– Ну и что? Люди многое сочиняют. Тем более они могли видеть тех людей на дороге.

– Я все это понимаю, но один из них сказал что люди в деревне говорят о том, будто среди разбойников есть женщина и она сражается не хуже мужиков.

– Что? Что ты сказала? Откуда им о тебе известно?

– Вот именно поэтому я к тебе и пришла. Откуда они могут знать то, что знают только те, кто с нами?

– Уж не хочешь ли ты сказать что среди нас есть предатели?
– Джослин выглядел так, будто ему дали пощечину. Даже в темноте хибары, в которой он сейчас жил, было заметно как он побледнел когда услышал о том, что говорят в деревне.

– Я ничего не хочу сказать, но будь осторожен. Здесь есть над чем подумать.

Прежде чем Джослин смог хоть что-то придумать чтобы ответить Джессика вышла в ночную темноту тихо прикрыв за собой дверь.

ГЛАВА 9

– Милорд, вас внизу ожидает какой-то человек. Он говорит что у него к вам срочное дело.

– Скажи ему чтобы подождал. Я сейчас занят.

– Милорд, он говорит что прибыл от герцога Гроуфорда.

– Почему ты сразу не сказал? Скажи ему что я сейчас спущусь.

– Что же Вильяму от меня понадобилось?
– как только слуга покинул его покои Эдуард Дюк позволил себе размышления вслух, - что же у него стряслось?

* * *

– Милорд, - Генри поклонился вошедшему в залу герцогу, - я прибыл сюда по просьбе герцога Гроуфорда.

– Мне известно кто тебя прислал. Но мне не известна причина, по которой ты здесь. Что моему другу от меня надо?

– Герцог сказал что все, что ему нужно от вас находится в этом конверте, - все еще не вставая с колен, Генри протянул герцогу конверт, вот он, милорд.

– Ты можешь подняться с колен, - жесты герцога были насыщены высокомерием. Генри стало неприятно от одного только вида человека. Высокомерный тип, равнодушно и даже с некоторой брезгливостью смотревший на людей, не имевших высокого происхождения.

– Ну ка посмотрим что мне написал герцог Гроуфорд, - герцог удалился в соседние покои и принялся читать письмо.

– Уильям!
– разделся крик через несколько минут, - вели Ричарду собираться в дорогу! Мы выезжаем в замок Гроуфордов, - последнее он добавил уже как-бы самому себе.

– Отец, Уильям сказал что мы куда-то уезжаем, - Ричард был в оружейной, когда Уильям нашел его и сообщил о воле отца. Теперь же он хотел узнать обо всем у отца. Он не мог понять почему отец за считанные минуты решил ехать куда-то.

– Да, сын, мы уезжаем сегодня же ночью.

– Но куда? И почему такая спешка?

– Прибыл человек от герцога Гроуфорда. Он мне в письме сообщает о том, что мы ему срочно нужны. Дело и в самом деле не терпит отлагательств. Мы должны выехать как можно скорее.

– Это так серьезно?

– Это серьезнее чем ты думаешь, сын. А теперь иди собираться. Вечером нам подадут карету.

* * *

"Ничего, дружище, я уже спешу к тебе." - Эдуард сидел в карете и смотрел на спящего сына. Сейчас он не думал о спящем ребенке. Его мысли занимал друг, который ждал его помощи у себя в замке. Его письмо настраживало и пугало одновременно. Неужели этот слуга, который доставил это письмо, пытается шантажировать герцога Гроуфорда? Да еще и как? За это он поплатится. Стоит только старым друзьям объединиться.

– Отец, ты чем-то озабочен?
– сын проснулся и увидев что отец бодрствует в столь поздний час решил поинтересоваться что с ним случилось.

– Я думаю все о том же. Спи, сын, когда прибудем на место - тогда и поговорим об этом всем. Слишком это неприятный разговор чтобы затрагивать его сейчас.

Ричард снова погрузился в сон, а герцог снова остался наедине со своими мыслями в этой ночной тишине. Ничего не мешало его мыслям, только дружное постукивание колес по дороге, да и порой внезапное ржание лошадей.

Постепенно на землю опустился день, лишь только когда лучи солнца озарили землю герцог смог погрузиться в сон.

* * *

– Джессика, сегодня готовится еще одно нападение. По дороге в нескольких часах отсюда едет карета. Из охраны всего несколько всадников думаю что не стоит брать много людей. Кажется десяти человек должно хватить.

– Джос, когда они будут здесь?

– Еще до наступления темноты. Ты умеешь ездить на лошадях?

– Я превосходная наездница или ты не веришь?