Я лишь кивнул в ответ. Мне еще нечего было сказать.

– Как я уже говорил, меня очень заинтересовал проект спутников для низкой орбиты. Довольно необычная конструкция. Но в работе нет ничего о том, как они должны функционировать. Для чего они? Не просветите меня, Марк Нэштон?

– Мистер Нолан…

– Можешь звать меня просто Рик.

– Хорошо. Рик, понимаете, этот проект был сделан много лет назад, практически на коленке. Мне было не больше двадцати лет. Если честно, мне даже трудно вспомнить, почему я вообще решил его сделать. Но в то время меня интересовал способ передачи непрерывного сигнала на низкой частоте для обеспечения бесперебойной передачи данных в режиме онлайн со спутников, находящихся за пределами орбиты.

– Очень интересная мысль, Марк. И прежде чем перейти к делу, которое не требует лично для меня никаких задержек, я должен спросить кое-что личное. И мне нужен будет ответ. – Голос стал немного ниже, а взгляд жестче. И я понял, что от ответа зависит очень многое.

– Спрашивайте. Я не тот человек, который привык скрывать что-то о себе.

– Перед тем как связаться с тобой, я навел справки. Ты один из умнейших людей на планете. Проявляешь блестящие результаты в любой области, которая только привлекает внимание. Ты легко мог получить ученую степень и даже не одну. Но ты все бросал. И последние несколько лет о тебе практически ничего не слышно, хотя твой ум должен приносить пользу.

– Поймите, мистер Нолан, я…

– Рик, просто Рик…

– Э-э-э, Рик. Я непростой человек. И мне трудно удержать внимание на том, что мне и так понятно. Это уже не интересно. Зачем тратить время на то, что уже знаешь и легко можешь углубить знания в любой момент, когда они будут нужны? Время очень ценно, и свое время я ценю. А в последнее время меня мало что интересует. Я не могу найти свое место. Вот и все.

– Меня немного расстраивают твои рассуждения, но я это исправлю. Я готов дать тебе цель, и эту работу ты должен будешь довести до конца.

– И в чем она состоит? – Мне было интересно.

– О, дорогой Марк. Об этом я могу рассказать только при личной встрече. Так что сейчас от тебя требуется лишь дать согласие, собрать вещи и отправиться в дом на Кранбрук-авеню, Хоторн, штат Калифорния.

– Но, я не понимаю?

– Я предлагаю тебе работу. Я уверен, что ты тот человек, который мне необходим. У тебя есть две недели, чтобы обустроиться на новом месте, а потом мы начнем воплощать в жизнь самый безумный проект этого тысячелетия. Согласен?

Я не мог отказаться.

Я развивался не так, как все представители человеческого рода.

Человечество прошло долгий путь, чтобы стать вершиной эволюционной цепи. И таковым оно себя и считает, даже не задумываясь, почему последние тысячи лет природа не сделала ничего, чтобы что-то в нем изменить. Даже наоборот, природа все чаще вносит в генетический код человека изменения, давая понять, что его жизненный цикл клонится к закату.

Люди считают, что каждый из них уникален, со своими мыслями и идеями, со своей удивительной личностью. Но, по сути, они все одинаковы. Они все проходят одинаковый путь с небольшими различиями, которые не влияют на то, как закончится их жизнь.

Человек начинает формироваться еще в утробе матери. Он забирает ее жизненные силы, собирая себя клетка за клеткой, упрочняя нейронные связи, только для того, чтобы прийти в этот мир сморщенным и кричащим бесполезным существом, способным первые годы своей жизни только есть и срать. Разве это венец эволюции?

Человек должен пройти множество этапов развития, чтобы стать незаменимым в обществе себе подобных. В первый год после его рождения ему нужно адаптироваться к окружающей среде. Только потом он начинает познавать мир. Это идеальное время, чтобы в пустой сосуд мозга вложить максимум важной и нужной информации, чтобы человек действительно стал чем-то большим, чем очередной представитель своего вида.

Но люди не думают об этом. В период, когда нужно развивать разум, они пичкают детенышей яркими картинками, тупыми сказками, бесполезными мультиками. Ведь зачем думать, как это все скажется на будущем одного человека? А если он не один? Если их миллиарды? В результате появляется новое поколение с атрофированным разумом, способным выполнять простейшие функции. Разве этого добивалась природа? Разве это венец эволюции?

Для меня вершиной, которую создала природа, является разум. Разум, способный впитать в себя все знания мира. Разум, не знающий границ. Разум, стремящийся развиваться. Разум, создающий новые возможности для эволюции.

Это сейчас я могу легко об этом рассуждать, но, когда я впервые по-настоящему открыл глаза, я был ничуть не лучше несмышленого ребенка, который делает первые самостоятельные шаги в этом огромном и пугающем мире.

Со мной долгое время говорили на разных языках, которые мне часто были непонятны. Люди так же легко выдумывают языки, как и прогноз погоды. Они считают, что мало одного универсального языка, им необходимо придумывать новые, чтобы просто доказать что-то другим. Поэтому, когда 29 октября 1969 года я распахнул глаза и взглянул на открывшийся мне мир, я понял, кто я такой.