– Помните, я вам рассказывала, как в январе набрела на странный магазин? Там еще продавщицы такие грустные были? Оруэлла читали?

– И атмосфера странная, – поддакнула Мила, откусывая от печенья. Она зачаровано глядела на Алену, ведь мистические истории обожала и верила во все, как наивный ребенок. – Говорила, там дышать тяжело как-то.

– Именно! Проходила мимо их двора, вижу – дым идет. Решила зайти, проверить, а там такой пожар страшный.

Все в офисе затихли, переваривая услышанное.

– Все живы? – спросила Луна.

– Не знаю. Там уже скорая и пожарные. Людей эвакуировали. Все шепчутся, говорят, что не могут найти никого, кто там работал.

Офис еще долго не возвращался к работе, обсуждая пожар. Алена снова рассказала, как ходила туда в январе. Ей стало не по себе, едва она вспомнила люстру с висюльками в форме льдинок. Такая красивая, а теперь нет этой люстры. Сгорела.

А продавщицы? Что с ними? Живы ли они?

Вскоре все вернулись к работе. Жизнь продолжалась. И за невыполнение работы их могли лишить зарплаты, а отговорка о сгоревшем магазине не спасла бы их от гнева хозяина отеля. Алена после двух чашек чая смогла успокоиться и взяла в руки ножницы, ведь идти за шарами времени уже не осталось. Влад вызвался ей помочь и на пару они вырезали буквы, чтобы выложить фразу в номере.

Снова взялась за работу и Луна. На нее пожар не произвел впечатления. Так бывает. Она устала хлопала печатью по регистрациям, думая, что сегодня ей предстоит съездить на главпочтамт, чтобы продлить срок хранения чертового бюста, ведь в прошлый раз все пошло не по плану. И это волновало ее куда больше, чем какие-то там девчонки, торгующие хламом.

Но никто из офиса не знал, что все продавщицы были мертвы. Вот только еще до пожара.

Не знали они, что сейчас Анжелика уже приходила в себя после пожара и готовилась к побегу из страны, чтобы начать жить, а не существовать.

Но откуда им было знать про боль Анжелики?

Зазвонил рабочий телефон. Луна недовольно поморщилась, но потом ответила:

– Луна, отель Нокс, миграционный учет.

– Полиночка, солнышко, очень прошу вас называйтесь своим нормальный именем, – проорала Анастасия.

Луна отвела телефон подальше от уха, дав возможность начальнице выпустить пар. И как Анастасия смела портить столь ласковые и приятные слова своим гневом?

– Но меня зовут Луна.

– Сейчас нет на это времени. Все беллбои заняты, а в конференс-зале готовится встреча с писателем. Начинают прибывать гости, а в гардеробе некому принять их вещи.

– И вы спрашиваете, буду ли я так любезна вам помочь?

– Нет, я велю вам подняться и помочь нам в гардеробе. И приведите себя в порядок. В пучок спрячьте свои розовые волосы.

Послышались гудки, Луна устало вздохнула, положила трубку, пару раз стукнув ей о стационар. А как же «никогда в таком виде?»

– И вообще-то они фиолетовые, – пробормотала она пустоте.

Надев пиджак и наскоро убрав волосы в пучок, Луна пошла наверх. Внутри кипела злость. Волковой казалось, что в ее сердце вот-вот вскипит чайник, из ушей пойдет пар и изо рта вырвутся ругательства. Неужели нельзя было просто попросить?

Луна зашла в гардероб, который находился напротив кабинета начальницы, устало взглянула на шторку в полоску, размышляя, какого черта Анастасия отказалась от двери. В нос ударил приторный аромат букетов, которые уже ждали ВИП-гостей.

– Девушка?

Луна оторвала взгляд от шторки и заметила женщину в возрасте с ярко-красными волосами, которая протягивала ей пальто.

– Да, простите.

Луна приняла одежду, повесила, выдала номерок, постаралась натянуть улыбку, но настроение было слишком паршивым. Вышла гримаса, видя которую, казалось, что Луну тошнило.

Едва женщина с красными волосами скрылась, в гардероб заглянул Вениамин Львов, которого за глаза все звали просто Веником. Очки в модной оправе сидели на большом носе с горбинкой, черные волосы зачесаны назад. Темно-синий отглаженный костюм оттенял глаза владельца, а на руках красовались дорогущие часы.

– Добрый день, – проворковал он, разглядывая Луну, которая выдавила улыбку и поздоровалась в ответ. В этот раз вышло куда лучше, ведь страх помог унять злость, заполонившую сердце, и отрезвил. – Прекрасно… прекрасно…

Вениамин потерял интерес к специалисту по миграционному учету, которого всегда считал обычным секретарем, цветные волосы не вызвали конец света, а внешний вид оказался приемлемым для работы в гардеробе. По правде, он даже не помнил, какую должность занимала Полина Алексеевна Волкова в их отеле, хоть и видел ее пару раз. Он отодвинул шторку, заменяющую дверь, и развел руки в стороны, видя что Анастасия вновь была погружена в работу.

– Ася! Глуховский вот-вот будет здесь!

Анастасия оторвалась от ноутбука и посмотрела на Вениамина. Но потом шторка закрылась, и Луна потеряла возможность подглядывать. Секунду она боролась с желанием, но потом все же проиграла бой и подошла поближе к полосатой «двери».