его сомнения. Именно так себя ведет ревнивый человек, получивший информацию о неверности своего партнера, того, кому он верил и в надежности которого был только что убежден.

Способность к интерпретации является свойством сознания, тем, что заложено, что называется, «от рождения». Субъект не осознает наличие этой способности, а лишь наблюдает за ее «раскрытием» до полномасштабной технологии. Управление развитием этой технологии связано с ее «шлифовкой», адаптацией к условиям существования.

Среди функциональных особенностей интерпретации особое место занимает способность этой технологии поддерживать существование субъекта как в его собственном, только ему принадлежащем пространстве, при этом ощущая себя индивидуальностью, личностью, так и в пространстве социума, с отведенным ему ролевым положением. Подобная двойственность положения субъекта делает его существование обреченным одиночеством. При этом интерпретация поддерживает необходимое равновесие между неустранимым одиночеством и сохранением необходимой социальности.

Как бы субъект не интерпретировал свой социальный статус и свое одиночество, он не готов отнести их к своим ошибкам. Он может сомневаться в своих выводах, идеях, результатах толкования тех или иных ценностей и т.п., но не готов сомневаться в полученных результатах, которые считает своими … достижениями. Такой подход следует также отнести к последствиям использования интерпретации, которая почти всегда приводит к позитивным оценкам достигнутого. Да, субъект может критиковать себя, признавать сделанные ошибки и неверные решения, но результаты своей деятельности он готов оценивать, как исключительно позитивные.

Интерпретация берет на себя полное оправдание-обоснование-объяснение любых результатов и успешно справляется с этой задачей, фактически «спасая» субъекта, т.к. в ином варианте его существование утрачивает смысл. Можно признать ошибки, т.к. есть возможность их исправить, переосмыслить свои задачи и цели и выдвинуть для будущего новые, но невозможно исправить сделанное, и негативная оценка этого сделанного означает бессмысленность прожитой жизни. Допустить такую оценку своего существования субъект не может, т.к. она не совместима с самим существованием.

Сомнения формируют неопределенность ситуации и, следовательно, блокируют составление планов действий, сценариев поведения и прогнозирования возможных последствий. Они как бы «предлагают» субъекту готовиться ко всему и требуют от него быстрого реагирования на любые неожиданности. С одной стороны, сомнения предлагают субъекту возможность, в случае верного решения, добиться результатов, которых он не сможет получить при тщательном планировании в определенной ситуации. Но, с другой стороны, сомнения вызывают страх, который почти всегда побеждает. Именно он «включает» интерпретацию, которая «удаляет» всю неопределенность ситуации возвращая субъекта в комфортное состояние с возможностью планирования и прогнозирования.