Мы прошли мимо двухэтажного, забранного решетками здания, свет едва пробивался сквозь жалюзи. Лязгнула тяжелая железная дверь, и выскочила женщина, прижимающая к груди полный пакет. За ней густой волной поплыл запах свежей выпечки. Есене вспомнилось теплые, немного влажные губы давней знакомой из детского лагеря. Запах ванили и свежих булочек, которые они ели, прячась от вожатых. Тяжелые, белые груди, с розовыми сосками и томные, приглушенные вздохи.

Я бесстрастно посмотрела на глубокое ночное небо. Если бы не старший брат, поехавший с ней, мы могли бы убежать вместе.

— Мы на месте — объявил мальчик, останавливаясь перед двухэтажным особняком, выглядывающим над высоким забором. Похоже, что и здесь есть, что скрывать.

Мальчик нажал на кнопку и быстро зашептал в динамик. Раздался щелчок и дверца открылась.

На ступеньках дома нас ждала невысокая женщина, с сияющими белыми волосами. Полные, красные губы, изящные скулы, кожа гладкая и блестящая. Я отметила, что ее фигура нетипична для женщин семьи, слишком большая грудь, округлые бедра, да и движения неуклюжие.

— Здравствуй, меня зовут Мария, — произнесла она глубоким мягким голосом, — проходи в дом, наверное, устала с дороги.

Поднявшись по ступенькам, я скинула ботинки в прихожей и остановилась, ожидая дальнейших указаний. Мальчишка неторопливо развязывал шнуровку на ботинках, а Мария щелкала замками на двери. Закончив, она взяла меня под руку и распахнув дверь, ввела в гостиную. Ничего необычного — темный деревянный стол, коричневый диван, пара пуфиков и подушек. Смущала лишь картина с распятой на кресте беловолосой женщиной.

С лестницы послышался топот и выбежала целая орава детей. Они окружили меня, бесцеремонно трогали чемодан, нетерпеливо тянули за край куртки.

— Тише, — захлопала в ладоши Мария, — это Есения, она будет жить с нами и помогать мне с домашними делами. Подружитесь с ней?

Я едва сдержалась, чтоб не улыбнуться от абсурдности происходящего. Приведший меня мальчик осклабился, явно довольный реакцией.

— Здравствуйте тетя Есеня, — наперебой загалдели детишки, один мальчик даже осмелился поздороваться, протянув худую ладошку.

— Так, через полчаса собираемся на ужин, — сказала Мария, — Петя и Саша сегодня дежурные.

Двое белокурых близнецов синхронно скривились и потопали на кухню.

— А вы любите печенье? — поинтересовалась малышка с густыми светлыми волосами. Она выглядела очень миленькой, если не замечать ожог, захвативший левый висок и почти всю щеку.

— Конечно, люблю, — ответила я и потрепала ее по голове.

— А мороженое? Покатаетесь с нами на велосипеде? — посыпались со всех сторон вопросы.

— Ребята, все вопросы потом, — сказала Мария, — а сейчас марш по комнатам.

Дети послушно развернулись и потопали вверх по лестнице.

Мария взяла меня за руку и повела за собой. Я подумала, что хозяйка подозрительно часто идет на телесный контакт. Просто прием манипуляции или она настолько контактный человек?

Мария провела меня по коридору и остановившись перед дверью, вытащила ключ из декольте. Распахнув дверь, она пригласила меня войти первой.

Щелкнул выключатель. Комнату залил яркий, белый свет. Стол, два стула, шкаф с бумагами, серые обои — ничего интересного.

Мария уселась за стол и кивком указала на стул напротив. Я замерла от удивления. Лицо хозяйки резко осунулось и посерело. Глубокие морщины протянулись от глаз и складок носа. Волосы казалось серым, тусклым пухом, прилепленным к приплюснутой, высушенной голове.

— Не смотри на меня так, — прошамкала Мария, — а то сглажу, все зубы выпадут.

Я была в недоумении, это несомненно, та женщина, что встретила меня на пороге, но теперь она выглядела, как настоящая старуха. Я насторожилась и внимательней оглядела кабинет, прикидывая пути отступления. Ситуация явно выходила за рамки стандартных. Нужно приготовиться к бегству.

— Не бойся ты, вон глаза как забегали, — сказала Мария, — думала ваша семья одна такая особенная? Хотя, в вас не осталась даже частицы силы, на одних тренировках держитесь. Я конечно уважаю ваше упорство, но такими темпами совсем захиреете.

Я молчала, поскольку сочла это лучшим вариантом.

— Как по мне, ты дурновата для такой работки, могли и посмазливей найти, — продолжила Мария, — нос великоват, глаза маловаты, волосы короткие слишком. Но мужику только сиську покажи, на лицо и не взглянет. Ознакомилась с досье?