Шаги приближались, и Стас, подойдя ко входу в зал, пошептав, сделал простенького двойника. Послал его вперед, сам, присев на корточки, засеменил следом.

За поворотом закричали, хлопнули выстрелы.

Стас упал на бок и лёжа выстрелил три раза в полутьму, где виднелись силуэты боевиков.

Одного бросило на стенку, другой, вскрикнув, отпрыгнул назад. Третья пуля чиркнула по стене, выбивая искры.

Стас перекатился, прицелившись, выстрелил еще два раза, отгоняя нападающих.

Бросился назад.

Иван ждал в проходе, сосредоточенный, с полузакрытыми глазами, ушедший в себя.

Задвинули шкаф на место, Стас прошептал заранее заготовленный наговор — теперь впопыхах на это место не обратят внимание. На полчаса хватит, а больше и не надо.

Поволок друга в комнату с лестницей.

— Ну? Что там?

— Колдунов двое. Боевиков с десяток.

— Уже восемь, — уточнил Стас.

— Колдуны сильные. Не могу пробиться наружу, — Иван говорил сквозь зубы, находиться сразу в двух мирах и так было нелегко, а сейчас приходилось отражать постоянные атаки двух хорошо подготовленных магов Хасана.

Серые стены комнаты плыли, на них натекала нестерпимо яркая, сочащаяся кровью, реальность тонкого мира, где два поднявшихся до звезд джинна метали в него оторванные головы, разодранных великанских младенцев, башни с куполами из змей и какие-то совершенно невообразимые валуны, полные кровавых глаз.

Джинны истошно визжали и это мешало сосредоточиться.

Брызжущий синими искрами лис и вставший на дыбы медведь с ревом отбивали атаки, не давали добраться до ведуна, но надолго ли хватит духов-союзников?

— Ваня, продержишься?

— Двигай, — Иван уселся рядом с лестницей и сосредоточился на своей битве.

___***____

Стас бесшумно поднялся по лестнице, пробежал ко входной двери и осторожно выглянул в приоткрытую дверь. Они с самого начала решили ее не закрывать. И не ошиблись.

Один из боевиков Хасана стоял на лестничной площадке.

Это было очень плохо, значит, времени у них меньше, чем рассчитывали.

Стас осторожно прислонил к стене карабин, снял со спины мешок и меч. Снял с пояса нож.

И бесшумно зашептал.

Зашевелилась пыль на площадке этажом выше, поднялась, закрутилась, превращаясь в серую фигуру, отдаленно напоминающую человека, и прыгнула на хасанова бойца.

Он был хорош, отреагировал моментально, отпрыгивая назад, приседая, готовый к удару…

Поэтому не почувствовал, как нож Стаса вошел ему в шею. Хромой придержал обмякшее тело, затащил в квартиру и, подхватив карабин, побежал вверх по лестнице.

Карабин, конечно, не снайперская винтовка, но Хромой рассчитывал, что колдуны будут где-то неподалёку. И охранять их будет один-два человека, не больше. Все же, у Хасана в распоряжении не полноценная армия.

Двумя этажами выше из угловой квартиры открывался отличный обзор. На их счастье ночь выдалась морозная и лунная, в серебряном свете дома и деревья отбрасывали длинные непроглядно-черные тени, рисунок которых Стас знал в совершенстве.

Вот он — в тени соседнего дома стоит неподвижная фигура. Он, или обманка?

Хромой осторожно потянулся к цели внутренним щупом — словно кошка лапой, готовый отдернуть в любой момент.

Никакого отклика.

Умён.

Как же его выманить?

Стас, не скрываясь, ткнул в обманку мысленной пятернёй и тут же сморщился от боли и рёва, раздавшегося в голове, но вытерпел, вцепился в нить, ведущую к колдуну, и на долю секунды увидел его — стоящего по колено в снегу на углу соседнего дома, в густой тени.

Не давая себе времени на сомнения, Стас вскинул карабин к плечу и выстрелил.

Рёв стих, голова звенела от внезапно наступившей тишины, но тут же сухо защёлкали выстрелы и Стас, вскинул руки, защищая глаза от мелкого крошева.

Дом полнился глухим нутряным гулом.

Снизу заорал Иван,

— Стас, пора выбираться!

— Я снял одного, — Стас уже прыгал по ступеням вниз, когда стены вокруг поплыли и из них полезли щупальца с раскрывающимися зубастыми ртами.

И продолжали щёлкать выстрелы снаружи.

Похоже, к противнику подходило подкрепление.

Их обложили со всех сторон.

Иван стоял в дверях заговоренной квартиры.

— Выберемся?

Стас отрицательно помотал головой.

— Их слишком много. Похоже, мы всерьез разозлили Хасана.